Лорийские истории(СИ)

В храме Джулия молилась со всем пылом юной души, благо ее ничто не отвлекало, но Богиня словно ее не слышала. Ничто не говорило о том, что молитва дошла до адресата – ни дуновение ветерка, ни колыхание пламени свечи, стоявшей перед статуей. Нет, Богиня осталась глуха к ее просьбе так же, как и отец. Девушка тяжело вздохнула и, уже готовясь уходить, бросила взгляд в сторону. Бросила и уже не смогла его отвести. На первый взгляд, в стоявшем рядом с ней молодом человеке не было ничего особенного, но Джулии даже не потребовалось второго, чтобы понять – вот тот, кто ей предназначен. У нее перехватило дыхание, а сердце забилось в груди так часто, словно ему недоставало места. Юноша же смотрел на нее так, словно в жизни своей не видел никого прекраснее.
– Почему я не встретил вас раньше, инорита? – выдохнул он.
Джулию такие мысли не мучили. Главное, что встретил, все остальное – неважно.
– Но ведь встретили же, – зачарованно сказала она и сделала шаг вперед.
Ею все больше овладевала мысль, что этот инор послан ей Богиней, и упустить его – пойти против воли высших сил. Джулия твердо решила, что против воли отца она пойти может, а против воли Богини – нет. Это слишком неблагоразумно, боги намного мстительней родителей. Вот уйдет этот молодой инор в никуда, а ей завтра придется выходить замуж за страшного герцогского наследника. Да хуже наказания не придумать!
– Я собираюсь нарушить сыновний долг, – с горечью сказал юноша, – и записаться в нашу армию.
Джулия невольно почувствовала злость на своего жениха. Почему тому не приходят в голову такие замечательные мысли? То есть замечательными они были бы для ее жениха, а не для этого молодого инора с такими завораживающими черными глазами, что в них легче было утонуть, чем выбраться. Девушка прерывисто вздохнула.
– А если бы вы встретили меня раньше, то не стали бы записываться?
– Я бы сразу на вас женился, – твердо ответил он. – А сейчас я не могу допустить, чтобы вы страдали со мной в тяжелых армейских условиях.
Джулия поразилась. Что он такое говорит? Разве возможно, что они будут страдать вместе? Вот если поодиночке, то страдания им обеспечены – вон как хмуро глядит Богиня на этого инора, который пытается отказаться от ее милости. Но она, Джулия, такого не позволит. У нее очень развита женская интуиция, которая просто вопит, что нельзя упускать свое счастье. Она храбро сделала шаг вперед и взялась за рукав того, кого ей послала сама судьба.
– Нарушать сыновий долг лучше вместе с дочерним, – сказала она. – Я поеду с вами туда, куда Богине будет угодно.
– Но я ничего не могу вам предложить.
– Это пока, – уверенно заявила Джулия. – А вот когда станете генералом, наши родители поймут, что мы сделали правильный выбор. Святой отец, – окликнула она проходящего мимо священника, – мы хотим сочетаться узами брака. Прямо сейчас.
Она покосилась в сторону двери – не принесет ли Софию не вовремя какое-нибудь злое божество и не помешает ли это избавлению от нежеланного жениха путем получения желанного мужа.
– Дети мои, вы уверены в своем решении?
– Да, – хором ответили они.
Джулии уже не приходилось держать за рукав своего только что обретенного жениха, пальцы их были переплетены так крепко, что никаким родителям не развести их в стороны. Глаза горели то ли от счастья, то ли от того, что нарушать вдвоем – намного интереснее. Священник посмотрел на них с доброй отеческой улыбкой, понял, что отговаривать бесполезно, и начал обряд. Джулии показалось, что статуя на миг окуталась золотистым сиянием, будто сама Богиня лично решила засвидетельствовать их брак. Возможно, так оно и было – божественный свет, окруживший пару, заставил восторженно охнуть находящихся в храме.
– Истинный брак, – радостно сказал священник. – Вижу, дети мои, что ваше решение было правильным. Благословение Богини получает лишь одна пара из множества. В нашем Храме такого давно не было.
Джулия и без этого была уверена, что их решение – единственно верное. И то, что благословение Богини сделало их брак нерасторжимым, позволяло ей привести домой мужа и гордо сказать: «Я теперь не в вашей воле, папа, я теперь инора…» И тут Джулия поняла, что ничегошеньки не знает о своем муже, даже имя его осталось для нее тайной.
 
– Кстати, – небрежно заметила она, – меня зовут Джулия.
– Маттео, – улыбнулся он. – Забавно, что мы познакомились только после того, как поженились.
– Главное, что мы все сделали правильно, – уверенно сказала Джулия и счастливо вздохнула, беря мужа под руку. – Маттео, какое замечательное имя. Уверена, что наша фамилия будет ничуть не хуже.
– За фамилию тебе точно не придется краснеть, – ответил он. – Монтанари – древний род.
– Монтанари? – переспросила Джулия, почувствовавшая, что что-то пошло неправильно. – Герцоги Монтанари?
– Да, – просто ответил ее муж.
Перед глазами Джулии встало замечательное свадебное платье, которое ей так и не довелось надеть, а в ушах зазвучал заливистый серебристый смех, исходивший, казалось, от самой статуи Богини. Джулия укоризненно на нее взглянула: такие шутки не слишком хороши, когда касаются лично тебя.
– С другой стороны, – философски заметила она, – не поженись мы сейчас, завтра ты был бы в армии, и свадьба не состоялась. Так что все правильно.
Маттео недоумевающе на нее посмотрел. Ему еще предстоит узнать, что он никакой не бунтарь, а вполне послушный родительской воле сын. Но иной раз ей так приятно повиноваться!
  
Сокровище
 
У настоящего дракона непременно должна быть пещера. С сокровищами. Это Ваня усвоил еще с раннего детства, когда считал летающих ящериц исключительно мифическими существами и даже не подозревал, что относится к ним сам. Возможно, так и прожил бы всю свою жизнь в человеческом неведении, но судьба распорядилась по-другому. И сейчас, обретя возможность летать и дышать огнем, он был полон решимости привести свою жизнь в соответствии с драконьими нормами. И пусть его наставник твердил, что в человеческом обличье жизнь намного комфортнее, да и пещера нынче не является обязательным драконьим атрибутом, но правильный дракон просто обязан иметь свою правильную жилплощадь, а не довольствоваться пребыванием на чужих, преимущественно женских.
Об этом он и размышлял поутру в постели очередной прелестной магички, которая очаровательно сопела в подушку и совсем не торопилась восстанавливать стремительно угасающие драконьи силы вкусным и плотным завтраком. Впрочем, Ване тут же пришло в голову, что это к лучшему, так как он может покинуть ее квартиру, не прощаясь, а то вчера девушка явно намекала на то, что неплохо было бы перевести их отношения на другой уровень. Никак ее не устраивал тот факт, что дракон – это общественное достояние, которое не стремилось отдаться в частные руки, какой бы красивой их обладательница ни была.
Парень попытался плавно перетечь к краю кровати, но подружка сонно пролепетала: «Ты куда?», точным движением ухватила его за руку и приоткрыла глаза.
– Дорогая, я не хотел тебя беспокоить, – сказал Ваня, с ужасом понимая, что напрочь забыл имя случайной знакомой. Впрочем, а зачем его вообще запоминать?
– Ванни, ты меня совсем не побеспокоил.
Красотка обворожительно улыбнулась и убрала с лица мешающий белокурый локон. А Иван с облегчением вспомнил ее имя – Бьянка. Как это, однако, удобно, когда девушек именуют по цвету волос.
– В любом случае мне уже пора, – парень попытался высвободить свою руку из захвата, но безуспешно. – Бьянка, дорогая, чем раньше я уйду, тем лучше для твоей репутации.
– Если ты так заботишься о моей репутации, женись, – заявила девушка.
– Пожалуй, я не готов к таким кардинальным изменениям, – запаниковал Иван, уже понявший, что в этот раз легко не отделается.
– Послушай же, – Бьянка возбужденно затараторила и даже села на кровати, но руку своей жертвы не отпустила. – Это и тебе самому нужно. У тебя в этом мире нет ничего: ни родственников, ни денег, ни связей. А я все это дам. Мой отец – не последний человек при дворе.