Город, затерянный между мирами (СИ)

— Что-то голова у меня закружилась от твоих историй. — Марина лениво потянулась. Она улыбалась легкой и светлой улыбкой, взгляд сделался теплым и приветливым.
— Тебе просто надо отдохнуть. Иди спать. Утром мы пойдем в городской дом к Марии и Реду. — ответил Айрен. Голос его звучал хрипло, в голе пересохло.
— Нет, я боюсь, что не смогу уснуть. В одиночестве в незнакомой комнате, это точно. — Марина усмехнулась. — Давай еще поговорим. Расскажи мне еще о драконах или о книгах. Расскажи, о чем хочешь.
— Ну, ладно. — Айрен опустился в кресло. — Что тебе рассказать о драконах?
— Ну, не знаю. — Марина задумалась. — А другие драконы, они какие? Я же с ними тоже познакомлюсь. Вот Реда я видела, красный дракон, он такой огромный, но не страшный.
— Это точно, не страшный. Если только ты не его враг. — Айрен стал понемногу расслабляться.
— Ну, я не собираюсь становиться его врагом, значит для меня он не страшный. — Марина поудобнее уселась на кровати, бретелька платья сползла с ее плеча, но девушка, казалось этого даже не заметила. — Про Райана ты мне немного рассказал. Он ужасный жадина. И лучше быть очень осторожным в его присутствии, если у тебя есть украшения. Он обязательно их утащит.
Айрен засмеялся, ничего не смог с собой поделать.
— Он сильно изменился, в последнее время, после гибели сестры. Стал замкнутым, и, кажется, потерял интерес к золоту.
— Грустно. — Марина перестала улыбаться. — А другие?
— Демиан хозяин замка, Черный дракон. Он поцелованный Матерью смертью и обладает ее страшным, но неизбежным даром. Он всегда спокойный, и очень принципиальный. Если Демиан тебе что-то пообещает, то он обязательно сдержит слово. Он очень надежный. И заботится обо всех жителях города.
— Матери смерти? Это божество такое? — Поинтересовалась Марина.
— Скорее это первородная энергия, породившая данный вид драконов. — Айрен окончательно расслабился и успокоился, он попал в свою стезю, получил возможность рассказывать, а его внимательно слушали. — Серебряные драконы — драконы воздуха. Мы произошли от его Кристальной чистоты. Воздух дает нам силы, поддерживает наши жизни. Мы почитаем его. Воздух не самая сильная стихия, но зато самая гармоничная и возвышенная.
Красные драконы, произошли от Небесного огня. Они поклоняются солнцу, и используют силу его пламени. После Черных драконов, Красные самые сильные и смертоносные.
Синие драконы произошли от Бесконечных вод, они управляют этой стихией. Ледяное пламя лишь немногим уступает огненному по своей мощи и разрушительности. Это я почувствовал на своей шкуре, когда мы дрались. Есть еще зеленые драконы. Они произошли от Матери земли. Зеленые не очень сильные и обычно не агрессивные.
Самыми редкими являются золотые драконы. Они поцелованы Матерью Жизнью. Они не способны разрушать, могут только строить и восстанавливать, стремятся к балансу в природе.
— Ничего себе! — Марина выпрямилась, бретелька по-прежнему сползала у нее с плеча, обнажая ложбину между грудей. — С вами есть еще и зеленый дракон, если я правильно запомнила.
— Он дракон лишь наполовину. Его отец был зеленым драконом, а мать магом. Он унаследовал дары обоих родителей, но так до конца не стал, ни тем, ни другим. — Айрен пересел с кресла и опустился на кровать рядом с Мариной. Увлеченный разговором, он сделал это неосознанно, не понимая, как опасна для него эта близость к ней. — Послушай, будь с ним осторожна. Я ему не доверяю. Он хитер, изворотлив и лжив. Его страсть к магии, к способностям наших смертельных врагов, меня настораживает. Он может придать. Он уже предавал. Демиан ему до сих пор доверяет, просто он судит по себе, верит в силу слова и договоренностей. А Ленд, он привык использовать людей, манипулировать ими для достижения собственных целей. Для него общение — это игра. Он не умеет ни любить, ни дружить. Я понимаю, что он может быть полезен, но стараюсь держаться от него подальше. Синий сейчас с ним постоянно общается, и изменился до неузнаваемости. Стал молчаливым, тихим и замкнутым. Ленд что-то с ним сделал. И продолжает делать. Сложно сказать, какие цели он преследует, и как планирует использовать Райана, но он точно, что-то задумал.
 
— Хорошо, буду знать. — Марина посмотрела ему в глаза.
Ее схожесть с Сэей стала почти абсолютной. И это сжигало Айрена изнутри, затуманивало его разум, заставляло быть нелогичным, заставляло забыться. Сейчас, после воздействия чар она говорила так же как Сэя, у нее были похожие жесты, мимика. Граница между ними, стала стираться. Потеря Сэи чуть не убила его. Забрала возможность радоваться жизни, видеть красоту мира. Он ушел с головой в свои книги, но даже они не способны были, в полной мере, излечит его сердце. Он стал замкнутым, холодным и отстраненным. Марина же, что-то открыла в его душе. Заставила почувствовать, что он снова жив. И он вцепился в эту возможность, не думая ни о чем. Он стремился поскорее залатать душевные раны.
Он сидел к ней так близко, чувствовал тепло ее тело, едва уловимый специфический запах кожи, ощущал исходившую от нее энергию. И эта близость сводила его с ума.
Айрен поцеловал Марину, слегка коснувшись ее губ своими губами. Она ответила на поцелуй, не вздрогнула, не отстранилась. Губы у нее были теплые и мягкие. Она взяла в ладони его лицо, мягко касаясь кожи прохладными пальцами. Сначала его поцелуи были легкими, и осторожными, но постепенно стали более настойчивыми, жадными почти болезненными. Сильные руки заскользили по ее телу нагло и бесцеремонно. Он ухватил бретельку ее платья и опустил вниз, обнажая грудь. Жадно впился губами в шею, обжигая теплым дыханием. Девушка закрыла глаза и откинула голову назад. Ее неуверенные пальцы расстегивали пуговицы на его рубашке, шарили по мускулистой груди.
«Нет, нет, нет! Оттолкни его! Что ты делаешь? Не позволяй ему к себе прикасаться!» — тихо-тихо пищал внутренний голосок, принадлежавший прежне, настоящей Марине.
«Ты этого хочешь! Да, ты этого хочешь! Хочешь!» — грохотал в ушах голос пустоты, все громче и громче. И она поддалась этому голосу, поддалась этим чарам, отринула себя прежнюю. Себя скулящую и вопящую от ужаса. Себя настоящую.
Марина сорвала с Айрена рубашку. Провела ногтями по груди, оставляя на светлой коже розовые полосы. Слегка прикусила мочку уха. Заскользила горячими поцелуями по его шеи и груди, вдыхая тонкий аромат его кожи. Уперлась руками в грудь и опрокинула его на кровать. Он не сопротивлялся. Марина поспешно стянула с себя мешающее длинное платье. Запуталась в тонкой шелковой ткани и свалилась на бок. Со смехом, помогая себе ногами, она все же выбралась из одежды. И платье полетело на пол, и приземлилась на стопку книг, расположившуюся рядом с кроватью.
Девушка забралась на него сверху. Жадно приникла к губам. Его руки обхватили ее за талию и медленно стали опускаться вниз к ягодицам. Марина потянулась к его брюкам, попыталась их снять, избавиться от ненужной и мешающей одежды. Страсть бурлила внутри, опаляя нервные окончания, горела и жгла внизу живота. Хотелось поскорее дать ей то, что она просила. Поддаться инстинктам, которые сейчас управляли ее телом. «Все правильно! Давай!» — ревела и бушевала пустота, распаляя и так возбужденное тело. «Нет, нет, нет…» — тихо скулила настоящая Марина, все больше съеживаясь и теряясь, но кому сейчас до нее было дело.
Упрямые брюки были повержены и полетели на пол. Теперь их телам ничто не мешало. Айрен не позволил ей быть главной. Перекатил ее на спину и навалился сверху, прижал ее руки к кровати. Марина, тяжело дыша, обвила ногами его спину. Глаза его, налитые серебром переменились. Потеряли человеческие черты. Дыхание стало тяжелым и горячим. Он вошел в нее резко, не задумываясь, что может причинить боль. Страсть поглотила его, завладела его разумом и телом. Заставляла двигаться быстро и грубо. Марина вскрикнула. Впилась в его губы колючим поцелуем. Освободила руки, обхватила его плечи, сильнее сжала его ногами. Быстрее. Ближе. Еще ближе.