Жертва обсидиана (ЛП)
– Возьми я деньги, пришлось бы передать свое право на владение руиной.
Джейк постучал по ближайшему камню тростью:
– В этом-то и соль.
– Я никогда этого не сделаю. Комнату нашла я, и принадлежит она мне. К тому же, кроме передачи прав собственности ваши юристы потребовали, чтобы я подписала контракт о неразглашении и не давала интервью СМИ. Я не могла отказаться от возможности поливать вас грязью в прессе – это единственное, что мне оставалось.
– На кой тебе сдалась эта руина, черт побери?
– Спросите Круза.
– Он нес какой-то призрачный бред, де вы переживаете, что аметистовые реликвии оттуда могут оказаться оружием, и вы не доверите их ни «Эмбер», ни Гильдии.
Лира кивнула:
– Верно. А теперь из вашей лаборатории пропал один из артефактов, что только доказывает обоснованность наших тревог.
– А еще утверждаешь, что не склонна к романтике. Только романтичная дурочка отказалась бы от таких отступных, лишь бы не дать реликвиям попасть «не в те руки».
– Романтика тут ни при чем. Я не понаслышке знаю, как действует «Эмбер».
– А сейчас ты скажешь, что так называемое «не понаслышке» означает мнение твоего деда.
Лира вскинула подбородок:
– Угадали.
Джейк молча изучал ее, затем тяжело вздохнул:
– Артур Дор воспитал тебя в ненависти. Именно он вызвал меня на партию в покер. У нас обоих была собственность. Все досталось бы победителю.
– Он был пьян, а вы этим воспользовались.
– Он немного выпил, но понимал, что делает. – Джейк немного смягчился. – Хотя я готов согласиться, что он плохо запомнил те события.
– Круз рассказал, что там была замешена женщина.
– Да. Мэдлин, моя жена. Дор бросил мне вызов, ибо втемяшил себе в голову, мол, если выиграет и получит обе шахты, то Мэдлин выйдет за него, а не за меня. Но у него не было ни единого шанса.
– Почему вы так в этом уверены? – Лира вскинула руку, не давая ответить: – А, погодите. Круз говорил, что у Суитуотеров особый нюх на любовь.
– Дело в нашем таланте. С первой встречи я знал, что Мэдлин – моя суженая. Они с твоим дедом встречались, но ничего серьезного – ни с ее, ни с его стороны. По крайней мере, пока Дор не узнал, что Мэдлин гуляет со мной. Он пришел в ярость, но вовсе не из-за разбитого сердца, а из-за проигрыша.
– Вы так в этом уверены?
– Совершенно уверен! Я знал твоего деда лучше, чем ты. Во всяком случае, тогда. Черт, да тебя еще и на свете-то не было. Мне жаль, что ты лишились родителей, но я рад, что Артур Дор взял тебя к себе, хоть он и рассказал измененную версию той истории.
Лира ослепительно улыбнулась:
– Но одно точно: теперь нельзя доказать его версию событий. Историю пишут победители, а им как раз оказались вы.
– Какого черта я должен был делать? Отдать ему обратно документы на шахту?
– Да, это было бы правильно.
Большой Джейк возмущенно засопел:
– Еще чего! Я честно выиграл у Дора, мы оба это знали. Попытайся я вернуть ему документы, Артур бы отказался.
– Почему же?
– По той же причине, по которой ты не приняла компенсацию, предложенную Крузом за аметистовую руину. Гордость. Артур решил бы, что я возвращаю ему документы из жалости.
Лира почувствовала знакомое покалывание и посмотрела на тропинку, ведущую к отвесной скале. Привычно уверенным шагом к бухте спускался Круз. Темные очки закрывали глаза, но даже отсюда Лира видела, как мрачно сжаты его губы.
Она перевела взгляд на Джейка:
– Знаете, я никогда об этом не думала, потому что не стоит представлять, как бы все обернулось, если бы да кабы. Однако вы правы, дедушка бы отказался.
– Я его не обманывал, – тихо произнес Джейк. – И даже если так, это не дает тебе права разбивать сердце моего внука. Если у тебя появились претензии, надо было прийти прямо ко мне.
– Ага, но к вам-то у меня нет претензий. Я прекрасно жила безо всяких Суитуотеров. Проблема в Крузе. И если меня еще раз назовут разбивательницей сердец, клянусь, я вплавь отправлюсь на материк.
Джейк слегка улыбнулся:
– Долго плыть придется.
– Значит, украду одну из ваших лодок. А сейчас, если не возражаете, я собираюсь в дом позавтракать.
– Я тоже голоден и составлю тебе компанию.
– Остров ваш, делайте, что хотите.
– Спасибо, я так и собирался. – Старик пошел рядом, с каждым шагом погружая трость в песок. Затем посмотрел на тропинку. – О, вот и спасатель подоспел.
– Меня не надо от вас спасать.
– Точно не надо. Ты сама в силах о себе позаботиться. А что это у тебя, пушок?
– Его зовут Винсент.
– Они, по слухам, кусаются.
– О да!
Джейк усмехнулся:
– Прямо как ты.
Лира не сочла нужным ответить.
Перед ними остановился Круз. Его черные очки блестели на солнце.
– Какие-то проблемы? – спросил он опасно бесстрастным тоном, переводя взгляд с Лиры на деда.
– Да, – подтвердил Джейк. – Но мне сказали, что проблема в тебе, а не во мне, так что мы собираемся позавтракать. Присоединяйся.
Круз улыбнулся Лире:
– Спасибо, с удовольствием.
Глава 27
Завтрак накрыли на веранде, откуда открывался потрясающий вид на бухту. Повариха пришла сюда из так называемого «Особняка» – просторного поместья в полутора километрах от коттеджа Круза. На столе красовались сочные фрукты и ягоды, пышные омлеты с сыром и овощами, бессчетное количество тостов, кофейники.
Винсент превратился в симпатичного зверька и очаровал повариху так, что она тут же наложила ему в тарелку понемногу от всего этого изобилия. Пушок устроился с добычей на перилах и, как и все присутствующие мужчины, с аппетитом приступил к трапезе.
– Вот, что нам известно, – начал Круз, цепляя на вилку кусочек омлета. – Прошлой ночью убили Валентина Фэйрстеда. Вероятно, в связи с пропавшей реликвией, которая, как мы знаем, еще вчера днем находилась в хранилище.
– Откуда мы знаем, что она там была? – спросил Джейк.
– Потому что Лира посетила галерею с клиентом, желавшим услышать ее мнение об особом образце аметиста. Фэйрстед проводил их в частный зал рядом с хранилищем. Она почувствовала артефакт, но не смогла его увидеть, ибо в этот момент явился я, и владелец галереи запер свою сокровищницу.
Джейк взглянул на Лиру:
– А ты уверена, что в хранилище была та самая реликвия?
– Да. – Она взяла чашку кофе. – Я разбираюсь в аметистах, не забыли? К тому же мне знакомы эти артефакты, я провела с ними много времени, прежде чем «Эмбер» украла у меня руину. Они резонируют на необычной, особой длине волн.
Старший Суитуотер прищурился:
– Мы не крали эту проклятую руину.
– Давайте продолжим. Раз больше из хранилища ничего не пропало, ясно, что убийца Фэйрстеда пришел именно за реликвией. Значит, он знал, что она там. Готов поспорить, список подозреваемых весьма короткий.
– И клиент Лиры в нем первый? – уточнил Джейк.
– Возможно, но в целом я в этом сомневаюсь, – отозвался Круз.
– И кто такой этот клиент?
Повисло недолгое молчание. Джеф пялился на тост, Круз жевал омлет.
Лира улыбнулась и глотнула кофе:
– Уилсон Ревер.
Изумление и возмущение промелькнули на лице Большого Джейка.
– Какого черта ты консультируешь Ревера?
– Боюсь, все уже в прошлом. – Лира вздохнула. – Круз устроил скандал, унизив меня. Я расплакалась и сумела выставить себя на посмешище перед толпой самых важных коллекционеров янтаря во Фриквенси. Теперь некоторое время высококлассные клиенты вроде Ревера почти наверняка будут меня избегать.
– Ревер – наш крупнейший конкурент! – взревел Джейк. – Он та еще сволочь. Доверять ему все равно что отправиться в катакомбы без янтаря.
– Правда? – Лира озадаченно посмотрела на главу клана. – А у меня с ним проблем не было.
Чувствуя, что с ней где сядешь, там и слезешь, Джейк накинулся на внука:
– А ты знал, что она работала на Ревера?
– Да, потому и сопровождал Лиру на выставку, – терпеливо пояснил Круз. – Но, как она и сказала, возникла неловкая ситуация, и мы ушли. Хотя в итоге узнали, что реликвия находилась в хранилище Фэйрстеда, вот поэтому я и попросил установить слежку за галереей.