Темный Лекарь 11 (СИ)

Конечно, вряд ли моей ведьмочке когда-то довелось там побывать, но какие-то вещи нас могла объяснить только представительница рода Сципион.
Но, конечно, самое главное то, что я просто хотел убедиться что с Октавией всё в порядке. А также спрогнозировать время и перспективы её восстановления.
Возможная потеря дара Сципион, как и магии в цел
ом, всё ещё висела над ней дамокловым мечом.
  
И я собирался сделать всё от меня зависящее, чтобы справиться с этой угрозой.
  
Глава 15
 
Я уже видел, что вернуть к жизни целый город будет даже проще, чем одну Октавию. По крайней мере в случае города последствия были ожидаемы, и мы могли к ним подготовиться.
А вот того, что пришлось перенести Октавии, вряд ли испытал хотя бы один маг.
Еще до того, как мы погрузили её в магическую кому, энергосистема Сципион была очень сильно повреждена.
Сначала её пыталась убить печать Регины, потом в дело вступила печать Рихтеров. С целями гораздо более благими, но это совсем не значило, что перенести внутри себя противостояние двух сильнейших заклинаний было легко.
Состояние Октавии было стабильным, но тяжелым.
Поэтому, перед тем, как привести её в себя мы проделали серьезную подготовку.
Сначала Вийоны подключили её тело к приборам интенсивной терапии, подавая в кровь Октавии восстанавливающие препараты. Лучшие из тех, которые способен приготовить их клан.
За её состоянием следили сразу несколько специалистов при помощи множества мониторов. Комната в особняке напоминала больничную палату за одним исключением.
Настолько совершенных больничных палат больше нигде в мире не было.
Я не для того летал на край света и сражался там с ведьмой, чтобы потерять свою подругу и соратницу из-за того, что нам чего-то не хватало в операционной.
Сам я принимал в процедуре пробуждения ключевую роль. Пока Вийоны делали свою работу, я занимался энергосистемой Октавии. Через свою печать я вливал энергию настолько аккуратно, чтобы не повредить и без того истерзанные каналы.
Многие маги были бы способны на такое, но едва ли кто-то кроме меня мог контролировать поток с такой точностью. Так что это дело я не доверил никому.
И дело пошло на лад.
Сначала органы и ткани Октавии при выходе из комы стремительно стали отмирать, но под действием растворов и магии Вийон так же быстро регенерировали. А после узор энергетических линий наполнился силой, окончательно вдыхая жизнь в тело
По всем параметрам, Октавия уже должна была открыть глаза, но этого не происходило.
— Что-то вы перемудрили, — хмыкнул дед, — который тоже присутствовал при пробуждении.
Ольга, стоящая рядом, занервничала ещё сильнее. Она и так места себе не находила, а такие комментарии и вовсе выбивали из колеи.
Однако вместо того чтобы огрызнуться, она решила прибодрить присутствующих и пошутила.
— Говорят, в таких случаях помогает поцелуй любви…
Я покачал головой.
— Боюсь, это работает только в сказках. К тому же, состояние Октавии действительно не вызывает сильных опасений. Её мозговая активность в порядке, так что осталось немного подождать и…
Договорить я не успел. Октавия резко открыла глаза и возмущённо воскликнула:
— Ну конечно! Дождёшься от тебя! Никакой романтики!
Внучка сначала удивлённо на неё уставилась, а затем с облегчением рассмеялась.
— Это точно. Макса больше волнуют эффективность и практичность. Но согласись, порой он бывает довольно мил.
— Порой? — в шутку нахмурился я, — кажется, кто-то уже забыл и про отпуск в Коста-Сирене и про поездку на лайнере… пожалуй, стоит вычеркнуть отдых на море из списка необходимых дел. Всё равно никто не ценит.
Я говорил это максимально сурово. Настолько, что Ольга на секунду даже испугалась, что я всерьёз.
— Но, Макс… — начала она, а затем осеклась и рассмеялась.
А вместе с ней этот смех подхватила и Октавия.
Даже меня они заставили улыбнуться, так что я даже не рассердился на Октавию за её шалость.
Ведь именно сейчас стало окончательно понятно — мы победили.
Регина так ничего и не достигла в своих замыслах. Или, говоря современным языком, «обломалась».
И я радовался, глядя как обе девушки хохоча избавляются от ощутимого всеми нами напряжения.
Ольга схватила Октавию за руку.
— Я очень рада, что ты снова в полном сознании. Я скучала по твоим колкостям. И нам тебя не хватало, когда мы сражались с Региной…
Я тоже подошёл ближе и погладил её по голове, а также придержал за плечи, потому что видел, что она уже готова вскочить с кровати.
— Не спеши вставать, сначала окончательно приди в себя.
Параллельно я жестом показал Вийонам, что они могут пока уйти, что они тут же и сделали. Так что в комнате мы остались, можно сказать, в тесном семейном кругу.
Октавия рассеянно кивнула, пытаясь переварить информацию, а затем забросала нас вопросами:
— Значит с ней покончено? Вы смогли достать мою куклу? — затем ответила сама себе, — полагаю, что да, иначе вы бы не стали меня будить. Но как это произошло? Неужели действительно… и кто этот мужчина? — наконец заметила она деда, — вы тоже Рихтер⁈ Макс, неужели, пока я спала, ты нашёл и других выживших? Сколько времени вообще я отсутствовала? Может быть уже прошли годы… или даже века, — испуганно добавила она.
— Не волнуйся, — успокоил я её, — прошло всего несколько дней, и ничего критически важного ты не пропустила.
Я кратко рассказал ей о наших последних приключениях, и было видно, как сильно её волнуют мои слова.
Октавия сильно нервничала, кусала губы, сжимала кулаки и вообще переживала настолько, что даже оборудование, к которому она всё ещё была подключена, начало бить тревогу, так что в дверь время от времени просовывалась физиономия рыжего Луи, но тут же исчезала, повинуясь моему жесту.
— Макс… я всегда знала, какой ты, но… Регина… ох… я просто не могу поверить. И ты действительно её победил… — не слишком связно, зато очень эмоционально выпалила она.
— Не до конца, — напомнил я.
— Это уже не столь важно, Макс! Ты снова сотворил чудо! Это просто невероятно…
Я понимал чувства и смятение Октавии. Долгое время она жила с мыслью, что Регина, возможно, самый опасный человек в мире. Только недавно она познакомилась со мной и начала больше узнавать о настоящих некромантах и некромантии. Не о преданиях глубокой старины, как до этого, а увидела реальную силу, реальные возможности.
Но даже этого было мало, чтобы полностью переменить в её глазах картину мира.
Она верила в меня и готова была поставить на эту карту всё. Что собственно она и сделала. Но сейчас её всё равно разрывало от эмоций. Одно дело — верить, а другое — убедиться в своей правоте.
— У меня для тебя подарок, — улыбнулся я и достал из-за пазухи пояс с несколькими куколками, — найдешь здесь себя?
Тот самый, который я успел снять с Регины.
Заметив это, Ольга прокомментировала.
— Там ведь и моя кукла тоже, — внучку передёрнуло. — Как хорошо, что Макс успел его добыть до того, как ведьма сбежала. Страшно подумать, что бы она иначе с нами сделала.
— Вот и не думай. Макс ведь как всегда справился! — с улыбкой ответила ей Октавия и начала внимательно изучать пояс.
Когда она увидела свою куколку, то сначала с любопытством разглядывала его. Наконец-то она увидела то, что превратило её саму в марионетку.
Она прикусила губу и тщательно изучала все детали куколок, а потом резко отодвинула пояс и вернула его мне.
— Забери это. Макс, прошу, уничтожь эту дрянь так, чтобы и следа не осталось. Я знаю, ты умеешь.
— Уверена? — переспросил я, — для вас с Ольгой точно не будет вреда? Куклы ведь были активны.
  
— Не волнуйся. Они активны лишь в руках Регины. Поверь, уж в этом я разбираюсь. Хотя, честно сказать, я не чувствую свой дар.
А вот мы и перешли к самой трудной теме.
— Совсем? — волнуясь, спросила внучка.