За гранью разумного 2 (СИ)
За спинами объемные рейдовые рюкзаки. Не сказать, что тут народ заплечных котомок не знает, но с рейдовыми рюкзаками на сто литров у меня и сто двадцать у принца вряд ли знакомы. Мечи наши, опять же. Длинный клинок – это тоже статус. Как мы сами видели, местные воины обходятся копьем и топориком. Булава иногда. Кинжалы. Но меч – это уже уровень не меньше сотника. А глядя на наши богато разукрашенные ножны, можно было и выше статус поставить.
Рядом с нами, такими красивыми, выступали Натан и Марик. К этому времени сменили большую часть одёжки на местную. Портки, рубаха кожаные остались от тарков. Безразмерные сапоги поменялись на лапти с онучами прям в первом поселении. Хреново, имея размер ноги тридцать один, носить классные сапоги размером сорок четыре. Вот сколько ты туда сухого мха не напихай – все равно ноги собьешь. А еще, с большой вероятностью, еще и заражение получишь. Так что прямо в первом поселении выменяли им лапти с онучами. И в итоге проблем не знали.
Ну и наш Тимофей. Который красиво выступает головняком, распугивая клацаньем зубов и низкочастотным урчанием вкупе с пристальным взглядом зеленых глаз всех встречных-поперечных.
Прям музыки эпичной не хватает. Четверо героев при поддержке одного шибко хитрого животины идет освобождать принцессу из лап… Кстати, а из лап кого?
- Парни! – обратился я к шагающим рядом со мной Натаном и Мариком. – Насколько мы поняли, служители культа и маги в конфронтацию не входят?
- Куда не входят? – не понял Марик.
- Ну, не враждуют между собой. – пояснил я – А тут прямо уничтожение. Физическое и болезненное уничтожение мага.
- Это деревенская знахарка маг что ли? – хохотнул Марик – Издеваешься? Настоящие маги их на дух не переносят.
- Много вы видали магов. – буркнул мрачно шагающий Найк.
- Ну… – поперхнулся Марик. Крыть было нечем.
- Почему ее решили сжечь? В чем причина? Молодая, неопытная девка… – спросил у Марика Найк.
- Не знаю. – пожал плечами Марик.
- Их тут тарки на шашлык поджаривают, так им этого мало! – с горечью всплеснул руками принц – Надо еще и друг друга жечь. Узнаю человеческую природу.
- А ежели в самом деле виновна? – я хитро посмотрел на Найка – Вот мы сейчас, все в белом, придем, спасем молодую, красивую ведьму. А потом окажется, что она и в самом деле по ночам у младенцев кровь пила.
- А ты на что? – возмутился принц – Правду от лжи отличить не сумеешь? – и добавил по нейросети: – Сделай артефакт, да и всё. Ну и мне, на убеждение. Попробую местного святошу уговорить подсудимую отпустить, ежели не виновата. Не из станеров же тут всю деревню укладывать?
- Сумею, конечно. – ответил я, выискивая по дороге подходящие камешки.
- Так, теперь насчет вас. – сказал принц, обращаясь к парням – Насколько я понял, местная церковь имеет много власти, среди обычного населения, раз так запросто крестьянок по деревням жгут. Правильно?
- Ну да. – кивнул остроухой головой Натан и уточнил: – Только она не крестьянка, а ведьма.
- Какая из нее ведьма ты от пацаненка слышал. – ухмыльнулся я – Сам же рассказывал, про хозяйку твоей лавки. Только видимость создает.
- И такое может быть… – задумался Натан.
- А к магам они такие же репрессии применяют? – продолжил допрос принц.
- Чего применяют? – не поняли парни.
- Жгут налево и направо. – пояснил Найк.
- Не, что ты! – даже руками отмахнулся Марик – Судить мага может только маг.
- И деревенские знахарки, ведьмы под защитой магов не находятся? – еще раз уточнил принц.
- Нет. – подтвердил Марик – Не знает никто почему, так уж издревле повелось.
-Тогда так… – на секунду задумался принц – Делаете вид, что нас не знаете. Мы маги и церковники нас не тронут. А вот на вас могут отыграться. Так что как-нибудь сбоку зайдите на площадь.
- Мы не боимся… – начал Марик, гордо расправляя плечи.
- А мы – боимся! – оборвал пререкания принц – За вас. Мы что? Пришли и ушли, а вам тут жить. Стоило вас тогда от тарков спасать? С собой тащить? Кормить, поить? Так что вон в тот проулок шагом марш!
- Пока вы тут телитесь, на площади уже маслом хворост поливают и обвинительный приговор зачитывают. – очень вовремя прискакала Нара.
- Ускорились! – скомандовал я, срываясь на бег – Тима, не допусти поджога, пока не разберемся. – попросил.
- Сделаю. – ответил кот, растворяясь во дворах.
В центре местной площади возвышался помост с вертикально торчащим столбом посередине. Вокруг помоста навалены вязанки хвороста, которые усиленно поливал маслом один из охраны клирика. Богато живут. У столба стояла на коленях почти обнаженная рыжеволосая девушка. Вся одежда которой составляла длинная рубаха, порванная в нескольких местах. Под левым глазом начинал наливаться синяк. Видать девка так просто в руки не давалась. Бойкая. Руки, ноги заведены за столб и стянуты ремешками. Тряпка во рту. Кожаный ремешок не позволяет выпихнуть кляп… Перед помостом местный клирик с поддержкой в виде четырех воинов с копьями и щитами, и толпа народа. Успели в духе голливудских фильмов – в последнюю секунду.
- … и если есть тот, кто может встать на защиту сей порочной девы… – драл горло в финале своей обвинительной речи толстый клирик – … то пусть не убоится гнева триединого и выйдет сюда. Есть такие? – самодовольно посмотрел на толпу служитель культа. Дело в шляпе уже. Когда…
- Есть! – раздался над площадью голос.
Толпа селян подалась в стороны, аки воды Красного моря перед Моисеем, и явила взору клирика двух возмутителей спокойствия. Высокие. В неизвестной броне. На поясах мечи. Сурово сдвинутые брови. Незнакомцы синхронно сделали шаг вперед и направились к центру площади. Послушник третьей ступени Олхор понял, что успех простейшего дела, которое гарантированно перемещало его на вторую ступень висит на волоске. Судя по мечам – это явно аристократия, а с ними лучше проблем не иметь. С другой стороны – тут не видно баронской дружины, так что это аристократия пришлая. И никого за ними нет. А за ним – храм триединого. И возвышение на вторую ступень.
- Приказываю вам остановится. Именем триединого! – решился Олхор.
- Приказывать ты своей жене в постели будешь. Или вам только с послушниками можно? – отозвался один из приближающихся, вызвав смешки в толпе крестьян.
- Да вы что… – задохнулся Олхор.
- Это ты что тут устроил, бестолочь? – спросил один из подошедших. Охрана взяла клирика в полукольцо, закрылась щитами и ощетинилась копьями – Костер решил устроить посередине деревни? Сухостой дней тридцать стоит. Ту не то что девки, тут деревни не будет! Кто тут верховод?
- Я. – вышел вперед из толпы здоровенный такой мужик – Говорил я им, да рази этим клобукам управа есть на свете?
- Барон – ваша управа – пояснили пришлые – Пишите челобитную. Мол, пытались спалить твою вотчину, барон. И в свидетелях – чтобы вся деревня. Еще и мзду с этих получите.
- Мзда – это хорошо. – прогудел верховод.
- Какая мзда! – опомнился Олхор – У нас тут ведьма!
- Ах да… – откликнулся один из пришлых – Ведьма… Кстати, ты бы своему слуге посоветовал факел подальше от помоста убрать, а еще лучше затушить. Во избежание.
Бросив взгляд в сторону воина храма с факелом, Олхор с трудом сглотнул ставшей вдруг тягучую слюну. Сзади воина мирно, пока, сидел один из ужаснейших зверей Заречья. Тиуг. И если он пока не нападает, то это означает… В этот момент воин, увидев, куда смотрит Олхор оглянулся себе за спину охнул и, отбросив в сторону факел, отпрыгнул в сторону, вырывая кинжал из ножен, висевших на поясе. Толпа охнула: факел полетел точно в сторону помоста. Тиуг, до этого мирно сидящий на земле, распластался в красивом прыжке, цапнул факел зубами прямо в воздухе и, приземлившись, злобно посмотрел на толпу, задержав взгляд на клирике. Толпа охнула еще раз. Быстро, буквально в три гребка мощной лапой, зверь вырыл небольшую ямку, засунул туда горящую часть факела и засыпал землей. Толпа охнула в третий раз.