Тьма. Том 3 (СИ)
Глава 15
«Сибирский Осведомитель», 8 сентября 2033 года.
«ЗАРАЗА РАСПОЛЗАЕТСЯ ПО ВСЕМУ КНЯЖЕСТВУ»
Автор статьи — Ростовин И. А., специальный осведомитель издания по Ишимскому княжеству
Вчера меня навестили следователи из Тайного Приказа. Попросили смягчить тона в моих статьях. Однако я отказался, само собой. Я человек простой, верный нашему царю и Отечеству и никогда не сделаю что-либо во вред Руси. И коль уж я жёстко, а порой и жестоко прохожусь по каким-то событиям, то лишь потому, что верю: это пойдёт на пользу моей стране.
К сожалению, сотрудники Тайного Приказа со мной не согласны. Им кажется, что я нагнетаю панику. Что я неверно оцениваю обстановку… Что я просто выдумываю…
Вы помните мои статьи о Покровске-на-Карамысе? Помните, как я предупреждал, что именно там стягивается узел противостояния между людьми и Тьмой? Мне и тогда намекали, что я слишком резок, что упускаю важное. Но в результате-то мы чуть не упустили целый город! Если бы не новейшее оружие Руси, то и упустили бы.
И не только город! Нет! Но и остатки его населения, в панике хлынувшие по тракту в Ишим сплошным потоком машин. Помните, я говорил, что вывоз населения надо было завершить раньше? А странные происшествия в Покровске-на-Карамысе незадолго до прорыва? Всё указывало на надвигающуюся грозу…
А потом я вернулся в родной Ишим — и понял, что здесь, в столице княжества, зреет буря! Право слово, мне становится страшно от мысли, что история может повториться. Впрочем, тут и без того происходит нечто невообразимое.
Обычные травят двусердых! Не в прямом смысле, конечно, а словами! Они цепляются к ним на улицах, выливают на них ушаты издевательств и доводят до срыва — лишь бы отправить на каторгу.
Какой в этом смысл? Эти озверевшие молодчики кричат, что двусердые получают больше, живут богаче, презирают обычных… Но нападают-то они на таких же работяг! И прилюдно втаптывают в грязь заводских, мелких чиновников, учителей…
Если вы такие смелые, почему не выскажете большим родам? Зачем терзать тех, чьи способности облегчают вашу же жизнь? Благодаря двусердым наши машины сотни и тысячи вёрст ездят без подзарядки, шины не изнашиваются десятилетиями, подошвы обуви выдерживают длительные нагрузки, асфальт не трескается после первой зимы, а десяток электропроизводителей обеспечивает электричеством весь город!
Но меня, конечно, эти люди не услышат. Они, как стая озверевших псов, нашли слабых — и рвут их на части. Отвратительно.
Впрочем, зря я отказываю этим мелким пакостникам в смелости. Взрыв в самом сердце Ишима, от которого пострадали здания Тайного и Тёмного Приказов — подозреваю, их рук дело. Выходит, у кого-то из них либо стальные яйца, либо вовсе нет мозгов.
А убийства молодых двусердых в училищах? Каково, а?
Представьте, что, отпуская своего ребёнка в гимназию или пандидактион, вы знаете, что сегодня там кого-то убьют. Отпустили бы?
Что творят эти люди? Зачем? Без двусердых, которых они гнобят и отправляют на каторгу, наш город просто не выживет. Я не представляю, сколько понадобится угля, нефти и газа, чтобы обеспечить Ишим электричеством и отоплением. Мы все замёрзнем первой же зимой! Но, кажется, это никого не волнует.
Рода даже не чешутся, чтобы что-то исправить. Ведь они защищены стенами и охраной, им до нас дела нет.
И вот уже завтра состоится «Народное шествие»… Я почитал, чего они хотят: избавиться от неравенства! Опять это проклятое неравенство между двусердыми и обычными!
Хочешь избавиться? Получи чёрное сердце! Слишком дорого? Опасно? Можно умереть? Ну а ты чего хотел? Думал, двусердым больше платят исключительно за шрам на щеке? Нет, им платят за риск, за муки перерождения, за то, что каждый день их может убить собственное сердце.
Вот за что им платят больше.
Я с горечью наблюдаю, как люди в княжестве рвут друг друга на части… С ужасом слежу за тем, что творится в родном городе… И всё никак не пойму: как мы до такой дикости докатились?
Впрочем… Давайте-ка разберёмся, откуда у этой беды ноги растут!
Продолжение авторского обзора Ростовина И. А. читайте на странице 9 или на сайте нашего издательства
Также в выпуске:
Налоги стали выше. С этим согласны Боярская и Народная Думы… Обе палаты нашего государственного совета утвердили закон о росте налогов. Чем это грозит и к чему приведёт. Читайте на стр. 2
Да что они себе позволяют⁈ Власти Эрана на встрече с представителями Ромейской Империи заявили, что Русь якобы незаконно присвоила себе земли к востоку от Хвалынского моря. Читайте на стр. 4 о положении на международной арене.
Нефти стало меньше . Представитель Промышленного Приказа расскажет о ситуации с поставками углеводородов на внутренний рынок страны. Читайте на стр. 6
Мир сходил с ума прямо у меня на глазах. Во всяком случае, так мне казалось.
Возможно, причина была в огромном телевизоре, который установили в столовой. Утром, за завтраком, там крутили новости, которые я слушал вполуха и тихонько выпадал в осадок.
Расследование взрыва в центре Ишима продолжалось. Виновные так и не были найдены, и никто не брал на себя ответственность. Впрочем, последнее в этом мире вообще не было принято. Сделал гадость, за которую тебя, как минимум, сошлют на каторгу? Молчи и не признавайся.
Тревожило и ещё кое-что… Три новых убийства за четыре дня! Два в ишимских «Васильках», одно — в городском училище Ишима. И охрана, которую выставили городские власти, не помогла. Учащиеся продолжали погибать, а в среде двусердых зрело недовольство.
— Был я в Ромейской империи! — как-то разорялся в столовой мой однокашник Руслан Федосеев, чья семья владела несколькими торговыми рядами в Ишиме. — Так у них двусердый всегда выше обычного! И никаких глупых указов их кесарь не выпускал. Если обычный проявляет неуважение, значит, и на месте можешь его убить!
— Ну и разве это не варварство? — удивилась Василиса, сдвинув брови. — А если это с твоей роднёй сделают? У твоего отца-то чёрного сердца нет!
— Зато у него денег хватает! И род за ним стоит! Я вообще считаю, что обычным, безродным… — в этот момент Руслан покосился в мою сторону. — … и прочей шушере надо знать своё место. Мы — основа государства…
— Д-да -ккакая-т-ты ос-снова-то, Ру-руслан? — удивился Пскович. — Е-ещё т-твой б-батюшка ч-чего-то с-стоит, а т-ты т-так!.. С-сын т-торгаша!..
— Осторожнее, Пскович! — Федосеев покраснел и сжал ложку так, будто это горло врага. — За такое могут и на поединок пригласить!
— Н-ну т-так и п-пригласи! — кивнул Пскович, ничуть не испугавшись угрозы. — Ч-что з-зубами с-скрипишь? Б-боишься с-свой ма-маленький род п-под мой па-подставить, да? Н-ну так это же т-то, ч-чего т-ты хотел! Мо-мой род с-сильнее, д-древнее. Я, з-значит, м-могу об т-тебя н-ноги в-вытереть, и н-ничего м-мне за т-то н-не б-будет.
— Слабачи… — презрительно начал Федосеев, но был прерван Васей:
— Руслан, только скажи эту гадость! И я немедленно сообщу отцу!
Федосеев заткнулся, смерив тех, кто с ним спорил, злым взглядом, и больше рта не открывал. Но все всё поняли. «Слабачинами» и «чистоплюхами» презрительно звали сторонников уравнения в правах двусердых и обычных. Многие из них заседали в Боярской Думе Руси, называясь движением «Равноправные».
А против них было второе движение, «Достойные»: тех клеймили «самодурнями» и «говночестными».
Двести лет их вражда не прекращалась. И в последние годы «Достойные» частенько брали верх в политических баталиях, но, несмотря на их старания, царский указ не был отменён.
И хоть Федосеева-то и заткнули, шепотки о том, как хорошо двусердым в Эране и Ромейской Империи, ползли по коридорам всё чаще.