Калгари 88. Том 4 (СИ)

После вечерней тренировки предстояло подготовить соревновательные костюмы и всякую мелочь — отгладить, если необходимо, платья, проверить колготки, салфетницы, подготовить воду для питья. На завтра такие важные дела никогда не оставлялись, потому что могли возникнуть проблемы, а времени их решить уже могло и не остаться.
Выступали они с Соколовской в четвертой разминке, в 13 часов, и это было большое везение, так как можно было приехать в ледовый дворец непосредственно к соревнованиям. Но всё же время имеет обыкновение бежать быстро и на последнюю минуту никогда не стоит полагаться.
— Нам тоже вечером поехать с вами на тренировку? — спросил немногословный Стас. Его поведение всё более становилось непонятным для Арины. Парень всё более словно отстранялся. Похоже, видя, что его девушка обладает большим талантом и уже имеет кое-какую известность, парень уходил в себя. Наверное, стеснялся своего обычного скромного положения. Вот кто он такой? Обычный подросток с обычными интересами. Даже в дворовый хоккей толком не умеет играть. А Люська? Её все знают. Все болеют за неё, и даже Ельцин ей благоволит!
— Не надо, — покачала головой Арина. — Зрительская часть арены будет наверняка закрыта, а в служебную у вас нет пропуска. Там дядька строгий сидит. Может и не пустить. Отдыхайте. Завтра будет тяжело.
На вечернюю тренировку поехали вчетвером, Муравьёва тоже увязалась, хотя могла и не ездить. Но Зое было любопытно, что там такого хорошего покажут екатинские чемпионки. Естественно, Зоя на оставшуюся часть сезона тоже номинально считалась запасной, хотя бы на будущее первенство СССР. И даже если никого менять не придётся, и фактически сезон уже сейчас оказался завершён, будет же сезон следующий, в который она уже точно сможет стать чемпионкой Екатинска и поехать сюда снова, только уже в основном составе.
Дворец спорта встретил темнотой, пустотой и тишиной. Свет горел только в служебной части арены и в зрительном зале. В раздевалку не стали заходить. Прошли сразу на ледовую арену, сбросили верхнюю одежду на лавки, надели коньки и выехали на лёд. Кроме вахтёра у входа, во дворце спорта не было никого…
  
Глава 16
 
Вечерняя тренировка
 
Ледовая арена казалась пустой и сумрачной. Освещение горело вполовину от полного. В углах гнездились тени.
— А где все? — недоумённо спросила Арина, нарезая небольшие круги недалеко от бортика.
— А кто тебе «все» нужны? — усмехнулась Соколовская. — Мы сами себе хозяева. Пошли за мной! Не ссы! Покажу, как кататься надо!
Арина поехала за юморной Соколовской, наблюдая, что она делает. Марина стала разгоняться простыми шагами, исполняя сначала змейку, потом переходя на ёлочку и фонарик. Арина, Зоя и Егор ехали следом и делали то же самое. Размявшись, перешли на более сложные шаги, покатались 10 минут, потом остановились передохнуть. Тренера нет — красота! Никто не требует выбиваться из сил.
Однако такая свобода продолжалась недолго. Тут же послышался шум в коридоре, и на каток ввалились Ксенофонтов, Левковцев, Малинина, Протасова, Бойкова, Горшков и ещё один незнакомый парнишка, худощавый и высокого роста. Арина догадалась, что это фигурист Ксенофонтова, выступающий по юниорам-парням. Имени его никто из екатинских фигуристов не знал. Впрочем, это продолжалось недолго. Парень подошёл к фигуристкам, стоявшим у бортика и представился:
— Николай Старостин, можно Коля.
Коля по телосложению напоминал Горинского и Горшкова в ранней юности. Такой же высокий и худощавый, даже худой, как тростинка, однако в будущем мальчишка наверняка бы возмужал и стал похожим на них. Для фигурного катания высокий рост — не самый лучший параметр, однако элементы у таких парней получались самыми красивыми. Правда, зачастую у красавчиков была очень подвижная психика. Чему и Артур, и Алексей были яркими примерами.
Чуть позже к тренирующимся присоединилась красивая темноволосая девушка в спортивном костюме «Адидас». Сколько ей? По виду взрослая, лет 18–19. Наверное, уже мастер спорта. Арина догадалась, что это и есть Лариса Замотина, спортсменка Ксенофонтова, которая уже выступала по взрослым. В общежитии её не видели, наверное, она коренная свердловчанка. Замотина каталась очень мощно, хоть и на средней скорости, но рёберно и раскатисто. Лёд не экономила. Телосложением крепкая, с накачанными бёдрами и торсом, она походила на японских фигуристок.
  
— Что скисли? Уже занимаетесь? Молодцы! Моя команда! — засмеялся Левковцев и, чуть качнувшись, подошёл к воспитанникам. — Так держать! Ну что вы так уныло стоите? Вперёд! К великим свершениям в спорте!
Арина с подозрением посмотрела на тренера. Вид у него был весёлый, спортивная шапка сдвинута на бок, куртка расстёгнута, лицо раскраснелось. Похоже, посидели где-то с Ксенофонотовым, потому что тот был точно такой же весёлый.
— Ну что? Прыжки? — Арина обернулась к Соколовской. Та кивнула головой. Прыжки так прыжки.
По идее, прокатать бы полностью макет короткой программы, но звукотехника не было, да и фонограммы где-то у Левковцева. Поэтому сообща решили ограничиться прыжковой частью. Договорились с ксенофонтовскими, что прыгать все будут у левого короткого борта, разгоняясь вдоль дальнего длинного. Так было очень удобно и можно было не мешать друг другу. А ещё можно наблюдать кто и что будет прыгать, держа это в уме.
Арина решила перебирать свой прыжковый контент по порядку, начиная с короткой программы. Следовало прыгнуть: каскад тройной флип — двойной тулуп, тройной лутц, двойной аксель, каскад тройной флип — двойной тулуп, двойной аксель, каскад тройной флип — ойлер — двойной сальхов, каскад тройной лутц — двойной тулуп, двойной риттбергер, двойной сальхов, одинарный аксель. Это был весь её прыжковый контент на короткую и произвольную программу, и она решила понемногу исполнить его весь, пусть даже пропуская других фигуристов.
Тон задавала Замотина — начала с прыжков. Причём сразу с тройных, не размениваясь на двойные. Арина в последнее время проводила прыжковую тренировку так же — начинала с максимальной сложности. В соревновательном прокате первыми всегда шли самые трудные элементы, которые можно исполнить, пока ты ещё сильно не устал.
Замотина разогналась и совершенно спокойно и непринуждённо прыгнула чистый тройной сальхов. Следом тройной сальхов прыгнули Горшков и Савосин. Потом настал черёд тройного сальхова от Соколовской. Сделала! После Соколовской на каскад тройной флип — двойной тулуп начала разгоняться Арина. Исполнила! Чисто, с шикарным долгим выездом, с высоко поднятой свободной ногой и раскинутыми в ласточке руками. Проехав несколько метров, развернулась вальсовой тройкой и перебежками пошла опять к правому борту. В это время все присутствующие с удивлением смотрели на невиданный элемент. Как Арина поняла, ни флип, ни тем более лутц не прыгал никто, даже парни — мастера спорта. Здесь, в СССР 1986 года, на уровне чемпионата Свердловской области, Арина была единственной спортсменкой, исполняющей этот элемент.
В этот раз ей никто не хлопал. У екатинских фигуристов и фигуристок старшие зубцовые прыжки Арины уже не вызывали удивления, а ксенофонтовские отнеслись сдержанно — конкурентка, как-никак, да ещё и первая претендентка на золото. Сейчас это становилось очевидным каждому.
Сразу после стартового каскада Арина сделала тройной лутц. Прыгнула как по учебнику. Мощно разогнавшись, встала на правильное внешнее ребро, оттолкнулась, сгруппировалась и чисто приземлилась. На выезде чуть-чуть качнуло, но ничего страшного — выстояла и, развернувшись твиззлами, перебежками пошла обратно к месту разгона.
За полчаса успела прыгнуть всё, что запланировала. Когда сделала полностью все прыжки, и неоднократно, почувствовала, что наступила лёгкая усталость, и решила прекратить тренировку. Левковцев с Ксенофонтовым стояли у бортика и о чем-то говорили, а иногда горячо спорили, кивая головами и показывая пальцами на фигуристов. Похоже, сравнивали их достоинства и недостатки с профессиональной точки зрения.