В очереди за счастьем (СИ)

Яшка, ни слова ни говоря, садится на переднее пассажирское сиденье. Будь это в начале нашего разговора с Марком, я бы возмутилась. Сейчас же решаю не накалять обстановку. Мне и без этого достаточно некомфортно в обществе Марка, чтобы еще провоцировать открытый конфликт.
Марк ныряет в салон первым, я усаживаюсь за ним, стараюсь пристроиться максимально дальше. Не нужно фантазировать. Побесится младший Лазарев. И успокоится. За ним, наверное, пол-Москвы бегает, найдет кем утешиться.
Уже в машине набираю Егора.
-Привет, - он не спит, - Из квартиры никуда не выходите, никого не пускайте. Ни дедушку, ни бабушку, ни отца. Слышишь меня?
-Думаешь, это поможет? - мой не по годам взрослый сын всё понимает.
-За квартирой присматривают. За вами тоже, - выдыхаю тяжелый воздух почти со свистом, - Просто я не знаю...
Заминка. Как же всё дошло до этого?
-Что можно ждать еще. И насколько жадность сильнее всего остального.
Егор молчит.
-Я понял. Никуда не пойдем. Никого не пустим. Не переживай. Ты сама где?
-Мне надо съездить по делам, - буквально вчера вечером мне удалось со скандалом договориться еще по поводу нескольких выходных.
-Ты, надеюсь, не одна?
-Нет, Егор. Все нормально, правда... Пока, - обрываю разговор.
-Пока, - он тоже не хочет разговаривать.
Осознание реальности дается нам всем очень тяжело. Исключение составляет Арсений, потому что ему просто многое не рассказываем. И к счастью, многое находится вне интересов его возраста.
В машине воцаряется молчание. Я не хочу, чтобы Яша меня расспрашивал при Марке. Кроме того, в машине находится еще и водитель, с которым мы обменялись вежливыми приветствиями, когда я села в машину. Дальнейшие беседы считаю лишними.
Монотонная езда отягчает мое состояние. Ловлю себя на том, что время от времени отключаюсь. Меня начинает болтать, от этого несколько раз просыпаюсь. Пока меня не фиксируют на мужском плече. Спать очень хочется. Сил проснуться и отодвинуться не нахожу. Тем более вот сейчас мне становится хорошо, все тревоги и заботы исчезают. И хочется просто отдохнуть, позволить себе эту передышку.
Тем не менее, уплывая в сон окончательно, слышу голос Абрамова.
-Не убивай меня взглядом, Марк. Мы с Наткой выросли вместе. Она мне как сестра, а я для нее больше закадычная подружка, чем особь мужского пола.
Капец. Они меня обсуждают, а я даже глаза открыть не могу, так меня тянет в сон.
-Да?! - раздается негромкий голос у меня над макушкой, - Дружбы между мужчиной и женщиной - не бывает.
-Не бывает, - соглашается Яков, - Только у нас не дружба. Мы - друг другу временами и мама, и папа, и брат, и сестра. И много чего еще. Но без сексуального подтекста, который ты себе придумал.
Тут я кстати с Абрамовым согласна. Наша с ним связь крепче, чем у многих родственников. Она началась с того момента, как вихрастый двухлетний мальчишка протянул мне яблоко, когда я играла в песочнице. И я этого, конечно, не помнила. Мне тогда тоже было два года. Об этом нам наши матери рассказывали. С течением времени эта связь только крепла. В двадцать, вернувшись из свадебного путешествия и узнав, что Абрамова отчислили из университета, я стояла перед своим отцом и требовала, чтобы он оплатил ему учебу. Жутко поругалась из-за этого с Макаром, да и отец был не в восторге. Но у Яшки был тяжелый период в жизни - отец разорился, в университете освободили бюджетное место, так как Яков перестал относиться к числу "нужных" и "неприкасаемых". Тогда этот случай наглядно продемонстрировал мне, где находится справедливость. Но папа поупирался и оплатил Абрамову обучение. Яков, кстати, тоже упирался, не желая принимать эту "подачку". Только узнав, что я беременна, все сделали так, как я хотела. Много позже, Яшка мне сказал, что я была права и не послушай он меня, он многое бы упустил в жизни.
Мне очень хочется послушать, что скажет Марк в ответ на это. Но он молчит, удобнее устраивая меня у себя под мышкой. А я. воспользовавшись тем, что голова, наконец, не болтается, отключаюсь уже полностью.
  
Просыпаюсь лишь спустя три часа, потому что машина остановилась.
Мужские руки по- прежнему меня обнимают. И обжигают сквозь одежду кожу. Поднимаю глаза на Марка. Мы уже по привычке встречаемся глазами. Он меня внимательно рассматривает.
Я вздыхаю, промаргиваюсь.
-Спасибо, - произношу тихо.
И отодвигаюсь.
Он не пытается удержать меня, не позволяет себе каких-то некорректных замечаний. Даже взглядов таких не позволяет.
Однако, мне всё равно неловко.
Может быть, потому что совершенно не к месту, я вспоминаю, как он трахал меня у стены в гостиничном номере.
Не покраснеть бы. А то мое амплуа "роковой стервы" будет разрушено безвозвратно.
Но тем не менее чувствую, как начинают алеть щеки. Вот не дура?!
-Проснулась? - спрашивает Яшка, залезая на переднее сиденье.
В руках у него кофе в бумажных стаканчиках. Один он протягивает мне. В этот момент люблю его больше жизни.
-Не думай, это не за просто так. С тебя - пельмени, - разрушает Абрамов всю магию момента.
-Какой же ты расчетливый! - фыркаю недовольно.
На это мне протягивают круассан.
-С карамелью. Поешь и поймай дзен.
Желудок прилип к позвоночнику, поэтому без капризов принимаю вкусняшку.
-Будут тебе твои пельмени, - произношу, впиваясь в ароматную выпечку зубами.
-А мне? - интересуется Марк под боком.
  
Глава 29
 
Глава 29
Наташа 
Зачем вообще спрашивать? По его мнению, я - женщина с низкой социальной ответственностью... Сама себя начинаю раздражать. Я, что, на Марка обиделась? Выходит, да. Меня вообще очень бесит эта позиция мужчин - сами готовы запихнуть свой член куда угодно, а женщина, если не соблюдает целибат - проститука, шлюха, шалава, да много кто еще. И где справедливость?
Поэтому, да, я обиделась на Марка. Я на него не вешалась, не провоцировала. Ну, если только самую чуточку. И то, только во время второй встречи. Он сам был не против. А дерьмо решил вылить на меня.
Так что пусть себе девственницу ищет...
-А Вас, Марк Федорович, боюсь, мои кулинарные таланты не устроят. Вы же к другому привыкли. Всё по ресторанам и по ресторанам. Не стоит отвыкать, - всё-таки не выдерживаю и демонстрирую своё настоящее отношение.
Пусть не смеет лезть в мою жизнь. Ничего кроме разрушений он в нее не принесет.
-Да Вы, Наталия Васильевна, не бойтесь. Если что, я Вам могу и по поводу пельменей дельный совет дать, - гадостей не говорит, а такое ощущение, что холодом по коже веет.
Этот мужчина вовсе не прост. И держаться мне от него нужно подальше. Я - против случайных связей. Для меня секс - это определенная степень доверия между мужчиной и женщиной. И вся ситуация с Марком рвет мои шаблоны, выводит из зоны комфорта. А еще Макар поселил в моей душе страх перед тем, что все мужчины - такие. Что им не нужны ни любовь, ни забота. Для них главное - молодое тело со стоячими сиськами. И отсутствие комплексов. Если верить Протасову, то последнего у меня нет. Что же касается комплексов, то я ими начинаю обрастать, как дерево - мхом. Все более и более толстым слоем.
Не знаю, как вести себя дальше и решаю замолчать. Очевидно, что мой не в меру длинный язык провоцирует Лазарева. Поэтому отворачиваюсь к окну и так и еду остаток пути. Благо, что не очень долго.
Мы приезжаем к Яше домой. Заметив подъехавшую машину, во дворе нас уже поджидает Валя.
Обнимает меня. Зачем-то оборачиваюсь и вижу, как на нас удивленно смотрит Марк. Вот дурак! Он, что, всерьез решил, что мы с Яшкой - любовники?! И теперь его озадачила реакция Вали на мое появление?!
-Ты - бледная. Выглядишь ужасно, - тем временем слышу от Яшиной жены, - Пойдем, я тебе чай с ромашкой сделаю.
Она не спрашивает, что случилось. Значит, Яша рассказал. Это и к лучшему. Снова погружаться в сожаления нет времени.