Sleeping Swan (СИ)

 Не веря в то, что Билл вот так просто подчинился, Том отпустил хрупкие запястья, легонько погладив тонкую кожу с трепещущими под ней голубыми венками, и снова принялся гладить и целовать изнеженную, пахнущую апельсинами кожу. Билл томно изгибался в его руках, покоряясь каждому движению, прижимался плотнее, откровенно показывая свое возбуждение, а потом шире развел колени, и Том ощутил, как его твердая плоть проезжается между ягодицами юноши. Прерывисто застонав, парень чуть отстранился, чтобы посмотреть на Билла, и увидел, как тот лихорадочно облизывает пересохшие губы, руками цепляясь за подушку, отдавая Тому полный контроль над ситуацией. Зрелище было невероятным и заводило до судорог, потому что именно об этом Том и мечтал все время их отношений.
 Поблагодарив судьбу и собственную нелюбовь к уборке, Томас достал из ящика тюбик смазки и нанес прозрачную субстанцию на пальцы. Билл, почувствовав интимное прикосновение, вздрогнул всем телом и развел колени, давай Тому максимальный доступ к телу, и тот, не теряя времени, аккуратно ввел в такое уязвимое сейчас тело один палец. Как бы ни был возбужден Том, и как бы раскованно не вел себя Билл этой ночью, но парень помнил, насколько узким и чувствительным к боли был его нежный мальчик. Тщательно, не торопясь он готовил извивающееся тело, раскрывая тугие мышцы и сходя с ума от ощущения немыслимого шелкового жара, и грудных, вибрирующих стонов брюнета.
 — Т-тооом…
 Едва удержав себя в здравом рассудке, Том все же нашел в себе силы использовать презерватив, зная, как Билл не любит ощущать в себе чужое семя, и щедро использовал смазку. Молодой парень осторожно, стараясь делать все как можно медленнее и аккуратнее, проник в жаждущее тело, и остановился, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, настолько сильные эмоции одолевали Тома в этот момент. Целый месяц он не чувствовал тепла хрупкого брюнета, не вдыхал его запаха, не дотрагивался до упругой, по-весеннему свежей кожи, всегда пахнущей апельсинами и чем-то сладким, неуловимо-личным.
 Билл замер под ним, все так же кротко принимая каждое движение мужчины, на его лице было написано настоящее блаженство, тело мелко потряхивало, как будто маленькие разряды тока то и дело вспыхивали в разных точках. Том ласково гладил покорную, восприимчивую плоть, сходя с ума от осознания, что его мечта, тайная надежда сбылась. Вот он, его любимый мальчик, безропотно принимает ласки, наслаждаясь каждым мгновением, отпуская себя и позволяя Тому распоряжаться и владеть его телом.
 Осторожные плавные толчки плоти заставили юношу застонать и заметаться по постели, и лишь сильные руки молодого парня удерживали Билла на месте, принося невыносимо-сладкую муку. У Тома голова кружилась от ощущения того, как тугая плоть расступается, охотно принимая в себя его пылающее естество, казалось, что еще немного – и он просто потеряет себя в этом удовольствии. Билл был настолько сладким и уязвимым сейчас, что парень едва сдерживал себя, заставляя двигаться медленнее, помня о том, что его любимый мальчик слишком хрупкий для того, чтобы сметь обращаться с ним грубо. Но полная отдача и покорность Билла заставляли тело сотрясаться от волн жгучего вожделения, и молодой мужчина непроизвольно ускорял темп, пытаясь проникнуть глубже, и вздохи и стоны Билла, полные удовольствия только еще больше заставляли терять последние крохи самообладания. Схватившись за узкую талию, Том буквально впечатал любимое тело в кровать, накрывая Билла сверху, прижимая всем весом к мягкой постели, едва заметно пахнущей хвойным кондиционером. Розовые губы раскрылись под его напором, и Том едва не застонал, снова чувствуя маленький твердый шарик пирсинга в ловком языке.
 Казалось, температура в комнате скоро достигнет отметки плавления, но Том не мог и не хотел останавливаться. Впервые он чувствовал, что Билл отдается ему целиком, что только от него зависит, насколько сильное удовольствие испытает брюнет в его объятиях этой ночью. И Том старался осыпать нежную чуть влажную кожу сотнями трепетных поцелуев, собирал губами испарину с высоких скул, ласкал чувственно приоткрытые губы, глотал громкие, несдержанные стоны, когда плоть внутри тонкого тела особенно глубоко и чувствительно задевала нужные точки, перебирал в пальцах шелковистые пряди волос, вдыхая любимый запах. А Билл только чувственно выгибался, раскрывая свое тело навстречу жадным ласкам, стискивал талию Тома коленями, не в силах контролировать себя, стонал, громко, на высоких нотах, и наслаждался каждым мгновением удовольствия, которое Том так уверенно держал в своих руках.
  
 Финал обоих был таким, что еще несколько минут уставшие, будто разом потяжелевшие тела не могли сдвинуться с места. Том огромным усилием воли смог освободить Билла от своего веса и отодвинулся в сторону, чувствуя, что сон одолевает его. Уже в полусне он уронил использованный презерватив на пол, набросил одеяло на их разгоряченные обнаженные тела и погладил тонкую кожу на сгибе локтя юноши.
 — Билл, я люблю тебя, — прошептал Том и мгновенно погрузился в сон, будучи уверенным, что его ждет самое чудесное утро на свете.
 Билл дышал все медленнее, пульс перестал напоминать чечетку, а тело, гудевшее после полученного удовольствия, с трудом слушалось. Осторожно, все так же плавно Билл поднялся с кровати и, не оглядываясь, вышел из спальни. Подобрав на пороге черную простыню, он снова накинул ее на влажные от испарины плечи, открыл замок захлопнувшейся двери и вышел в коридор.
 Путь до его квартиры брюнет проделал удивительно быстро, не ощущая босыми ногами соприкосновений с ледяными плитами пола. Собственная спальня встретила юношу тишиной, и Билл опустился на кровать, откидываясь на спину. Через несколько минут, когда его дыхание стало совсем спокойным и глубоким, медленно моргающие ресницы плотно закрылись, и юноша, завозившись и что-то пробурчав во сне, повернулся на бок, подтянув острые колени к груди, и закутался в спутанные простыни.
 Часть 2.  
 Том проснулся, но глаз не открывал, предвкушая, как сейчас увидит на соседней подушке черноволосую голову, встретится взглядом с карими сонными глазами и зацелует заспанное личико юноши, а потом может быть снова заставит его потерять голову, как это было ночью.
 Но рука, потянувшаяся в сторону, нащупала только холодные простыни, и Том буквально вскочил с кровати, не понимая, куда мог деться Билл. Пройдясь по квартире, и даже дважды проверив ванную, Том не нашел и следов пребывания в квартире юноши этой ночью. Недоумевая, что могло произойти, что Билл после восхитительной ночи оставил его в постели одного, Том глянул на часы и чертыхнулся. Его смена в больнице начиналась через сорок минут, и единственное, что он успевал сейчас – это быстро принять душ и одеться.
 Через двадцать минут Томас уже захлопывал за собой дверь квартиры, и уже хотел было отправиться в сторону лестницы, когда его взгляд упал на дверь в самом конце коридора. Не удержавшись, Том подошел и, секунду помедлив, настойчиво постучал. Послышались шаги, и через мгновение дверь открылась, и Том оказался лицом к лицу с взъерошенным, каким-то истерично-раздраженным Биллом, который окинул его яростным взглядом и холодным тоном спросил:
 — Чего тебе надо?
 Том опешил, не зная, что сказать, а Билл только раздраженно топнул ногой, обутой в мягкий домашний тапок, и захлопнул дверь перед носом бывшего парня.