Наречённая из-за грани, или Попаданка в придачу (СИ)

– Нет, – признала я очевидное.
Алишан оглянулась на дверной проём, за которым мельтешила фигура Виргила. Пошуршав чем-то в прихожей, Ворон возник на пороге, облачённый в похожий чёрный халат.
– Посторонних в доме нет, – сообщил он, изучая меня холодным препарирующим взором.
Технически таки да, нет – Люсьен даже порога не переступал.
– Окно было открыто, – заявила Алишан обличающе.
– Не похоже, чтобы через него кто-то проник в дом.
– Проникать необязательно.
– Он не выберется с перепутья так быстро. Без личной адары обратная дорога займёт немало времени.
Мне показалось, или в подчёркнуто ровном голосе прозвучала насмешка? Причём в мой адрес.
– И он не знает наверняка, куда вы отправились из Глоса и где будете завтра.
– Пусть так, но всё одно неспокойно, – покачала головой Алишан. – Страшиться каждой тени, постоянно оглядываться, постоянно ожидать, что он снова появится и затеет свою игру…
– Тогда проведите первое сочетание немедля. Пыл оно ему точно поумерит. 
– Здесь?
– Отчего нет? – усмешка вдруг стала явной, мелькнула в скупом изгибе тонких губ, отразилась в пристальном ледяном взгляде. – Раз уж твоей сестре не терпелось заполучить мужчину…
– А моего мнения никто спросить не хочет? – вмешалась я.
Ишь, обсуждают меня в моём присутствии так, словно меня тут нет или прав у Феодоры не больше, чем у фигурки на каминной полке. 
– Дай-ка подумать, – Виргил на секунду-другую изобразил глубокую задумчивость и смерил меня откровенно насмешливым взглядом. – После твоего бегства с этим куском… прошу прощения, после твоего безрассудного проступка нет, твоё мнение никого не заботит.
– Виргил, – укоризненно возразила Алишан.
– Я прав, Алишан, – отрезал Ворон. – Ты это знаешь, я знаю, и твоя маленькая сестричка тоже знает распрекрасно, пусть и притворяется глупенькой. К тому же, кто бы ни стал первым, вам всё равно придётся отправляться к нему.
– Почему? – рискнула я спросить.
– Сочетаемые избираются из числа мужей родом из других доменов, и никогда – из родного адаре домена, – пояснил Виргил с любезностью айсберга, надвигающегося на «Титаник».
Сочетаемые? Именно так, во множественном числе? Ещё и первое сочетание… а где первое, там и второе.
И, возможно, третье.
Кажется, «Уикхем» что-то такое упоминал… о долгах Феодоры перед семьёй… и тоже во множественном числе.
Млин, если это то, о чём я думаю, то… то не знаю даже, что с этим делать.
– Ты хотела поесть? – резко сменила тему Алишан, участливо заглядывая мне в лицо.
Уже не хочу, весь аппетит отбили.
– Нет.
– Тогда давай я провожу тебя наверх, – не стала настаивать сестра. – Отдохни, поспи немного. Завтра будет непростой день.
Догадываюсь, угу.
* * *
Полночи я провалялась без сна, так и этак перекладывая фрагменты полученной информации. Если подытожить более-менее понятное, то получалось, что я: телепорт, как и Алишан, живу в Исттерском домене и должна в срочном порядке сочетаться с сочетаемыми, коих больше одного.
Дивно звучало, ничего не скажешь.
В горе перечитанных мной романов фэнтези встречались истории с МЖМ и мужскими гаремами. Я ими не брезговала, не закрывала в спешке карточку книги при виде одних лишь соответствующих тегов и не надевала белое пальто убеждённой ханжи и моралистки, заметив на обложке двух мужчин и одну девушку. Читала охотно, с интересом, но себя на месте многомужних героинь не представляла. Тройственные и более союзы виделись пикантной эротической фантазией, столь же далёкой от реальной жизни, как драконы с оборотнями. Нет, я в курсе, что полиамория и в реале вполне себе существует, но в реале много чего существует, чего я в глаза не видела и не факт, что когда-нибудь увижу. А тут вдруг мне намекают прозрачненько, что сочетаться мне не с одним мужчиной, но двумя.
Или тремя.
Или… семью?
Может, я всё-таки ошиблась и назавтра меня не ожидает квест по сбору мужского гарема? Или сочетание на самом деле не совсем то, что я себе вообразила? Или автопереводчик в Феодориной голове барахлит, и я неправильно понимаю всё, что мне говорят.
 
А с другой стороны, ка-ак выдадут мне компанию божественно прекрасных эльфов, брутальных оборотней, могущественных драконов и кто тут ещё найдётся, завязанных исключительно на моей персоне, и буду я купаться в их внимании и обожании.
В результате затяжных метаний между ужасами и прелестями многомужества заснула я незадолго до рассвета. Разбудила меня Алишан, одетая и причёсанная должным образом, строгая, суровая и собранная, как перед экзаменом. Пришлось вставать, плестись в ванную, затем облачаться в зелёное платье из вещей Феодоры и идти в столовую завтракать. Располагалась она по соседству с гостиной и не отличалась ни размерами, ни роскошью обстановки. Стол, стулья, буфет – ничего лишнего. Я наскоро позавтракала остатками давешнего подогретого пирога и в сопровождении Алишан перешла в гостиную. Портьеры на обоих окнах плотно задёрнуты, помещение освещала только пара ламп на столиках. Виргил сидел в кресле перед неразожжённым камином, но, завидев нас, поднялся. Кивнул Алишан, взял второе кресло и передвинул его на середину комнаты. По его приглашающему жесту я осторожно опустилась на край, глянула выжидающе на сестру. Та приблизилась, встала передо мной.
А инструктаж проведут? Хотя бы краткий? У меня вообще-то амнезия и я могу не помнить, что надо делать.
Алишан воздела руки в потолку, закрыла глаза, и я поняла, что придётся обойтись без инструкции. Ворон вернулся в своё кресло и принялся наблюдать с видом человека, следящего за крайне забавным, занимательным действом. Губы Алишан начали шевелиться беззвучно, пальцы дрогнули и согнулись, словно она ухватила и сжала нечто невидимое. По сосредоточенному лицу пробежала тень, исказив на мгновение черты, под пальцами вспыхнули и рассыпались быстро тающие рыжие искры. Над моей головой полыхнуло, дохнуло жаром и в следующую секунду Алишан отработанным, чётким движением сжала… ручку зеркала, соткавшегося из воздуха и искр. Открыв глаза, сестра протянула его мне.
Я взяла.
Зеркало выглядело старинным: массивная золотая оправа, фигурная ручка, на задней стороне выпуклое изображение паука, украшенное драгоценными камнями.
Алишан отступила от кресла.
И что дальше?
В стеклянном овале отразился мой печальный бледный лик, обрамлённый светлыми завитками волос. Надо что-то сказать? Заклинание произнести?
Алишан молчала. Виргил не скрывал усмешки.
Ладно же…
– Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи: я ль на свете всех милее, всех румяней и белее? – выразительно продекламировала я. Подумала и добавила: – Суженый-ряженый, приди ко мне наряженный!
Поверхность зеркала дрогнула потревоженной водной гладью, пошла рябью, стирая моё отражение. Из смазанных очертаний сформировалось нечто рыже-зелёное, вихрастое и явно не человекоподобное.
Это что, и есть мой суженый-ряженый?! Тьфу, то есть сочетаемый?!
Нечто походило на помесь лягушки и кошки, за каким-то лешим напялившей рыжий парик. Увенчанные роскошными чёрными кисточками кошачьи уши торчали над короткими морковными кудрями, грязно-зелёную бугристую кожу рассекала длинная кривая трещина рта. Нос отсутствовал, жёлтые глаза-щелочки скорее угадывались на широкой физиономии, чем можно было точно сказать, что вот это вот они.
– Это… это что за… страхолюдина?! – выдохнула я, с трудом сдерживаясь, чтобы не запустить зеркальцем в Виргила.
Кому тут кровь из носу потребовалось проводить первое сочетание?
Виргилу Акуле.
Вот пусть и забирает себе это «щастье».
– Адара Феодора ожидала, что каждый явившийся ей сочетаемый будет юн, статен и прекрасен? – парировала акула… ой, то есть Ворон.
Кажется, «щастье» что-то жевало, мерно двигая челюстями с невозмутимостью коровы.