Серафима спешит на помощь (СИ)

И знаете, отсутствие руки ему изрядно мешало. Видимо, меч он в левую не брал, он правша, это я по тренировкам нашим помню. Но и колдовать тоже не мог, второй руки не хватало, только орал, короче. Но когда в него разом выстрелили несколько наших — оказалось, что защиту на него кто-то наложил, и защиту недурственную.
— Только магией пробить. Так, миледи, стой тут и никуда не уходи, поняла?
Чего?
Я ещё головой крутила, а Бриан уже перекинулся в кошака и ловко лавировал между нашими, потом между дерущимися, а потом и далее. Я сиганула за ним, и мне тоже показалось, что ловко, пока меня кто-то не цапнул за руку.
— Куда это вы? — недожрец Томас смотрел с любопытством.
— Ричарда бить. Кошак за нападающего, а я за его спиной смотрю.
В общем, дальше мы ломанулись уже втроём, кошака мы не сразу, но догнали, и помогли расшвырять всех тех, кто стоял на ступенях и попытался нас не пустить. Ага, щаз. Это Ричард, гадина, устроил тут нам вот это всё, а сейчас и мы ему устроим.
Разыграли хорошо — Бриан скользнул за спину и мигом оказался на загривке, прикрытом наплечником, Томас оградил нас от прочих, а я приставила меч к горлышку и заорала совершенно не пафосное «сдавайся, сволочь поганая».
И он бы, знаете, сдался, куда ему деваться-то. Но какая-то неведомая сила подняла нас всех кучей, втащила в замок и там хорошенько приложила о местный пол. И это было последнее внятное, что я запомнила о том штурме.
Впрочем, долго разлёживаться не вышло. Я очнулась, увидела каменный пол под собой и каменный же потолок высоко наверху, и попробовала пошевелиться. Получилось. Дальше уже открывать глаза и осматриваться. В глазах немного рябило, но вскоре перестало.
Рядом шевелились такие же пришибленные Бриан и Томас, а лысый Ричард схватился здоровой рукой за остатки второй и тихо подвывал.
Я поднялась на ноги — работает, ноги держат. Здоровенные двойные двери наружу закрыты, оттуда через незастеклённые окна слышны звуки боя. Лязг, вопли, команды.
— Что это было, кто подскажет?
Мне ответил Бриан.
— Если я правильно понял, изнутри пришёл лорд Годрик и освободил себе дорогу. Себе и тем людям, кто пришёл с ним.
— Это он нас всех сюда зашвырнул, не глядя?
— Похоже, что он, — Томас потирал ушибленный бок.
А я присмотрелась к Ричарду, нашла у него целое место где-то в районе бедра и от души туда пнула. Оно конечно, лежачего не бьют, но иногда можно.
— Так тебе, предателю, — ну не могла я иначе, не могла.
— Миледи? — Бриан уже подскочил и стоял рядом.
Томас задержался ненадолго и тоже оказался на ногах.
— Что будем делать с этим вот недоумком? — спросила я. — Оставить тут — так он же снова кому-нибудь со спины зайдет!
— А пусть расскажет, именем всех богов, тёмных и светлых, что на нас смотрят, какой поганой травы он объелся, раз пошёл Хьюго предавать, — сказал Томас.
— Годится, — кивнул Бриан. — А то мало ли, ещё сбежит потом. А так я засвидетельствую, ты — почти жрец, и ещё миледи.
— Хьюго, значит, к нему как к родному, а он? — продолжала разоряться я. — Говори немедленно, скотина, а то ещё пну!
Громадный парень сжался в комок.
— Не мог я иначе, понимаете, не мог!
— Чего это не мог? Все могли, а ты — нет? — я добавила.
— Миледи, мне кажется, он и так сейчас заговорит, без помощи. И всё нам расскажет, — Томас осторожно коснулся моего локтя.
— А не расскажет — я его брюхо когтями порву, — сообщил Бриан.
Я закивала — да, да, когтями можно. Но если расскажет — то мы подумаем и, может быть, не станем. Просто свяжем его и куда-нибудь сложим. И пусть пока полежит, а Стефан разберётся с дядюшкой — тогда ему и выдадим.
— Расскажу, расскажу, — бормотал Ричард.
Из большого и важного он как-то разом сдулся и казался теперь потрёпанным. Но я знаю, что бывают и такие, которые прикидываются больными да несчастными, а сами думают, как бы сбежать да напакостить. Так парням и сказала.
— Я его немножечко свяжу, — просиял улыбкой Томас.
И сколдовал на него что-то зелёное, Ричард дёрнулся — и затих.
  
— Говори, предатель Ричард Мэтьюс, говори всё, как есть, — пропел Бриан.
Предатель начал говорить, и сказал, что да, он сливал инфу о жизни в Морторе дяде Годрику. И когда увидел, что мы с Хьюго спелись ближе некуда, то понял — нас нужно срочно разлучить, чтобы когда приедет жрец, он не смог нас поженить. И тут ещё прибыла Хильтруда, и привезла сведения о том, что Хьюго ждут в столице срочно. Нужно было увозить его, пока не узнал и не попросил Стефана открыть ему портал.
Почему Хильтруда? А Годрик ей обещал смерть лорда Свона, и что она останется богатой вдовой, и сможет выйти за кого ей там было надо, может — за Тома Тейна, а может — и ещё за кого. Поэтому она и старалась. Попросила падчерицу создать шум и отвлечь всех, и у той получилось, а пока мы разбирались, кто что имел к моей Ясечке, Ричард и выманил Хьюго за ворота. Там приложил его по голове, что тот потерял сознание, Хильтруда тем временем вызвала лорда Годрика, чтоб открыл портал, и срезала пояс Хьюго с кинжалом, чтобы у него не было при себе никакого оружия. И Ричард с Томом Тейном утащили Хьюго в портал. И всё бы ничего, но вот Хьюгово чудовище им всё дело-то и подпортило, без него бы чисто вышло. А дракон ломанулся за хозяином в портал и наделал дел.
— Он меня зубами! За руку! И перекусил! Я думал, рехнусь там от боли на месте! Тому Тейну вообще голову отгрыз, тёмное отродье, а Хильтруде поддал когтями по лицу и ещё куда-то! Ладно, мы вывалились в здешнем дворе, и по дракону начали стрелять, он и улетел!
А скотинушка-то наша костяная просто чемпион!
— Увижу Каэдвалара — расцелую костяную морду, — сообщила я. — И надо быть совсем безмозглым, чтобы нападать на владельца дракона!
— Так ему ж самку приготовили. Лорд Годрик за огромные деньги нашёл и велел доставить в Туманный лес, думали, она подчинится и уведет Каэдвалара-то, а её саму раньше срока нашла невеста эта, коза драная, и прикормила!
— Ты, говори, да не заговаривайся, слышишь? Много она б вам со сломанной ногой налетала, Ясечка-то! — возмутилась я.
Я бы и ещё что-нибудь сказала, но пленник молчал.
— Нам нужно ещё что-нибудь знать? — спрашиваю парней.
— Я бы послушал, чего ради он всё это затеял. Что обещал дядя Годрик ему самому, — раздумчиво сказал Бриан.
— Я бы тоже послушал. Хьюго всегда говорил, что этот вот нечестивец ему как ещё один брат, они и выросли вместе, — добавил Томас.
Ричард приподнял голову и оглядел большой пустой холл.
— Ясное дело, вам не понять. Он обещал мне вот это всё, ясно вам? — и показывает, значит, на пространство вокруг.
— Головой повредился? — спросил Бриан.
— Может, ему скотинушка наша не только руку откусила? — задумчиво произнесла я. — Бредит ведь. Или у него того, от боли глюки? Видения?
— От боли может быть, — со знанием дела закивал Томас. — Ещё от прямого божественного вмешательства, но в его случае я не верю.
— Смейтесь-смейтесь, а ещё не ясно, чья возьмёт, — вдруг усмехнулся Ричард. — И если победит лорд Годрик, то и я тоже разом с ним. Потому что я его сын.
— Чего? — не поверил Томас. — Почему это ты его сын?
— Он сам мне сказал. Сказал, что, ну, был близок с моей матерью, и потом она родила меня. От него, а не от отца. И что если я помогу, то останусь единственным наследником. Король отдаст графский титул ему, а других детей у него нет.
— И ты поверил? — изумился Томас.
— Поверил. Я похож на мать, поэтому… он мог быть моим отцом. И я помог ему, потому что при Хьюго я бы всю жизнь оставался одним из командиров, а после его смерти, и после смерти вас всех, как пособников и укрывателей убийцы, унаследовал бы всё!
— А у вас убийца может наследовать убитому? — спросила я.
— Ни в коем случае, — покачал головой Томас. — Если обстоятельства открылись и стало известно, что предал и убил из корысти, то не может быть никакого наследства.