Канцелярист. Компиляция (СИ)
- Лааааадно, уточним...
Матвей же в это время наслаждался ощущением тугих и контрастных струй воды на своем теле. Юноша был доволен. Первое задание внештатный канцелярист Воронцов Матвей Александрович выполнил с блеском в брызгах разбитых стекол витрин и крови из разбитых же носов тех, кто пытался его остановить.
А что поделаешь, когда поставленная задача требует нестандартных решений. Иду своим курсом, господа, иду своим курсом...
[1] Отдельный корпус жандармов - исполнительный орган Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества коанцелярии. Жандармы не входят в штатное расписание экспедиций.
[2] ДСП - для служебного пользования
[3] "Тройка" исторически состоит из пяти экспедиций:
I экспедиция - ведает "предметами высшей полиции и сведениями о лицах, состоящих под полицейским надзором". То есть, именно она отвечает за особо важные дела, по ведомству какой бы из экспедиций те не проходили.
II экспедиция - раскольники, сектанты, фальшивомонетчики, уголовные убийства, места лишения свободы и «крестьянский вопрос».В ведении экспедиции находятся жалобы, прошения, доносы. Отвечает за решение дел о разделах земель и имущества, случаях супружеской неверности и др. Комплектование штатов III Отделения и распределением обязанностей между структурными подразделениями так же находится в ведении II экспедиции.
III экспедиция - наблюдает за иностранными подданными на территории Российской Империи, занимается высылкой неблагонадёжных/подозрительных людей.
IV экспедиция - информационное управление. Наблюдает за СМИ, ведет статистику происшествий. Личный состав и жалование тоже входили в зону ее ответственности.
V экспедиция - Цензура, информационное противодействие.
[4] Песня "12 обезьян" - группа "Ляпис Трубецкой".
[5] Да, это реально Пушкин А.С., стих "Тень Баркова". Классическая русская литература может быть и такой;)
***
Крыло V экспедиции. День 7 от прибытия в столицу Российской Империи.
Первый день службы в "Тройке" началась для Матвея ровно за 7 дней до визита Ольги в его "берлогу" прямо после памятного разговора с князем. Его тут же разместили за одним из пустующих столов в крыле V экспедиции, где сразу же, лишь позволив наскоро протереть пыль, выдали для изучения кучу инструкций на каждый и всяческий случай. По началу он пытался вникнуть в строчки сухого канцелярского текста, но уже через пятнадцать минут в его голове образовалась такая каша, что на очередном "пойманном" противоречии он попросту отправился к вахмистру Калашникову.
Тот, выслушав проблему, спокойно ответил:
- Князя интересует результат, - Егор Степаныч с удовольствием потянулся, явно устав крапеть над бумагами, от которых его только что оторвал новый стажер. - Если ты выполняешь задачу, то никто не поинтересуется как именно. Будет рассмотрено лишь соотношение привлеченных сил и сопутствующего ущерба против полученного результата. Постарайся, чтобы баланс был всегда смещен в сторону последнего. Что же до этих бумажек...
Вахмистр легко подкинул на ладони довольно тяжелую стопку подшивок с серьезными вензелями и печатями. На "ты" он, кстати, перешел без всякого напряжения.
- ... Канцелярия не любит выносить сор из избы, - заметил он с изучающим прищуром. - Поэтому если ты совершишь нечто... неприемлемое, то тут то и выяснится, что прегрешений у тебя, согласно вполне официальным бумагам, столько, что лет на 10 непрерывного расстрела с конфискацией вполне хватит. И огребешь ты, как водится, сразу и за все. В полном соответствии со внутренней инструкцией. Понимаешь?
Матвей кивнул, принимая объяснение. Не сказать, что воспринял спокойно и безмятежно, но как нормальную практику любой сбалансированной системы, когда с ростом возможностей, по экспоненте растет и цена ошибки, а следовательно и цена личной ответственности за нее.
- Поэтому подписывай и старайся сделать так, чтобы об этой стопочке никто и никогда не вспомнил, - спокойно закончил вахмистр, делая глоток давно остывшего чая, на миг сверкнув гербами службы, украшавшими серебряный подстаканник. - Кстати, наша система не так уж и плоха. Во всяких там Европах кандидатам действительно предлагают написать на мешке для трупов имя близкого родственника, который в нем и окажется в случае....
Тут вахмистр сделал неопределенный жест рукой, предлагая Матвею самому додумать, за что именно может последовать подобное наказание.
- И да, Матвей Александрович, - тут Калашников слегка усмехнулся. - У нас в экспедиции есть негласная традиция между своими - обращение по именам, либо по позывным и на "ты". Исключая князя, конечно, и начальника нашего небольшого, но дружного коллектива.
На последний словах он вновь усмехнулся, но уже достаточно жестко, заставив молодого человека предположить, что с какими-то подводными камнями во внутренних взаимоотношениях ему таки придется столкнуться.
- Не возражаю, Егор, - склонил голову молодой человек, принимая местный свод неформальных взаимоотношений.
- Тогда подписывай бумаги, - вахмистр еще раз взвесил на руке увесистую стопку. - И обсудим твою дальнейшую роль свободного охотника... В овечьей шкуре!
Волком же ему предстояло быть в Петербургском Императорском Университете, чьи студенты и выпускники так любят приветствовать друг друга ковбойскими жестами, иногда добавляя что-то вроде "пиу-пиу". Традиция, однако. Да еще и на факультете международных отношений... Вот уж к чему душа Матвея не лежала абсолютно. Нет, факультет с момента своего образования выпустил тысячи крутых спецов, но почему-то среди великосветских лоботрясов и глав родов считался очень элитным... А уж про отрывы "международников" не слышал лишь ооооочень далекий от светской жизни человек! По прошлым раскладам попасть сюда Матвею не светило - попросту не хватило бы подготовки (шанс имелся у всех, но простолюдину или какому-нибудь захудалому барону пришлось бы продемонстрировать ОЧЕНЬ высокий уровень знаний!), а просочится "иными путями" в ряды будущей элиты было не просто дорого, а баснословно дорого. При этом речь шла не о деньгах, а о связях, ведь преподаватели, как правило, людьми были весьма успешными и влиятельными, а любой намек на взятку воспринимали не иначе как личное оскорбление. Впрочем, Матвей мог бы попытаться поступить как маг вне конкурса, но для одаренных с его уровнем, как правило, имелись свои заведения... Одно из которых, как крепко подозревал молодой человек, закончить ему таки когда-нибудь придется.
- Понял, куда тебя жизнь занесла? - поинтересовался Егор, оказавшийся довольно ехидным типом, глядя как на лице Матвея проступает осознание открывшихся перспектив. - Тогда давай думать над твоей легендой...
Думать долго не пришлось, и вот здание на набережной Фонтанки, 16 покинул все тот же барон, один из многочисленных внуков отставного генерала графа Григория Никитича Воронцова, прибывший покорять столицу Российской Империи. Дьявол крылся в мелочах: теперь даже беглая проверка по полицейской базе давала вполне однозначный результат - плут, повеса, балагур, не признающий законов людских и Божьих! Да и спецотметки о магическом обучении, уровне Дара и всему, что относилось к боевым аспектам неожиданно исчезли. Старую историю в учебном заведении, конечно, раскопать было несложно, а вот чтобы соотнести юношу с "героем" тех событий надо было уже серьезно постараться. Жетон боевого мага пришлось сдать в сейф экспедиции, что незаконно было совершенно-это атрибут был обязателен к ношению для любого одаренного...Кроме сотрудников "Тройки".
Карман Матвея приятно грел ключ от немаленького такого лофта на Невском, да еще и в "Золотом Треугольнике"! По сути, как он понял, все 170-метровое пространство было переделано из какого-то промышленного объекта, и представляло собой большую студию, которой дизайнер не явными, но широкими мазками придал вид и функционал жилого помещения.