Мой папа - миллиардер. Второй шанс бывших (СИ)

— Самоубийство… 
— Мой папа кинется меня искать и найдет, — поясняю ему то, что он и так уже понял и от чего хохочет. — Меня, как его любимую девочку, он пожалеет. А вот тебя… нет. Ни за что! 
— Точно, твой отец. Мне нужно будет с ним поговорить, иначе не доживу до ближайшей недели, — вспоминает о нем с хохотом. — Какие у тебя планы на завтра? 
— Ты же сам знаешь, — отвечаю, пожав плечами. — С утра надо будет снова кровь сдать. Потом хочу Жене новые босоножки купить. Мы как-то выросли из старых, пока лежали в больнице. Ходить еще можно, но недолго. Пальчик уже упирается. Хочу новенькие взять. 
  
— Тебе составить компанию? 
— Нет, не надо, — качаю головой. — Мы девичьей командой идем. Я, Дашка и Лея. Потом в детское кафе заглянем. Пока дети будут играть, поболтаем. А ты? Какие планы у тебя? 
— Ох, — задумчиво сводит брови к переносице. — Я тоже с парнями встречусь. 
— С парнями? — уточняю, усомнившись, что он в себя пришел после очередной дозы меня. — Это когда у нас Тимур стал несколькими парнями? 
— Его брат приезжает завтра, — совершенно спокойно бросает, а я, наоборот, напрягаюсь от его слов. 
— Второй Лапин?! — тяжело сглатываю. 
— Ага, — кивает. 
— Мне он не нравится! 
— Ты Юру еще не видела. Как он может тебе не нравиться? 
— Я уже заранее! — прищуриваюсь. 
— Я еще с ребятами должен буду встретиться насчет женщины из театра, — решает он сменить тему, подальше от второго Лапина. — Мне обещали полное досье на нее. Плюс Тимур своих подключил. 
В голове всплывает картина, когда та женщина подошла к нему и плеснула напиток. 
Меня такой страх охватил, который я словами описать не могу. 
— Я рада, что напиток был не особо горячим. Иначе бы ожог получил, — прочерчиваю места, где пусть и нет ожога, но есть красные пятна, пугающие меня. 
— Может, все же останешься? — крадет у меня быстрый поцелуй. 
— Не могу. Время и так уже десять, — указываю ему на часы. 
— Давай тогда съедим нашу уже остывшую еду, и я отвезу тебя? — предлагает он, бросив взгляд на наш заказ, который мы приняли в перерыве, но к которому даже не притронулись. 
— Не хочу, чтобы ты выходил, — признаюсь ему, надув губки. — Вдруг опять эта ненормальная. И в этот раз у нее кислота будет. 
— Я не хочу, чтобы тебя отвозил кто-то другой и использовал то время, которое я могу провести с тобой, — подмигивает мне с улыбкой. — Пошли есть, голопопик! — шлепает меня разок по ягодицам. — Иначе я опять другой свой аппетит удовлетворю, и ты точно никуда не поедешь. 
Домой приезжаю ближе к двенадцати. Тихо, чтобы никого не потревожить, открываю дверь своим ключом и вхожу, застав свой ночной кошмар на стуле в прихожей. 
— Явилась! — восклицает папа, недовольно глядя на меня. 
В одну секунду превращаюсь в маленькую девочку, которая нашкодила, и теперь папа поставит ее в угол. И плевать, что я уже взрослая, что у меня ребенок есть. Все равно маленькая, и папа сейчас накажет как-то. 
И хоть в детстве у него не получалось меня наказать, потому что я умело решала все конфликты, но в детстве я и не сбегала к чужим мужикам. 
— Привет, папуля! — натягиваю улыбку. — А ты чего не спишь? 
— Жду дочь, которую, возможно, маньяки похитили! 
Ну, Никита иногда таким бывает. Безумно нетерпеливым и страстным маньяком, но я сама с ним уехала. Он меня не похищал. 
Папа лишь немного ошибся. 
Но мы его простим, если долго ругать не будет. 
— То есть ты думал, что меня похитили маньяки? — спрашиваю его, почему-то даже расстроившись. 
— Да. 
— И поэтому сидел в доме за закрытой дверью, копаясь в телефоне в прихожей без оружия? И главное, не позвонив в полицию? Рассчитывал на то, что маньяки меня вернут? Или как? — уточняю и вижу, как пытается заглушить улыбку после того, как до него доходит. — С таким папой, как ты, мне ничего не страшно, папуль! Ты мой настоящий защитник! — подхожу и обнимаю его. 
— Уйди с моих глаз! — раздраженно бросает он, легко оттолкнув меня и разорвав мои объятия. 
— На кухню? — уточняю, и он кивает. 
Разуваюсь и прохожу туда. Отец со скамейкой следом, продолжая сам над собой, смеяться. 
Говорю же, с детства талант с папой конфликты решать. 
— Ты была с ним? — спрашивает отец, внимательно изучая меня. Но, думаю, по моей глупой улыбке все понятно давно. 
— Ага. 
— Отправили меня в магазин, и ты сбежала? 
— Ага, — повторяю. 
— Что ты, что твоя мама! 
— Пап, но я люблю его! — не отрицаю того, что все видят. — Иначе бы не пошла с ним на свидание. И не сбежала бы. Люблю! 
— Да?! — изображает он удивление. — А совсем недавно ты нам с мамой другое говорила! 
— Ну… ошибалась, — цокаю и закатываю глаза. — Все мы ошибаемся, пап! 
— Он хоть тебя домой подвез или сама поехала? 
— Он подвез. Накормил. В тепле держал. Развлекал всячески, — перечисляю, наливая папе сок, чтобы успокоился немного. Протягиваю ему стакан и взглядом прошу прощения за свое поведение. 
— Рада, — подходит он ко мне, даже не притрагиваясь к стакану. — Ты пойми меня, доченька, я безумно люблю тебя и твою сестру. Я желаю вам счастья. И если ты сейчас счастлива с Никитой — пусть так. Но мне страшно, что он вновь разобьет твое сердце. Я, как мама, не умею утешать. Я сразу хочу пойти и морду ему набить. Сделать ему так же больно, как мне от слез в твоих глазах. Понимаешь? 
— Понимаю, пап, — киваю, не кривя душой. У меня те же чувства к Даше. — Но это моя жизнь! Мы с Никитой еще не раз будем ссориться. Тебе нужно пропускать это! 
И мне нужно пропускать Дашины неудачи, позволив ей жить, как ей хочется. 
Но… но это сложнее, когда просят тебя о таком, чем когда ты кого-то молишь дать тебе это. 
— То есть ты думаешь, что в этот раз у вас все серьезно? 
— Думаю, и в тот раз было серьезно, но у Никиты свои тараканы, и я их не поняла, — отвечаю, отведя взгляд, ведь впервые могу говорить об этом открыто. — Поэтому мы расстались. Но все будет хорошо, пап. Мы будем вместе. Да, будем ссориться, потому что характеры у обоих. Но будем вместе! 
— Ладно, — сдается и, наконец, берет сок, налитый мной. — Иди тогда ложись спать. Даша уложила Женю. Все хорошо. Она не капризничала. 
Целую отца в щеку и иду в свою комнату. Дочь спит, а Даша листает ленту новостей в своем смартфоне.
— Привет, — шепчу, скидывая с себя одежду и украшения. 
— Папа тебя с восьми вечера в коридоре ждал, — говорит с улыбкой и привстает. — Мы с мамой здесь уже поиздевались над ним. Назвали его “Хатико” и снимали всякие видео. Он даже у мамы телефон отобрал. Сказал, что отдаст, когда она удалит все видео, а мы с моего телефона все в семейный чат отправили. Бабушка тоже с нами поиздевалась. 
— Смешно. 
— Рассказывай, что и как было? — возбужденно просит меня и в предвкушении рассказа заламывает себе пальцы. 
— Все было… красиво было! — коротко описываю, а затем рассказываю про случай в театре, а потом где прошла вторая часть свидания и чем все закончилось… 
— Романтично, — вздыхает сестра. — Вам даже сыграл на руку случай с кофе. Так что не злись на ту даму. 
— Ага, — соглашаюсь тихо и вспоминаю о главном. — Даша, — беру ее за руку. — У меня к тебе просьба. Важная просьба. Обещай, что выполнишь. 
— Какая? 
— Ни за что в жизни не связывайся с Лапиными, — молю ее, потому что после Тимура у меня от одного упоминания этой фамилии дрожь по телу. А еще Никита добил своим “Лапины поглотят Солнцевых”. 
— Эмм… почему? — недоуменно тянет. — Я с Тимуром общаюсь же. 
— Ну Тимур с Леей, а у него же родственники есть, — объясняю ей. — Никита сказал, что Лапины нас поглотят. Не сдавайся им. 
— Хорошо. Но это бред. 
— Ты не понимаешь, — шепчу, не зная, как описать ей свои чувства. Уставившись в стену, добавляю. — Я чувствую какую-то опасность от них. 
— Ладно, не переживай. Не свяжусь я с Лапиными. Можешь не волноваться.