Уже не новобранец (СИ)

— Ладно, делать тут явно больше нечего, — вздохнул я, потом махнул глефой, которая… заискрилась.
И снова я улыбнулся. Почувствовал, как расслабился почти каждый мускул на моём лице. Даже если моя магия не работает в этом проклятом месте, то магия, заключённая в оружии, сохранялась. Гестия… была рядом. Относительно. Через оружие она передавала мне свою необъёмную энергию. Но необъёмную не значит, что бесконечную. Это мне её не объять, а боги-то способны. Конец есть у всего…
  
— Теперь ты понимаешь, смертный, почему именно ты находишься тут? — послышался мне голос… женщины, не молодой девы, а именно зрелой дамы, которая повидала всякое, но не утратила свою нежность и заботу, которая стала чем-то святым для своего дома, ибо это была она, Гестия, говорила со мной через свою связь через оружие. — Почему именно ты был избран самим Хаосом?
— Потому что… повезло? — усмехнулся я, не понимая, почему именно сейчас богиня решила говорить со мной.
— Нет, — с лёгким разочарованием ответила она, но потом усмехнулась. — Но ты явно понимаешь, просто за глупостью… пытаешься скрывать свой незаурядный ум. Ты был избран, потому что в тебе был великий потенциал. Ты был отмечен Мирозданием, ты можешь чувствовать его, само пространство. Мало кто на свете на такое способен. Именно через тебя может перетекать сила в этот мир. Именно ты можешь быть путеводной звездой в это время мрака. Да, сейчас только закат… но, когда наступит безлунная ночь, когда даже Селена не сможет помочь людям, именно ты встанешь на защиту. Как герой древности. И будешь оберегать этот мир как домашний очаг. Ибо таково твоё призвание. Ибо поэтому Хаос решил, что даст тебе частичку неупорядоченного самому первому, частичку… самой сути. Один шанс, смертный. Всего один шанс. Восстанови тут баланс…
— Эти надписи и есть суть? — решил уточнить я, но ответом мне была тишина.
Ну как… почти тишина. Начали формироваться едва заметные надписи… но они явно не сформируются ещё очень долго. Язык был не из этого мира. А моя голова, глядя на них… разрывалась на куски. Слишком сложно. Словно… это язык другого мира. Поэтому я отбросил эти надписи. Тут же стало проще. Но они были где-то рядом… стоило к ним вернуться позже.
Глефа продолжала полыхать… и тогда я глянул на неё. И ничего в описании не изменилось. Но… Гестия явно дала понять, что она будет полыхать до следующего удара. Поэтому я спустился на первый этаж, ещё раз осмотрелся, после чего нашел ту точку, которая являлась центром всего. Центром… магической формации, которая не позволяла магии окончательно распасться, являлась якорем в нашем мире, через который вытягивалась энергия, явно подпитывая тот мир.
— Хрен вам, а не сила нашего мира! — ругнулся я, после чего удобнее схватился за своё оружие и вонзил полыхающее изнутри лезвие в самый странный символ, к которому острыми гранями словно тянулись остальные. — Подавитесь.
Пространство вокруг задрожало. Буквально. То, что искажало мир тут… начало меняться. Я выдернул своё оружие… и вверх, к потолку, ударил огромный луч пламени. И он пробил крышу, из-за чего сама пространственная магия начала ломаться. Я тут же ломанулся к выходу, стараясь успеть… ибо всё внутри трещало и еле держалось. То, что было четырьмя этажами внутри, пыталось ужаться до двух снаружи. Благо… бежать было не так далеко, и через десяток ударов сердца я оказался снаружи.
— Аид тебя побери… — запнулся я и рухнул на голую землю, а после чего развернулся и начал быстро отползать.
Меня подхватили, помогли встать на ноги. И только тогда я понял… насколько красиво это выглядит. В небо из центра здания бьёт огненный луч… а само здание буквально и сворачивается вовнутрь, и разрывается во все стороны, пульсируя. Это сложно было описать словами, но выглядело это чертовски красиво. Оно буквально ходило волнами, каждая доска ломалась, распадалась на щепки… и потом всё это просто перемололось в огромный шар из пламени и древесины, из которого в небеса устремился луч.
— Я видел это во сне… — отрешённо и испуганно говорил воин. — Огненный луч… и мёртвые восстают в ночи… начало конца…
 Глава 22 
В город мы вернулись со смешанными чувствами. Правда, нам приходилось улыбаться, так как мы вернулись всё же победителями. Но враг сбежал, повредил саму ткань Мироздания… и сделал что-то ещё. Плюс, ещё один боец начал бредить на тему того, что души неприкаянных начнут бродить по просторам мира.
Мы все чертовски устали. Все были чертовски голодны. Но всё же построились, устроили показуху для горожан, обозначив, что опасность прошла. Почти. Осталось сделать последний рывок… и всё тут будет хорошо. По крайней мере такой масштабной катастрофы тут не предвидится. И снова мы смогли перехитрить судьбу. Но как там говорила Оракул? Видимое ею и такими же, как она, лишь вариация возможного переплетения нитей судьбы. Что ещё раз говорило о том, что мы сами решаем свою судьбу. Или же… её решают те, кто смог по тем или иным причинам вырваться из пряжи Мойр. Со мной как раз был второй случай. Меня вырвали, и я мог менять судьбу остальных. А те, у кого изменилась судьба сейчас… смогут её изменить и в других местах. Этакий эффект домино. Домино?..
— Ты чего такой? — с полуоткрытыми глазами осматривала меня Ника, или полузакрытыми от усталости, тут с какой стороны смотреть. — Сам на себя не похож… глаза судорожно из стороны в сторону… я тебя таким никогда не видела. Что-то серьёзное произошло?
— Ну, кроме того, что надвигается закат человечества, который мы как-то должны пережить… а ещё того, что я избранник самого… ну ты знаешь… да ещё и повреждение ткани самого Мироздания… нет, Ник, всё хорошо, не переживай, — дёрнул я плечами и прикрыл на миг глаза. — Просто чертовски устал за сегодня. И сильно хочу жрать. Кстати… сколько в итоге потеряли? Вроде ты у нас отвечала сегодня за это, насколько знаю.
— По санитарным причинам в Легион не вернётся после сегодняшней битвы триста двадцать семь бойцов, — с улыбкой проговорила она, ибо понимала, что без неё это число могло быть куда больше. — А вот по причине того, что воины просто погибли… тысяча двести тринадцать.
— В итоге в Легионе после двух сражений осталось приблизительно три тысячи человек… — с лёгким ужасом в голосе признал я очевидное. — Можно сказать, он обескровлен. Придётся восполнять свежим мясом, которому предстоит ещё многому научиться. Хех… хотя сами были недавно в такой категории. Относились к нам… ладно. Дело прошлое. Главное, где мы сейчас и что можем сделать дальше.
Когда Митрокл закончил свою речь, после которой тысячи горожан начали аплодировать, Легион был распущен. Награждение было назначено через три дня. Но меня тут, скорее всего, уже не будет, и Митрокл это понимал, поэтому даже не стал подходить и просить присутствовать. Мне нужно будет отбыть в Пилос, где ожидается нашествие морских тварей. Нужно будет защитить тот город от разрушения.
И тут я задумался. Как много, по сути, может изменить горстка людей, которая просто оказалась в нужном месте в нужное время. Но что ещё более интересно… пришли мы сюда по наводке Горгоны… старшей дочери Медузы. Вот только самих горгон мы тут не видели от слова совсем. Понятное дело, что они по каким-то причинам не появились. Но по каким? Неужели именно они и занимались сейчас пауками? Если так… то зачистка пещер предстоит довольно сложная и непредсказуемая. Вероятнее всего… мы опять кого-то потеряем, если не будем осторожны.
— Ас! — окрикнул меня Митрокл, когда мы уже подошли к нашему постоялому двору. — Нужно поговорить.
  
Я молча кивнул, после чего пропустил Легата вперёд. О чём мы будем разговаривать, я примерно представлял. Да и оттягивать этот разговор было просто невозможно. Рано или поздно изменения в жизни наступают такие… что от них просто не уйти. Сначала ты можешь держать этот огромный ком, а потом он просто придавливает тебя. Вот и сейчас…
— Отец прислал письмо, — закрылись мы с Никой в его комнате. — Черти после проведения всех операций в этом городе будут расформированы. Но будет сформирован новый отряд. Легенды. Как твоя надпись на шлеме, которую ты даровал бойцам. Кстати… Черти, да и я, думаю, тоже удостоимся этой надписи.