Командор навсегда (СИ)

– Уважаемый, можно купить у вас сушеной рыбы? – спросил я дедка, сидевшего на крылечке неказистого пристроя к антийскому дворцу прямо за неведомой мне конструкцией с натянутыми веревками, на которых висело что-то типа камбалы.
– Командор, что ты как не местный, – укоризненно взглянул на меня дед, – бери, она для всех, кто в ней нуждается.
– Можно бесплатно? – удивился я.
Дед еще раз посмотрел на меня с неодобрением: «Она не продается. Бери, Командор!».
Я взял несколько рыбок, хотя хотел купить пару десятков и побаловать парней на посту, но бесплатно это было сделать как-то неудобно.
Шедшие навстречу люди смотрели на меня с интересом, но заговорить не решались. Судя по всему, я не внушал им ни опасений, ни особого позитива. В Приморском форте я чувствовал, что люди смотрят на меня с надеждой и видят во мне своего защитника. А тут, скорее всего, они не знают, чего от меня ждать.
Нападение случилось внезапно, едва я достиг банковской площади. Две полусотни копейщиков в черных доспехах выбежали из переулков и двинулись на меня в боевом построении. На них не было опознавательных желто-зеленых плащей, как на бойцах Сержа, я даже засомневался, что это армейское подразделение. Я не успел еще ничего предпринять, как из банковского дворца-пантеона с колоннадами выскочили несколько десятков бойцов в золотых латах, ловким движением кинули сети на первую полусотню, которая в них запуталась и с железным скрежетом повалилась на брусчатку площади.
– Какого лешего вы творите? – крикнул командир в черной броне.
– Это ты что творишь, собака безродная?! – по площади разнесся бас полного мужчины в золотой мантии, командовавшего «золотыми» бойцами. – Это нападение на доминуса Имперского банка на банковской площади, подлец!
Пятерка бойцов выстроилась передо мной, закрывая щитами, а крайний, оглянувшись, шепнул: «Уходи, Командор! Мы их долго не продержим!».
Второй раз мне предлагать было не нужно, я активировал «Ментальную защиту» и мгновенно скрылся в ближайшем переулке. Благодаря навыку, меня видели только те жители, к которым подходил вплотную. Я спокойно вернулся ко Вторым воротам, так как продвигаться к дворцу посчитал опасной затеей. И я боялся не только за себя. Если бы начал атаковать, то были бы напрасные жертвы. А мне нравился этот городишко, жители которого, кроме этой черной сотни, не выказывали ко мне никакой враждебности.
– Я же говорил, что нужно обождать, – встретил меня лейтенант, – у нас тут игры благородных из-за тебя идут во всю силу.
Мне показалось, что, в отличии от других, он увидел меня издалека и поспешил открыть ворота – на него моя маскировка не действовала.
– Почему ты мне помогаешь? – негромко спросил я, покидая город.
– Я принял Клятву Командора, – шепотом ответил он и проводил меня на шестьдесят шагов от стены, очевидно, прикрывая от возможных стрелков-провокаторов.
Интересно, что жители империи без моего присутствия могут принимать Клятву, а затем следовать ей. Я еще раз прокрутил в голове разговор с Сержем и подумал, что не просто так он предложил мне посетить речной порт.
Добравшись до блокпоста, я пересказал события своим сержантам, и они твердо заявили, что больше не отпустят меня без сопровождения. По общему решению в почетный эскорт мне определили Петра и шестерку кавалергардов, так как «мореманы» рирцев недолюбливали, как, впрочем, и те их. Ну а армия Приморского форта для местных была почти как родная.
Не теряя времени, я направился в речной порт. А там была толкотня: уйма народу грузила, кантовала, паковала товары и продукты питания. В барах пьяная матросня выпивала свои честные чарки, дамы легкого поведения зазывали кавалеров, на огромных площадях сушились рыболовные сети, повсюду одурманивающе пахло разной рыбой, чадили дымом коптильни, тут же детишки носились с деревянными саблями и пистолями. Вот такая гоп-компания пиратиков меня и остановила.
– Дядя, ты совсем того? – спросила самая старшая: бойкая девчушка, очевидно, заводила этих разбойников.
 
– А что? – игриво спросил я.
– На конях сюда не надо! – требовательно посмотрела она на моих всадников.
– А что, разве кавалеристы некрасивые? – улыбнулся я.
– Очень красивые! – сокрушенно вздохнула она. – Но нельзя! Одуреют лошади от дыма, ломанутся напролом и порвут наши рыболовные сети. Как ты не понимаешь?!
Я спешился и отправил свой эскорт к трактиру, а сам продолжил общаться с юными пиратами, которые увидели пистоль у меня на поясе и их глаза округлились от удивления.
– Ты пират? – спросил пацаненок в замызганной парусиновой курточке и таких же брючках, с пиратской повязкой на одном глазу.
– Ну почти! А вот мой друг Порта, тот да, корсар! – ответил ему, беззаботно улыбаясь. – Да, он суровый пират и очень далеко сейчас. Вместе с моим железным флотом освобождает Лармию.
– Не врешь? – спросила девочка, разглядывая мой командорский шеврон на груди, который я надел перед неудачным визитом в крепость.
– Нет, – я снова улыбнулся и достал из инвентаря сладкие палочки, которые купил еще в Приморском форте и каким-то чудом уберег от Яра. Протянув детям сладости, я добавил: «Увидите красные паруса на горизонте, значит, капитан Порта или капитан Вальд прибыл в гости».
– Красные паруса? – произнес второй мальчишка, жуя угощенье. – Как в легенде?
– Какой легенде? – спросил я, понимая, что мои попытки удивить не очень удались.
– Когда будет беда и ураган разрушит все, то придет флот с красными парусами и всех спасет, – произнесла девочка, чуть прищурясь.
Дети переглянулись, обменялись какими-то понятными только им жестами, и наконец девочка решилась спросить, глядя на меня исподлобья:
– Ты разрушишь Сиртос? Убьешь нас всех?
Дети замолчали, а я смотрел на них с непониманием – что тут у них вообще происходит и почему они думают, что я враг?
– Нет, конечно! – я замотал головой. – Никогда не буду воевать с народом Сиртоса, тем более с детьми!
– Я – Марта-мореходка! Смотри, ты мне обещал! – она даже ножкой притопнула. Кстати, она единственная проигнорировала мои средневековые лакомства. Но после обещаний мира, похоже, оттаяла и забрала свою конфету у кудрявого мальчика.
– Ну все, дети, брысь! – я двинулся к таверне, а они загалдели и унеслись куда-то по своим делам.
В баре, который я видел по дороге, началась драка. Я усмехнулся, когда услышал, что конфликт произошел из-за того, что одна пьяная компания усомнилась, что Приморский форт еще сражается, а не пал под натиском врага. А вторая компания «чистила» им морды, объясняя: «Мы там были неделю назад, файцев громят как щенков». Вмешиваться в пьяные разборки я не стал: проспятся – помирятся.
Рядом с трактиром, куда я направлялся, проходила дорога, по которой возили грузы, и я наконец-то увидел наш блокпост, расположенный на въезде в портовую зону. Рирцы тоже увидели меня, и горнист протрубил приветствие. Прямо в этот момент происходил досмотр колонны из десятка фургонов, и я не стал отвлекать бойцов, предполагая заехать к ним на обратном пути.
Кавалеристы ожидали меня у входа в трактир. Наши лошадки, уже без брони и упряжи, находились в конюшне, их готовили к помывке. Лошадки радовались отдыху и свободе – устали они уж точно побольше нашего.
Мы вошли в невзрачное двухэтажное здание вместе с Петром и, едва переступив порог, замерли от табачного дыма и гула голосов, обрушившихся на нас. Мы оказались в большом обеденном зале с множеством столиков, за которыми пьянствовали, играли в кости, ужинали несколько десятков человек. На мой взгляд, все они были моряками, но в обычной одежде мирных жителей, без брони, лат и оружия. Мы с кавалеристом в полной броне и с парой арбалетов смотрелись тут как инородное тело. Пока мы глазели, в зале постепенно наступила тишина, посетители трактира смотрели на нас, ожидая, что последует дальше.
– Добрый вечер, морские волки! – наконец гаркнул я, когда пауза затянулась.