Девятый ключ (ЛП)
И все же на этот раз я услышала, как мама кричит снизу, что меня спрашивает отец Доминик. Она, что бы вы там ни подумали, не видела ничего странного в том, что мне постоянно названивает директор школы. Поскольку я была вице-президентом класса и председателем комитета по восстановлению головы Хуниперо Серра, как ни удивительно, имелась парочка вполне невинных причин, по которым я могла понадобиться директору.
Однако отец Ди никогда не связывался со мной, чтобы обсудить хоть что-нибудь, отдаленно имеющее отношение к школе. Он звонил, только когда хотел дать нагоняй за что-то, связанное с медиаторством.
Прежде чем поднять трубку в своей комнате, я задумалась – раздраженно, потому что стояла в одном полотенце и понимала, что к тому моменту, когда доберусь до ванны, она уже остынет, – что же такого натворила на этот раз.
И вдруг – словно я уже залезла в воду и обнаружила, что та уже холодная – по моей спине поползли мурашки.
Джесс. Наш поспешный разговор перед тем, как я уехала к Тэду. Джесс пошел к отцу Доминику.
Нет, он не мог. Я же велела идти, только если не вернусь к полуночи. А сама была дома в десять. Даже раньше: в девять сорок пять.
«Не может быть, чтобы из-за этого, – попыталась успокоить я себя. – Скорее всего, дело в другом. Отец Доминик не знает про Джесса. Он ничего не знает».
И все же мое «алло» прозвучало робко.
– Ох, здравствуй, Сюзанна, – зачастил отец Доминик самым приветливым тоном. – Прости, пожалуйста, что звоню так поздно, но нам с тобой нужно обсудить вчерашнее собрание ученического совета…
– Все в порядке, отец Ди, – сказала я. – Мама уже повесила трубку.
Тон отца Доминика полностью изменился: ни малейшей приветливости, сплошное негодование.
– Сюзанна! – загрохотал он. – Как бы ни был я счастлив узнать, что с тобой все хорошо, еще больше я был бы рад услышать, когда ты собиралась – если вообще собиралась – рассказать мне о Джессе.
Ой!
– Он поведал мне, что жил в твоей спальне с тех пор, как ты несколько недель назад переехала в Калифорнию, и что все это время ты прекрасно знала о его присутствии.
Пришлось отодвинуть трубку подальше от уха. Конечно, я всегда догадывалась, что отец Доминик рассердится, когда узнает про Джесса, но даже не предполагала, что он взбесится.
– Ничего возмутительнее я не слышал! – Отец Ди все больше и больше распалялся. – Что сказала бы твоя бедная матушка, если бы обо всем узнала? Я просто не представляю, что с тобой сделаю, Сюзанна. Я считал, в наших отношениях установился определенный уровень доверия, но все это время ты держала этого своего приятеля Джесса в тайне…
К счастью, в этот момент загорелся сигнал второго вызова, и мне пришлось перебить:
– Повисите, пожалуйста, минутку на линии, отец Ди!
– Не смей говорить мне «повисите», когда я с тобой беседую, юная леди…
Я ожидала услышать Дебби Манкузо, но, к моему удивлению, это оказалась Ки-Ки.
– Привет, Сьюз, – протарахтела она. – Я тут еще немного покопалась в прошлом отца твоего парня…
– Он мне не парень, – машинально поправила я. Особенно теперь.
– Ага, ладно, ну твоего будущего парня. В общем, я подумала, тебя это заинтересует: после смерти его жены, матери Тэда, десять лет назад дела мистера Бомонта покатились под откос.
Я удивленно подняла брови:
– Под откос? Это как? Не финансово же. То есть, видела бы ты их дом…
– Нет, дело не в деньгах. Я о том, что после ее смерти – рак груди, диагностирован слишком поздно и не поддавался лечению; не волнуйся, никто ее не убивал – мистер Би будто потерял интерес к своим многочисленным компаниям и замкнулся в себе.
Ага. Видимо, тогда-то и появились первые признаки его «расстройства».
– А вот это самое интересное, – продолжила Ки-Ки. Я слышала, как она стучит по клавиатуре. – Примерно тогда Рыжий Бомонт и передал все свои полномочия брату.
– Брату?
– Да. Маркусу Бомонту.
Вот так сюрприз. Маркус и мистер Бомонт родственники? Я думала, он просто помощник. Но нет. Он оказался дядей Тэда.
– Тут так написано. Мистер Бомонт, папа Тэда, остался номинальным главой, но последние десять лет в действительности всем заправляет тот второй мистер Бомонт.
Я замерла.
О боже, а если я ошиблась?
Может, миссис Фиске убил не Рыжый Бомонт. Может, ее убил Маркус. Другой мистер Бомонт.
«Вас убил мистер Бомонт?» Вот что я спросила у миссис Фиске. А она ответила «да». Для нее мистером Бомонтом мог быть Маркус, а не бедный, притворяющийся вампиром Рыжий Бомонт.
Нет, погодите-ка. Отец Тэда четко мне сказал, что чувствует вину за убийство всех этих людей. Что именно поэтому он с самого начала и хотел пригласить меня к себе: в надежде, что я помогу связаться с его жертвами.
Но в его черепушке явно недоставало пары винтиков. Не думаю, что он мог бы прикончить даже таракана, не говоря уж о человеке.
Нет, кто бы ни убил миссис Фиске и всех остальных, он был достаточно умен, чтобы замести следы… а отец Тэда, прямо скажем, не Даниэль Бун [23].
А вот его брат…
– У меня насчет всего этого очень плохое предчувствие, – заявила Ки-Ки. – В смысле, знаю, доказать мы ничего не можем – и что бы там Адам ни думал, очень маловероятно, что суд примет во внимание любые сведения, предоставленные моей тетей, – но я считаю, мы морально обязаны…
Вновь замигал сигнал вызова. Отец Ди. Я совсем забыла про отца Ди. Он от злости повесил трубку, а теперь перезванивает.
– Слушай, Ки-Ки, – перебила я, все еще в некотором оцепенении. – Поговорим об этом завтра в школе, ладно?
– Ладно, – согласилась Ки-Ки. – Но просто, чтобы ты знала, Сьюзи, думаю, мы наткнулись на нечто крупное.
Крупное? Скорее, гигантское!
Однако когда я приняла вызов, выяснилось, что на второй линии вовсе не отец Доминик.
Звонил Тэд.
– Сью? – начал он. Его голос звучал все еще немного вяло. И он, кажется, до сих пор не догадывался, как именно меня зовут.
– Э-э… Привет, Тэд, – пробормотала я.
– Сью, мне очень жаль. – Если не обращать внимания на вялость, это прозвучало довольно искренне. – Я без понятия, как так вышло. Наверное, я устал больше, чем думал. Знаешь, на тренировках нас сильно гоняют, и иногда по вечерам я отрубаюсь раньше…
«Ага, – подумала я, – еще бы».
А вслух произнесла:
– Не переживай.
Ему было о чем волноваться и помимо отключки на свидании.
– Но я хочу загладить свою вину, – решительно заявил Тэд. – Пожалуйста, позволь мне все исправить. Что ты делаешь в субботу вечером?
В субботу вечером? Я мигом позабыла о том, что родственник этого парня, возможно, серийный убийца. Какая разница? Он меня приглашал. На свидание. Настоящее свидание. В субботу вечером. В голове промелькнули видения свечей и французских поцелуев. Я едва могла говорить, настолько была польщена.
– У меня игра, – продолжил Тэд, – но я подумал, что ты могла бы посмотреть, как я играю, а потом мы могли бы перехватить пиццы с ребятами.
Мое возбуждение умерло быстрой легкой смертью.
Он серьезно? Приглашает посмотреть, как будет играть в баскетбол? А потом зависнуть с ним и остальной командой? Есть пиццу? То есть меня не удостоят даже гамбургером? Да меня бы и сизлер [24] в этот момент устроил, черт возьми!
– Сью, – позвал Тэд, когда я ему не ответила. – Ты ведь на меня не злишься, нет? Я правда не собирался засыпать.
О чем я вообще думала? У нас бы никогда ничего не получилось. Ведь я же медиатор. А у него отец – вампир и дядя – убийца. А если бы мы поженились? Только представьте, как наши дети были бы…
Озадачены. Сильно озадачены.
Примерно как Тэд.
– Это не потому, что ты мне наскучила, ничего такого, – оправдывался он. – Честно. Ну то есть, та часть вообще-то была скучноватой – та, где ты рассказывала о статуе, которой нужно приделать голову обратно. В смысле, сама история была, не ты. Ты не скучная, Сюзон. Я не поэтому заснул, клянусь.