Хозяйка покинутой усадьбы (СИ)

О чём я со стыдом поведала своему знакомому. На что он посоветовал мне, только тихо:
— К ростовщику идите, баронесса Кронк, если совсем припрёт. Вот, адрес и имя ростовщика, который не облапошит вас, я вам вот здесь напишу. Но! Запомните, баронесса, проценты у них просто грабительские. Если есть шанс, лучше ужмитесь.
Я вскинулась, но уважаемый Арк похлопал меня по руке, успокаивая:
— Да понял я, что вы хоть и юная, но крайне разумная леди. Ну, даст светлый, всё у вас будет хорошо.
Я не стала сильно напрягать уважаемого Арка своими заботами и прямо с утра, после завтрака, направилась в ту самую библиотеку, оставив Кару с вещами в номере.
Сначала я и правда нашла книги по своей земле, да и по соседским. Как и советовал уважаемый Арк, самым важным было понять, кто мои соседи, чем они занимались, и с чем я столкнусь на своих землях.
Вот только всё упиралось в деньги. В обед я сделала перерыв и навестила поверенного барона Кронка. Он ждал дочерей барона буквально на днях и обещал сообщить, записав мой адрес.
Поверенный назвал примерную сумму, которая причиталась вдове в моём положении. Она была мизерной, а наследства дедова я могла ждать и месяц, а то и два. Вот только уважаемый Арк невольно навёл меня на мысли, когда объяснял, из чего обычно складывается сумма вдове, и при каких обстоятельствах она может поменяться.
Поэтому я пока отложила книги и документы, которые принесли мне служащие по запросу, и направилась к стойке запроса ещё раз. Возможно, у меня был шанс увеличить мою вдовью долю.
  
Глава 48
 
Честно говоря, ни на что я особо не надеялась, но одно помнила: муж мой почивший обещал в том самом брачном договоре заботиться обо мне, в том числе материально. И дело было как раз в моём несовершеннолетии. Барон обязан был предоставить достойное его жене содержание. А он, получается, умер до того, как я достигла в этом мире первого совершеннолетия.
Да, надежда была хлипенькой, и я убедилась, что шансы мои нулевые. Почему?
Шанс-то был, да только прошение должен бы подать мой отец. А он… Да уж. Я даже догадывалась, что он мне скажет на мою просьбу. Вернуться предложит, конечно, и самолично найдёт очередного мужа.
Думаю, папенька меня с удовольствием продал бы, если бы я чудом не получила этот шанс. Меня передёрнуло от воспоминания обо всей этой семейке, и я с упрямством погрузилась в законы королевства.
Удивительно, но именно обычный служитель библиотеки, мастер Талани, помог мне найти ту самую лазейку. Я как раз разбиралась с законами, в очередной раз взяв что-то новое, какие-то новые изменения, а мастер уже поглядывал на меня с любопытством.
Он подождал, пока я сяду к своему столу, который я сразу облюбовала, высиживая там часами, с упорством пробираясь с законами королевства. И понимала, зачем нужны все эти юристы и поверенные. Мне, обычному человеку, разобраться было крайне сложно.
Поэтому я вздрогнула от голоса, донёсшегося надо мной, склонившей голову над очередным талмудом.
— Баронесса Кронк, в этих новомодных книженциях вы не найдёте того, что хотите. Здесь большей частью описаны изменения законов, их трактовка, прецеденты по каждому закону. Вам стоило обратиться к старым законам, что не потеряли свою силу и теперь. Вот там вы и найдёте лазейку, не знаю уж, что вы там ищите. Но по брачным делам есть шанс выкрутиться найдя лазейку именно там.
Так я и познакомилась с мастером. Он и посоветовал мне книгу, тяжёлый талмуд, который взял под свою ответственность, сказав мне:
— Вам её не выдадут, больно ценная. Но вы приходите уже который день, всегда аккуратны и осторожно обращаетесь с книгами. Не подведите меня.
Лазейку я нашла, причём к вечеру этого же дня, вернувшись с обеда. А питались мы с Карой очень скромно. Она закупалась в лавке для слуг, там цены были приемлемыми, а горячее мы ели раз в день, заказывая обед в гостинице. Там можно было выбрать вариант поскромнее, что я и сделала, честно объяснив Каре, что пока придётся ужаться.
 
Та оказалась девушкой бойкой и не боящейся трудностей, о чём мне и сообщила, с восторгом говоря:
— Я уж думала, буду в поместье служить у Пейтонов, пока замуж не выйду. В лучшем случае останусь. Но скорее мужа в деревне найду, в поместье у графа я подходящих женихов не нашла. А тут столько всего нового, интересного. Я уже по городу хожу, узнаю, что и как.
Я кивнула, обещая, что она ещё много повидает, пока мы до наших новых земель доберётся. И добавила уверенно:
— Ты ещё и в южную столицу, в Арану, меня сопровождать будешь. В первый год мы будем экономить, Кара, это точно. Но через полгода нужно будет начать навещать соседей, чтобы приличия соблюсти.
Кара улыбнулась, со всем соглашаясь. Она вообще оказалась девушкой открытой, с добрым нравом и лёгкой по жизни. Она вскинулась вспомнив:
— О, кстати, госпожа. Завтра ярмарка начинается городская. Вы бы сделали перерыв хоть на пару часов после обеда, прогулялись бы с вами. У вас, вон, и пару платьев тёмных есть. На них бы только что-то тёмное сверху, а то руки открыты немного, да и вырез великоват для траурного наряда. Я как раз спросить хотела. Я ваши вещи разобрала, но нормальных платьев для дамы вашего положения не нашла.
Я махнула рукой, показывая, что это сейчас не главное:
— А я никому не говорю, Кара, что я вдова. Это никого не касается, а документы у меня всегда с собой, в сумочке. И если что, то я могу спокойно путешествовать по стране только с тобой. — И задумчиво протянула: — Да, со слугами-мужчинами было бы спокойнее, но чего нет, того нет. Думаю, в поместье кто-то да есть. Там и посмотрим. Может, и жениха тебе найдём.
Я улыбнулась Каре, та в ответ застеснялась, но быстро перешла на деловой лад, возвращаясь к моим нарядам. И что ей было не так. Однако я быстро поняла, что кое-что я действительно упустила, когда моя личная горничная напомнила:
— Так вы сами же говорили, госпожа Алисия, что ждёте оглашения завещания. Это будет официальная встреча, родня приедет. И у вас там будет свой интерес. Осталось уже шесть дней, а приличествующего наряда у вас и нет. Шаль тёмная у вас есть, но она всё не скроет. Да и мы же потом сразу в ваше поместье и направимся. А там уже будет другой разговор. Там вас по одёжке будут встречать. И ладно бы слуги, а если господа какие приедут внезапно, или срочно в город направитесь. Вы же сами мне про лавку рассказывали. Там вам дела вести нужно будет. И приличия соблюсти. Вы же сами хотели на траур сослаться. А одеваетесь вы совсем не так, как следует.
Вот тут я и села, понимая, что этот момент я не учла. Стала судорожно вспоминать, что читала в книжках, пока брала уроки. Да, чёрный цвет был необязателен, но одеваться в приглушённые, тёмные цвета я должна была. Прикрывать руки и не иметь в наряде декольте. А ещё в путешествии стоило прикрывать волосы и заплетать их по-простому.
В тот вечер мы разбирали мой гардероб, думая, как бы скомпоновать наряды так, чтобы хотя бы к поверенному сходить и не опозориться. У меня даже была достаточно тёмная шаль, связанная мной из шёлковой нити с добавлением тонкой шерстяной. Но ей я могла прикрыть только голову и плечи, красиво расположив. А вот руки оставались открытыми. Или наоборот.
Да, мне было наплевать на этих незнакомых мне людей. Но само моё положение. То, что я им незнакома, а видя наше отличие и моё пренебрежение приличиями в сторону их отца, они сплотятся против меня. Кто его знает, но рисковать не стоило. Тем более там будет официальное событие, да и представитель семьи.
Мне не нужны были слухи обо мне. Да, я уеду отсюда и, скорее всего, никогда не вернусь. Но слухи обычно работают так, что волшебным образом проникают сквозь пространство, словно имеют некую волшебную силу.
Пряжи у меня было немного, и я решительно распорядилась:
— Кара, приготовь мне на завтра соответствующее моему положению платье. И шаль эту я накину сверху. Завтра утром перед библиотекой загляну в пару мест, посмотрю, что могу выгадать по деньгам.