Экстрасенс (СИ)

– Хотите, чтобы я сам себя?.. – нахмурился он.
– Нет, я подумал, что ты хочешь быть сверху, – поднялся на локтях Санчез и тоже нахмурился.
– Нет, я хотел… – смутился Кэш и уточнил, – А вы предпочитаете быть снизу?
– Нет, мне всё равно, точнее, – тут же поправился старший бета, – я очень тебя хочу и не важно при каком раскладе.
Кэш наконец улыбнулся, услышав нужный ответ и протянул тюбик обратно:
  
– Тогда сегодня вся ответственность ложится на вас, – решительно кивнул он.
И сразу как-то всё встало на свои места. Чего-чего, а ответственности Санчез боялся в последнюю очередь. Он больше боялся, что оставляет на шее Кэша засосы, с которыми тому потом будет стыдно на людях появляться; или что стискивает его в объятиях слишком сильно. Но Кэш ни на одно, ни на другое ни разу не пожаловался.
В какой-то момент с губ молодого беты сорвался глухой стон сквозь зубы, а потом тело в руках Санчеза извернулось и Кэш повалился грудью на постель, подмяв под себя одну из подушек, а попу выставил так откровенно, что Санчез не удержался и куснул одну из половинок. Потом он вспоминал этот момент и ужасался собственной несдержанности, однако Кэш на такую дикость только хихикнул в подушку и уткнулся лицом поглубже, пряча стыдливый румянец. Зубы сменились на губы, и зацелованными оказались не только ягодицы, но и ямочки над ними, и расселина и даже сжатый пока ещё анус. Кэш недовольно дёрнулся и что-то буркнул только на последнем эпизоде – побрезговал. Санчез послушно прекратил, но мысленно пообещал себе, что в последующие разы попробует раскрепостить бету и обязательно докажет, что от анилингуса можно получать не меньше удовольствия, чем от минета, и не только объекту ласки, но и тому, кто дарит. Мысли о том, что этот раз может оказаться у них единственным, у Санчеза даже не возникла.
Как же сладко было растягивать и готовить Кэша! Предыдущие партнеры Санчеза предпочитали не только заниматься сексом под толстым слоем одеяла, но и тщательно проводили все гигиенические процедуры сами, не забывая при этом о технике безопасности и нескольких степенях защиты. Из-за всей этой чопорности терялся налёт спонтанности и страсти. Конечно, Санчез никогда бы никому из них в этом не признался, но он тайно мечтал именно о таком сексе – внезапном и немного первобытном. Беты от природы были лишены сильных половых инстинктов, но иногда так хотелось отключить рациональность и отдаться зову самых тайных желаний. Смотреть во все глаза, как скользкие пальцы исчезают в тугой дырке, ощущая подушечками лихорадочно колотящийся внутри пульс – было как раз одним из таких желаний. Навалиться сверху, буквально впечатавшись бедрами и горящим от напряжения пахом в ягодицы, сказать о своём возбуждении без слов – тоже. А ещё пройтись языком за нежным ушком и захватить губами мочку ласково, пока член с трудом проникает в наскоро подготовленный анус. Услышать жалобный всхлип, но не остановиться, не утешить набившими оскомину словами о том, что сейчас станет хорошо, а просто двинуть бёдрами ещё немного, погрузившись наконец до конца, и сорвать с губ настоящий стон. И точно понять, что в нём лишь половина от боли, а другая – от наслаждения, такого же первобытного.
Это было какое-то наваждение. Санчез никогда не вёл себя так распутно, так самоуверенно, так…искренне. Никогда его не вело от партнёра так сильно, как от Кэша. От того, как резво он подаётся навстречу, как судорожно комкает в пальцах концы наволочки, как шумно дышит и вскидывает голову на особо удачных движениях Санчеза у него внутри. И то, что он доставляет ему удовольствие, возбуждало не хуже разворачивающейся перед глазами картины. Хотя собственный член, погружающийся в натянутый вокруг него анус, плавные изгибы молочно-белых ягодиц и напряженно выгнутая, блестящая от испарины спина наверняка будут сниться ему до последней в жизни эрекции.
Кэш взвыл и просунул одну из рук к себе между ног:
– Больше не могу! Не могу терпеть!
– Давай, – хрипло подбодрил Санчез и уткнулся ему в затылок, стараясь сохранить темп фрикций, – давай, малыш, я сразу за тобой!
И сразу же тело под ним забилось оргазменной судорогой с протяжным стоном. Санчез двинул пару раз бедрами рвано, почти грубо и, с наслаждением сжав половинки, кончил следом.
Кэш с явным облегчением рухнул на постель, восстанавливая тяжёлое дыхание, Санчез прилёг рядом, удивлённо ощущая и жуткую усталость и прилив сил одновременно. А потом Кэш, едва сменив позу, повернул к нему голову и спросил:
– Мистер Санчез, а как вас зовут?
Санчез глупо хрюкнул, весь покрылся от такого конфуза пятнами, в очередной раз залюбовался молодым лицом с ярким румянцем и припухшими, искусанными губами. Пришлось немного придвинуться ближе, чмокнуть эти самые губы, тут же потянувшиеся навстречу, и заглянуть в широко отрытые глаза.
– Анхель, – представился Санчез, – и думаю, самое время перейти на “ты”.
Харви перевёл взгляд с Санчеза на его молодого мужа и отхлебнул ещё кофе из чашки. Эти двое сначала буквально зажали его на парковке Бюро, а потом настойчиво предложили посидеть в кафе. Харви с Санчезом на работе близки не были, за последние два года, которые бета проработал в ФБР, едва обмолвились парой слов, однако внутренний голос не только молчал, но и подозрительно испускал странноватое тепло, поэтому Харви на приглашение согласился. Чисто ради интереса.
– Ты не обижайся, что мы тебя на свадьбу не пригласили, – сказал Санчез, перемешивая ложкой чай, и бросил влюблённый взгляд на мужа, – торжество было почти спонтанным.
– А при чём здесь я? – решился всё же уточнить Харви, поморщившись приторности картинки перед глазами.
– Как же? – возмутился непонятливости альфы Санчез, – это ведь ты мне с Кэшем и помог!
От такого заявления у Харви глаза на лоб полезли, но Санчез реакции не заметил и подбодрил супруга:
– Кэш, дорогой, доставай подарок.
Пока Кэш копался в рюкзаке, доставая из него вереницу целлофановых пакетов, фантики, пару каких-то старых панталонов, которые он, впрочем, быстро спрятал назад, переменившись в лице, Харви только хватал ртом воздух. Потому что в этот момент слушал какую-то невероятную историю, где якобы он с помощью своих экстрасенсорных способностей послал Санчеза домой – странно, что не дальше – и тем самым, оказывается, свёл два страждущих сердца вместе.
– Всё началось с твоего пророчества, – подвёл итог Санчез таким тоном, что Харви понял бесполезность споров и доказательств обратного.
– Что ж, добавлю в своё резюме ещё один пункт – сводник, – улыбнулся альфа и почесал в затылке.
Поверить Санчезу было трудновато, и не только потому, что Харви вообще упомянутого разговора в кафетерии не помнил, но и прежде всего, потому что он не специализировался на любовных материях. Харви раньше и в Истинность с трудом верил – при его то работе – а то, что она случается и у бет, вообще не предполагал. Что Санчез с его молодым мужем являются духовными половинками единого целого, сомневаться не приходилось. Харви был экстрасенсом вероятностей, а не слепым.
Кэш тем временем выудил небольшую коробочку и, переглянувшись с супругом, протянул Харви. И пока тот тянулся рукой к коробке, время будто замедлилось. Он так и не взял её в руку, потому что его словно выбросило из реальности на долю секунды только для того, чтобы он каждой клеткой тела почувствовал, что кто-то или что-то очень-очень важное, давно знакомое, но постоянно ускользающее совсем рядом.
Харви чуть не зарычал на всё кафе, потому что эта знакомая уже много лет аура, постоянно ускользавшая из-под носа, в данный момент почти кричала о близости, альфе казалось, что перед глазами возникают едва ли не осязаемые указатели следования. Что его там, в конечной точке, ждёт, было не столь важно, хотя Харви догадывался, и по венам от этих мыслей разливалось сладкое предвкушение.
Экстрасенс настолько потерялся в собственных ощущениях, что почти не обратил внимания, как надломилась выбранная вероятность, стоило только встать из-за стола. А потом рабочий телефон коротко моргнул принятым сообщением и реальность для Харви привычно разделилась надвое. В смс говорилось о том, что ему срочно нужно было на объект, и альфе даже не надо было перезванивать, чтобы понять, что ситуация на другом конце сообщения критическая.