Командор навсегда (СИ)

– Ты, Командор, это как бы… – начал разговор Ахмат, косясь в сторону двери.
– Да! Ты как бы, может быть… – продолжил Ирса многозначительно.
– Дак вы же её клумбу разнесли… – я развел руками и вздохнул.
Мы немного помолчали, жуя камбалу.
– Ну так-то да, – Ахмат кивнул и продолжил гнуть свое, – но она же…
– Опять запах дерьма будет две недели, – я отхлебнул пиво.
– Дак вот как так вышло? – Ирса отхлебнул сразу полкружки и не поморщился.
А я ухмыльнулся и хлопнул его по плечу:
– Я тут вчера, когда женьшеня перебрал, улучшил конструкцию, смотрите!
Я нарисовал им новую конструкцию с направляющими трубами. Подробно объяснил этапы производства. Это я вчера всё понимал, а сегодня снова отупел и воспроизводил с трудом.
– Значит, заряд ракеты будет меньше, – удовлетворенно проговорил Ахмат.
– Какое меньше? Больше, гораздо больше! – я захохотал.
Все присутствующие «ракетчики» нервно сглотнули, а Сорик даже кружку из рук выронил.
– Вот что главное в нашем деле? – спросил я захмелевшем голосом.
– Что? – спросил один из бойцов Ирсы и икнул.
– Не ссать! – ответил я многозначительным тоном.
– Что вообще? А пиво как? – настороженно переспросил боец.
– В смысле – не бояться обстоятельств!
Потом я рассказал им, как нужно устроить прямо на крепостной стене полигон с укрытиями для расчета установки и безопасным хранилищем взрывчатых веществ.
Рирцы послушно кивали, даже предложили взять в нашу команду офицера-артиллериста из Седьмого пехотного полка. На мой вопрос: «На фига?», – ответили, что так будет проще объяснить последствия наших испытаний. Что-то типа: «Артиллерия чудит!».
Когда рирцы сильно «набрались» храбрости, мы вышли из бани. Ну лучше бы еще сидели пили пиво. Майкидора ждала нас на выходе. Видимо, уже долго и успела себя накрутить. Я стал свидетелем её получасового монолога – выражений она не стеснялась, «комплименты» моим ракетчикам высказывала резко и обидно. Мы так и стояли перед ней голышом, замотавшись только какими-то тряпками вокруг бедер. На меня, как «изобретателя» чудо-оружия, она не смотрела, как будто меня тут не было. Наконец, выговорившись, ушла.
– Королева! – мечтательно произнес Сорик, едва за ней закрылась дверь. Понять её можно было: конюшня почти сгорела, лошади потравились дымом и сейчас их лечили от ожогов, на дворе снова кавардак, вонь и грязь. Даже наш штандарт оказался чуть подпаленным с нижнего края.
Мы оделись и побрели в столовую. А там опять была только каша. Поели в тишине. К нам молча подсел Майоран.
– Еле вас спас от разжалования в рядовые, – произнес он, глядя на сержантов.
Вот тут уж мы заржали, потому что есть в этом мире мужская солидарность.
– А пусть бы и разжаловала! – отсмеявшись, произнес я. – Я бы вас лейтенантами ракетных войск назначил.
– Зато и секреты хранить теперь легче будет, – Майоран стал серьезным. – Желающих подсматривать за вашими опытами теперь не найти. Страшно всем.
Я доел кашу и вспомнил про своих питомцев. Куда они запропастились?
– А где мой выводок? – спросил я Майорана.
– За этих хитрецов не переживай, – улыбнулся он, – они с Майкидорой. Она продолжает инспекцию продовольственных запасов в подвале, они у неё пробуют еду и сообщают, не испортилась ли она.
По мне дак Соня-то так себе эксперт по вкусной и здоровой пище, вся надежда на Яра. А с другой стороны, хорошо, что они с Майкой – общение с животными вроде должно успокаивать принцесс и королев. Но это неточно.
– Давай поговорим про будущий рейд, – предложил Майоран, когда все ушли, – какой группой пойдешь?
– Двести бойцов пойдут к форту Сиртос, – я изложил свой план. – Их задача – не нападать, а блокировать все дороги и проводить осмотр грузов. Если похищенные Норсы там, то они должны там и оставаться. Возьмете все пушки, что найдете, постройте блокпосты.
– Можем и не удержать оборону. Это земля Провинции Северного моря, у них есть армия – пара тысяч бойцов точно.
– А вот поэтому ты и поедешь с отрядом, чтобы уладить вопрос с хозяевами провинции. Лучше, если они будут нам помогать.
 
Майоран скептически хмыкнул, но кивнул:
– А ты?
– Я с моими «ракетчиками» и небольшой группой прикрытия отправлюсь на встречу с Абдулом.
Вот тут Майоран нахмурился и задумчиво проговорил:
– Говорят, Кворум набрал армию. Не знаю, сколько у них бойцов и насколько это действительно бойцы, а не трусы и дезертиры, но это нужно учитывать. Сколько ты возьмешь наших?
Тут уж углубился в размышления я, потому что до этого о персоналиях не думал.
– Ахмат и его отряд, Ирса как специалист по взрывчатым веществам и еще нужно хотя бы пятьдесят бойцов охраны.
– Возьми кавалергардов Аделаиды! – горячо заговорил Майоран. – Их в живых осталось двадцать шесть из полусотни, они рвутся в бой. И еще они хотят спасти Норсов, каждый день ко мне приходят – просят взять на службу. Они же выросли при дворе губернатора, многие сироты…
– Точно! – я даже обрадовался такому предложению. – Тяжелая кавалерия мне пригодится. Да и не придётся тогда забирать стражей Марата.
Я вышел из столовой, а в голове свербела мысль: «Что бы пожрать?». Спас положение внезапно появившийся на ступеньках нашего дворца Сёма. Мы душевно поздоровались, и мой бывший торговый представитель заявил:
– Я по делу. Господин Мот спрашивает, когда с тобой можно переговорить в спокойной обстановке? У него зарезервирован столик в трактире гостиного двора...
– Да прямо сейчас! – обрадовался я. – Уже выдвигаюсь!
– Предложи господину банкиру продать нам трубы, – поспешно подскочил ко мне Ирса, ставший невольным свидетелем нашего разговора, – у нас больших запасов нет.
Я кивнул ему и огляделся. Сёма стремительным шагом ушел в банк за Мотом, он странно косился на разгром, который учудила наша ракета во дворе. Если честно, то это был совсем не тот разгром как при штурме, крови и трупов не было. Так что я и не знаю, что Майкидора так кипятилась? Ну сожгли конюшню, ну разлили нечистоты по двору, ну загадили её клумбу… Дак это дело-то житейское, с кем не бывает. К тому же это и не мы, а ракета виновата. Опытный, так сказать, образец. Вот только зря мы полигон под это дело сразу не сообразили. Нам быстрее надо было бы думать – на всё про всё три дня срока.
Я неспешно двинулся по поселку в сторону гостиного двора. А пока шел, с удовольствием отмечал про себя, что жизнь здесь постепенно налаживалась, исчезали следы крови и уличных боев. Люди передвигались без страха, даже в их взглядах появилась некая уверенность. Они узнавали меня и улыбались, а я улыбался им ответ.
Мой шлем болтался на поясе и волосы трепал легкий ветерок. Мне вдруг вспомнились образы из другой жизни: лето, маленький городишко, поселок при комбинате, клумбы перед домами, лавочки с бабушками, двухэтажные дома, окрашенные в салатовый цвет, а я, маленький, бреду с отцом к карусели в Парке Металлургов… Погрузившись в свои мысли, я не заметил, как пришел к конторе картографа, которая оказалась закрыта. Я подозвал всадника из своего эскорта, который двигался за мной на расстоянии пары десятков шагов.
– Как зовут тебя, воин?
– Мит, рирская гвардия, отряд сержанта Жана, – бойко ответил он, подняв забрало шлема.
– Мит, дружище, найдите картографа Даора, у меня к нему срочное дело.
– Да, сделаем, Командор! – всадник сорвался с места в сторону Губернаторского дворца. Со мною остались двое его сослуживцев.
Я пошел дальше и ноги сами вынесли меня к торговой площади. К моей радости, несмотря на то, что было далеко за полдень, тут было многолюдно – базарный день в самом разгаре. Многие лавки были открыты, даже появились некоторые шатры, в которых торговали всяким разным. Я поговорил с несколькими купцами, буквально перемолвились парой фраз, но удалось получить нужную информацию.
Оказывается, теперь блокада форта была только на словах, а на деле враги опасались приближаться к равелинам, контролирующим подходы к пристани, так как видели там рирскую гвардию и красные штандарты. Поэтому в форт теперь приходили и торговые лодки, и пеший путь вдоль берега был свободен. Войска неприятеля как будто не желали пресекать эту активность. Вот поэтому на рынке было почти все, но цены, конечно, «кусались».