Калгари 88. Том 4 (СИ)

— Вон они идут! — заволновались фанатки, разглядев через стеклянную дверь несколько парней со спортивными сумками через плечо.
Да, это были спортсмены, семеро человек, участвовавших в короткой программе. Однако болельщики ждали только двоих! Как вода через камни, они обошли фигуристов, ничем не отметившихся на чемпионате, и обступили лидеров. Оставшиеся пять парней, сначала радостно улыбнувшиеся, тут же растерянно переглянулись. Увы, это был не их праздник жизни. Спорт жесток и суров. Правда, Арина так не думала!
— Ну ты чё! Сообразить не можешь? — Арина толкнула Аньку и кивнула на растерявшихся ребят.
Маман, с её чувством справедливости, конечно же, схватила момент. Ребят надо поддержать! И это правильно. Ведь в жизни бывает всякое. Оступиться или упасть может каждый по разным причинам.
— Ура-а-а-а! — закричала Анька и подбежала к оставшимся без внимания спортсменам, уже готовившимся расходиться. — Вы куда это? Вы классно откатались! Хочу вас поздравить, так же как мои сотоварищи, которые вон те, топают за мной! Дайте автограф! Вот ручка!
Анька вытащила из папки листок с буквой «Е», изготовленный для поддержки Савосина, достала из пачки красный фломастер, подула на него и протянула фигуристам. Тут же подошла и вся екатинская группа поддержки. Ребята сразу поняли, что от них требуется, и включились в процесс. Естественно, это событие не осталось без внимания у тех, кто сначала подошёл к Горшкову и Савосину. Многие не стали дожидаться своей очереди, чтобы поздравить понравившихся фигуристов, а подошли к аутсайдерам, поступив из принципа «хотя бы синица в руках». Общение с болельщиками заняло минут пятнадцать, потом все стали расходиться.
Перед тем, как сесть в автобус, Арина тоже поздравила Савосина.
— Егор, ты большой молодец, — похлопав фигуриста по плечу, сказала Арина. — Я знала, что ты сможешь. Желаю только победы. Ты можешь! Верь в себя!
Савосин в ответ ничего не сказал, только улыбнулся — он знал, что задача сверхсложная. И это учитывая, что Горшков дал хорошую фору…
Впрочем, Арине сейчас нужно было думать о себе. Завтра решающий день соревнований — произвольная программа, где прыжков в 2 раза больше, и нагрузка на организм тоже… И самое плохое, что потренировать произвольную не было никакой возможности — главный каток был занят. Придётся позаниматься вечером. Вот только получится ли это?
После ужина, состоявшего из овсянки и хлеба с маслом, Арина предложила Соколовской сходить к Малининой и станцевать что-нибудь.
— У них магнитофон есть, а у нас кассета! Помнишь? — она потрясла ТДКашкой с записью Депеш Мод.
— Хм… Моя кассета с Депешей… Давай попробуем! — согласилась Соколовская. Она тоже понимала, что надо немного разогнать мышцы на вечер.
— А куда это вы собрались? — спросила Анька, внимательно слушавшая, что там происходит между фигуристками. Деятельная натура будущей маман уже откровенно заскучала за эти четыре дня. Она-то думала, что всё будет как в пионерлагере: взрослых нет, ночные похождения, развлекушки, приключения, рожи в зубной пасте. Вышло совсем не так. Фигуристки оказались абсолютно скучными девчонками в этом отношении! Пффф… Одни тренировки и выступления! Нет, с такими кашу не сваришь. И даже в подушечный бой не сыграешь.
— Тренироваться пойдём к соседкам, — с достоинством ответила Арина. — Но ты можешь не утруждать себя. Мы сами справимся.
— Я утружду себя! — решительно заявила Анька. — Вам никуда не скрыться от меня! В подводной лодке некуда бежать!
В общежитии в этот раз было тихо. Малинина с Бойковой опять что-то рисовали. Протасова читала «Дети капитана Гранта». Малькова, поселенная с ними, читала журнал «Ровесник».
— К вам можно? — Арина постучала в дверь, чуть приоткрыла её и просунула внутрь голову. Анька, пригнувшись, тоже сунула голову внутрь, как раз под Ариной, уткнувшись макушкой ей в нос.
— Здрасти, к вам можно? — пропищала Анька.
— Можно, заходите, посидим, потрещим, — улыбнулась Малинина.
В это время мимо комнаты проходила пионервожатая Леночка. Возможно, пошла в гости к Савосину. Увидев, что девочки что-то устроили, естественно, подошла, чтобы проконтролировать.
  
— А что это вы тут делаете? — строго спросила она.
Соколовская пожала плечами, не захотев вдаваться в подробности. Муравьёва только хихикнула, зажав рот ладошками, и только Анька решила пояснить обстоятельства, высунув голову обратно в коридор.
— Мы тут… Танцы сейчас устроим! — заявила Анька. — Ничего страшного, Елена Геннадьевна! Я за ними присмотрю, чтобы они тут не пакостили! Я не дам им баловаться!
— Ну-ну… — недоверчиво ответила Леночка и пошла к лестнице. В руках её был томик стихов Пушкина. Леночка решила разговаривать с Савосиным о великой поэзии!
Арина, подталкиваемая Анькой, зашла в комнату и смущённо показала дорогую кассету:
— Мы тут решили немного потренироваться в стиле современного танца, помните, как тогда утром?
— Хм… Японская… — Малинина покрутила дорогую кассету в руке и даже понюхала. — Лишь бы магнитофон не зажевал, а то он того… Бывает у него такая тупость.
Арина посмотрела на кассетник «Томь-303» — был он, по виду, относительно новый. Хм… Почему это он может зажевать?
— Ставьте! — распорядилась Соколовская. — Пофиг! Надо размяться.
Сдвинули кровати вплотную к стенам, и посреди комнаты образовалось относительно свободное пространство. Магнитофон поставили на подоконник и по команде Арины включили кассету. Заиграла композиция «Black Celebration». Самая модная и популярная на данный момент среди продвинутой молодёжи! Запись чистая, но, естественно, играла не так, как у Соколовской, у которой была дорогая японская магнитола, с хорошими басами и звонкими высокими частотами.
Эту мелодию Арина приметила ещё дома. Она до середины звучала без ударных — вокалу аккомпанировала лишь драм-машина и атмосферные синтезаторы, а примерно с середины добавлялись ударные и басы. Это была крайне удачная музыка даже для составления соревновательной программы, а уж для разминки и тренировки она подходила вообще идеально! Пока звучала мелодичная часть, можно было тренировать растяжку с медленной сменой позиций, а когда начинался жёсткий ритм, можно было танцевать, причём достаточно энергично.
— Делайте, как я! — скомандовала Арина и начала исполнять медленную часть экспромтом. Впрочем, почему экспромтом? С помощью хореографа Железова она знала все танцевальные стили и направления мира, так же как и большинство танцевальных поз и движений, за исключением совсем уж неприличных, вроде тверка. Поэтому на коленке действительно могла сочинить что угодно.
Вот и сейчас Арина медленную часть танца начала с плавных движений руками, синхронно качая ими над головой из стороны в сторону. Они походили на те, что делают люди во время рок-концертов при исполнении романтичных композиций. Через несколько движений в дело включились ноги. Арина делала изящный шаг вправо, одновременно приподнимаясь на пальцы правой ноги. Руки при этом продолжали делать качающиеся движения из стороны в сторону. Тут же Арина повторила абсолютно такие же движения, но уже в левую сторону.
Странно… Никто, даже Соколовская, не поняли, что это обычное балетное движение «вalancе», часто используемое в бальных танцах, лишь немного изменённое за счёт позиции рук. Но с помощью этой позиции движение казалось ультрамодным. У «баланса» было множество вариаций, и все их Арина испробовала, подключая к шагам развороты корпуса, чередуя подъёмы на пальцах ног, разминающие ахиллесовы суставы, полуприседы на коленных суставах, тренирующие и разминающие все мышцы ног, особенно большеберцовые, самые важные в прыжках, и улучшающие координацию движений и гибкость коленных суставов.
Когда началась вторая, более энергичная часть, запись остановили и запустили по новой. Только в этот раз уже делали абсолютно все, внимательно наблюдая за Ариной. Новые движения всем понравились. Поразительно, но в этом коротеньком танце разминались абсолютно все группы мышц тела! Всего за две минуты! Быстрее всех Соколовская, знающая танцевальные манеры Арины, подхватила её танец и стала делать абсолютно так же. Для других фигуристок тоже не составило особого труда разучить первую часть разминки.