Грит (песчинка) (СИ)

— Прежде чем брать такие заказы, ты должен спрашивать мое мнение! А я бы сказал тебе, мальчишка, что иметь дело с «эльфами» — себе дороже, связываться с Первыми Мирами — себе дороже! Они не поручили эту работу никому из своих, ни Службе, ни наемникам, ни своим тайным агентам, которыми заполонены все Разумные миры. Они вышли на пиратов, на нас. А для «эльфов» связаться с пиратами означает, что дело воняет на сотни парсеков. И ты, сын своей тупой матери, взялся за него, позарившись на оплату. Восполнит ли эта оплата тот ущерб, что мы несем и будем нести дальше, разбираясь с «гостями»?
— Они предложили и дали больше чем я заработал за последние пять лет. На эти деньги я смогу наконец переоборудовать корабль…
— Ты бы давным давно переоборудовал корабль, или построил новый если бы не просаживал все деньги на развлечения!
— Но я всегда вкладывал деньги в твой дом! Достойно содержал тебя и младшего брата! Посмотри как живут Лит-Мо и Ден-Риты, они нам не конкуренты!
Старик легко поднялся со стула сделал шаг в сторону сына и коротко замахнувшись влепил тому хлесткую пощечину. Кэйтон дернулся, но не от удара, а невольно нахлынувшего страха перед отцом и чувства острого стыда за свое положение. Мужчина ненавидел эти моменты, на секунду он снова чувствовал себя перед отцом мальчишкой. Бесправным и пока бессловесным членом странной мужской семьи. На планете не было принято не то что любить, а даже привязываться к сыновьям. Дети умирали от болезней, и очень долго было неясно кто же именно продолжит род, и продолжит ли вообще.
— Идиот! Что ты оставишь своему сыну? И когда он появится у тебя? Когда в доме появится женщина способная родить ребенка? Родить сына и наследника? Такого, чтобы не помер в первый же год жизни? Ты просаживаешь деньги на продажных женщин, которые кроме мимолетного удовольствия тебе ничего дать не могут!
— У меня есть младший брат, твой наследник, разве этого не достаточно?
— Даже так… — задумчиво протянул старик. А потом тихо спросил: — Они тебя не интересуют? Верно?
— Кто? — Напряженно переспросил Кэйтон.
— Женщины. Ты ни разу не привозил с рейса женщину…
— Отец… это не так, — с явными просительными интонациями протянул Кэйтон: — Это не так…
— А как?
— У меня были женщины, и каждый рейс я посещаю публичные дома на станциях где предоставляют разного рода развлечения. И на корабле была женщина которая могла родить мне сына. Я держал ее пять месяцев, но она так и не забеременела, и мне пришлось ее продать.
— Так может она была бесплодна, или делала процедуру чтобы не иметь детей. Это ты выяснил?
— Выяснил, как и то, что детей не способен иметь именно я. Я стерилен. И это к сожалению необратимо.
Глава рода тяжело опустился обратно на стул и долгое время молчал. Тогда Кэйтон заговорил сам:
— Мы вырождаемся отец, учение Пра-Отцов не верное. Мы вырождаемся, дети рожденные вне Связи слабы и умирают, семьи уже приобрели врожденные генетические заболевания. Я разговаривал со старшими сыновьями Лит-Мо и Ден-Ритов, у одного из них аналогичная проблема, что и у меня. Младшего брата я не проверял, но это нужно сделать. Возможно на мне и на нем все закончится. Поэтому я и не вижу смысла вкладывать деньги в корабль, не вижу смысла развивать наш бизнес… Это конец.
— Учение Пра-Отцов единственно верное! — жестко сказал старик, — благородя ему мы достигли того, чего достигли, нас боятся все Разумные миры! Нас боятся Первые Миры!
— Нас боятся только торговцы, которые не могут нанять достойную охрану своему кораблю, — отрезал Кэйтон, — нашу планету еще не испепелили потому что им недосуг нами заниматься и не столь много вреда мы приносим, а для них возможно это и не вред, мы винтик системы Первых Миров, винтик, который выполняет свою функцию, помогает наращивать им могущество и богатство. Просто мы этого не понимаем. Не видим всей картины в целом. И даже работорговля нужна им. Иначе они давно бы от нее избавились.
— Это ересь! — Воскликнул отец, но Кэйтон неуловимо ощутил ноту сомнения, страшного сомнения в голосе главы, которое родилось не сейчас, не одномоментно, а жило уже очень давно, вероятно со времен, когда отец был молод и сам занимался пиратством.
 
Кэйтон, стараясь не шуметь обошел стол и отодвинул от него один из стульев, присел. Долго и пытливо смотрел в глаза отца, и старик отвел взгляд.
— Что будем с ними делать? — спросил отец.
— Избавимся, продавать их нельзя. Здоровяк протянет не больше суток, и с ним больше возни чем мы получим денег, а девчонка при продаже принесет слишком много проблем. Она не так проста как показалось, не из Службы, что-то выше и куда более значительнее. Скорее всего из свиты королевы. Ее придется самим… если не кормить и не поить она может протянуть слишком долго, это тоже опасно. За ними могут прийти, ее угрозы о группе захвата могут быть вполне реальными. Через двое суток я проверю подвал, ее напарник скорее всего уже будет остывать, если не закоченеет к тому моменту. А ее просто застрелю.
Старик оглянулся на окно за которым уже светало. Небо было темным, наполненным тяжелыми, практически свинцовыми тучами. К полудню будет дождь. В этот момент у парадной двери, на улице раздался выстрел. Оружие, которое использовал неизвестный было огнестрельным. Не лазерным и не импульсным, а именно огнестрельным. Отец с сыном подскочили со своих стульев, но не успели ничего сделать, раздался следующий выстрел, только в этот раз ствол оружия явно был направлен не в небо. Пороховой заряд и патрон разнесли часть парадной двери, которая зашаталась на одной петле, перекосившись в правую сторону. Кэйтон невольно проникся уважением к тому, кто стоял за дверью.
— Эн-Кат!
— Это старик Аль-Кон, — шепотом сказал Кэйтон. — Ему то что тут нужно?
— Эн-Кат! Я пришел не один, со мной мои люди, и нас шестеро, а вас двое взрослых и никчемный мальчишка! Мы все вооружены!
— Ты даешь своим рабам в руки оружие?! — крикнул в ответ глава рода Эн-Кат.
— А они и не рабы! — крикнули в ответ.
Эн-Каты несколько секунд обдумывали информацию и Кэйтон крикнул в ответ:
— Что тебе нужно Тейтон!? В чем дело?!
— Мне нужны те двое, что вы держите в своем подвале!!!
— Проклятье! — прошептал глава рода Эн-Кат, ударив рукой по крышке стола: — Я же говорил с ними будут проблемы, все это дело приносит нам только проблемы!
— У нас нет никого! О чем ты вообще?! — крикнул в ответ Кэйтон.
— Заткнись мальчишка! — раздался новый крик с улицы, — если ты еще не понял то дела у вас плохи, через пять минут я войду в дом, и выйду с ними, но вот вы останетесь внутри своего гнилого «гнезда» навсегда!
Старик Эн-Кат тяжело опустился на стул и махнул рукой.
— Мы конечно и так вымираем, но хотелось бы пожить еще хоть немного. Отдай им пленников, пусть забирают. Мы не выстоим против них. Я видел его так называемых рабов, настоящие головорезы.
Кэйтон и сам давно понял, что бороться против захвата смысла нет, придется отдать пленников. Отец прав, хочется пожить еще немного.
— Хорошо! — Крикнул мужчина, — можете входить, мы в столовой, сопротивления оказывать не будем!
В ответ Тейтон крикнул:
— Войдут трое моих людей, они вооружены, я надеюсь, что вы не сделаете глупость!
— Даю слово! — ответил Кэйтон и также как и отец опустился на стул. Сын и отец положили ладони поверх стола, для того, чтобы не дать нападавшим возможности открыть огонь, сославшись на на неосторожное или подозрительное движение мужчин Эн-Катов. Послышались тяжелые мужские шаги по деревянному полу. Причем двое вошли с парадной двери, а третий тихо появился из-за спины, из глубины дома и сколько он там находился было непонятно. Двое из вошедших держали Эн-Катов на прицеле, оружие в их руках было стоящее, производства Земных колоний специализирующихся на разработке и поставке оружия. Мужчины были зрелого возраста, а лица словно высечены из камня, глаза холодные, словно мертвые как у хищных рыб, которые водятся в океанах многих и многих планет Разумных миров. Их называют сарко, Кэйтон на рынке деликатесов одной из космических стационарных станций слышал, что раньше они водились только на Земле, и назывались акулами. Их развезли по колониям, во времена освоения людьми Космоса. Хищники получили универсальное название на всеобщем и стали захватывать новые и новые территории. Пират видел их живыми, у одного богатого работорговца в отстойнике. Хищники никогда не останавливались наматывая круги по объемному аквариуму и глаза их пугали своей пустотой. И вот теперь закаленного во многих захватах кораблей пирата ощутимо проняло от вида вошедших, таких он не встречал.