Хозяйка покинутой усадьбы (СИ)

И барон с довольным лицом достал из внутреннего кармана красивый бархатный мешочек, украшенный явно родовыми вензелями, высыпал что-то сверкающее на руку и подошёл ко мне, не спрашивая, буквально повелел:
— Протяните руку, юная леди!
Я быстро глянула на графа, тот слегка нахмурился, видя, что я застыла в нерешительности. Он кивнул мне со словами:
— Не бойся, барон теперь твой жених и его приказы имеют ту же силу, что и мои. Слушайся его и делай так, как он говорит. Всё это для твоего блага и рода, который скоро станет твоим.
Я поняла, что меня и заставить могут, а это будет вообще полной глупостью. И протянула руку с равнодушным, каменным лицом. Странно, но барон с улыбкой застегнул на мне браслет, и я вздрогнула, когда услышала пояснения:
— Родовой браслет баронов Кронков. Надеюсь, милая Алисия, с рождением нашего сына магии в роду прибавится и мы сможет претендовать на титул выше, земли и средства позволяют. Мои дочери удачно вышли замуж, но мне нужен сильный наследник, и такое неожиданное появление вас среди знатных невест королевства было добрым сюрпризом.
Пригляделась к браслету и поняла, что звенья, принятые мной за красивую филигрань, были рунами, складывающимися во что-то магическое. Хм, какая редкость. Между золотыми вставками проходили камни, явно выполнявшими роль накопителя магии.
Я начала приглядываться к рунам и сразу увидела руну забора, хранения и накопления магии. Такие обычно ставили на артефакты. Значит, браслет будет брать магию из пространства, и в том числе забирать излишек у меня. И питать его. Вопрос, для чего же он служил.
Любопытство графа сыграло мне на руку и я узнала, для чего, собственно, на меня надели эту красивую, но рушащую мои планы дорогую вещь:
— О, какое изящное исполнение. Я по молодости увлекался родовыми артефактами, в том числе контролирующими. Это ведь подобный экземпляр, судя по цепочке рун, что я успел углядеть?
Барон явно разделял интересы графа. А я стояла и уже начала догадываться, что явно попала в ловушку. Что барон Кронк и подтвердил:
— Да, наш род не первое поколение занимается подобными артефактами. А это один из самых удачных и изящных экземпляров. Теперь я спокоен за свою невесту и всегда смогу узнать, где она находится.
На что граф одобрительно кивнул:
— Разумно. Я и сам предпочитаю подстраховаться, если вложился в новое, неизвестное начинание, барон. И полностью одобряю.
Я же посмотрела на этот гадский браслет другими глазами, понимая, что теперь, куда бы я ни сбежала, меня найдут.
А барон поймал мой взгляд и наставительно добавил:
— Надеюсь, вы, леди Алисия, верная дочь своего рода и выполните обязательства, которые только что взяли на себя в ритуальном зале. Но юности свойственны необдуманные поступки. Этот браслет я сниму только перед алтарём, где и возьму обязательства за вас на всю вашу жизнь. И вот ещё, чтобы не было сюрпризов. Видите, какой чистоты эти камни?
Я кивнула, а барон продолжил:
— Следите, чтобы они такими и оставались, юная леди. Если вы позволите себе лишнего, даже поцелуй с каким-нибудь молодчиком, который решит забить вашу юную головку всякими глупостями и ненароком похитит у вас поцелуй где-нибудь на этих новомодных вечерах, где за молодежью и не уследишь, то камни начнёт тускнеть. Каждый ваш неверный шаг и недостойное поведение сразу скажется на камнях. Граф, обратите внимание, вы обещали мне выписать разрешение на брак в шестнадцать. А до того ваша дочь — это ваша забота. Помолвку я могу и расторгнуть, если будет причина.
Я стояла словно оплёванная, ещё и в шоке от каких-то тайных договорённостях. Это как так, нельзя же в шестнадцать! И тут я вспомнила, что были, были лазейки. Меня отпустили, граф желал ещё раз обговорить всё с бароном. А тот простился со мной, не видя причины мне приходить на его проводы.
Я ушла к себе: думать и искать выход. Барон оказался холодным, равнодушным и очень властным. Думаю, он был даже похлеще графа Пейтона.
И всё же решила проверить, можно ли снять браслет используя те же зелья с ритуалами. И под утро, перепробовав все варианты, поняла, что моих знаний точно не хватит, чтобы избавиться от этого опасного браслета.
 
Мой побег откладывался, и я решила воспользоваться этими месяцами относительной свободы и подготовиться к возможной непростой семейной жизни.
Унывать было нельзя ни в коем случае. Да, поначалу я очень переживала, возмущалась, да я была зла на всю эту ситуацию, где я оказалась настоящей рабыней, моё мнение здесь никого не интересовало, что меня, женщину двадцать первого века, выводило из себя. Сначала мне даже казалось, что стоит всё же принять будущего мужа и постараться наладить с ним хоть какие-то отношения.
А потом пришла мысль: а если не получится? Если он окажется деспотом и я даже мнение своё не смогу иметь, а только слушаться? Стоило приготовиться и обдумать возможность того же побега. Вопрос оставался с документами, их у меня всё ещё не было.
  
Глава 25
 
Из нарастающей депрессии и беспокойства за своё будущее меня вытянул обычный случай. Графиня узнала, что барон Олди Кронк — не любитель разъезжать по гостям. Свет он не любил, бывал там нечасто и всё больше по деловым поездкам.
Он с графиней обговорил тот минимум, что ожидает от приданого невесты, в том числе нужных мне вещей. О чём та, любившая показаться в новом наряде на приёмах, с явным удовольствием поведала мне, даже не потрудившись скрыть своё довольство:
— Да, на приёмы барон ездить не собирается, но разок-другой представить тебя соседям нужно. Этого требуют приличия. Мы со своей стороны обязаны подготовить тебя. Но модные швеи стоят дорого, а ты умеешь шить и вязать. Пару-тройку нарядов тебе сделает моя мастерица, думаю, стоит уже начать, осталось три месяца до твоего шестнадцатилетия…
Я осторожно поинтересовалась у графини, боясь спугнуть удачу:
— Но ведь в шестнадцать ещё нельзя, ваше сиятельство, не положено по закону.
На что та, чем-то довольная, только рукой махнула и ответила:
— У нас всё по чину, муж позаботился о твоём благополучии. — Графиня печально вздохнула, как по мне, слишком напоказ, и добавила: — А ты не ценишь, я же вижу. Не доверяешь, ищешь подвох. А муж мой поступил правильно, раз уж барон так настаивал. Хочет он, чтобы ты к нему попривыкла, живя у него в доме, общаясь с ним и его роднёй. Так что свадьбу и договор мы организуем здесь, чтобы потом никто не смог придраться и воспользоваться тобой нечестно. Барон обязался не трогать тебя как девушку до совершеннолетия, это и пропишем. Ты юна и со временем сама поймёшь, насколько удачно выйдешь замуж. Барон стар, а ты будешь защищена правильным договорным браком. Муж мой — человек мудрый, он позаботился о тебе и в договоре всё прописал, тебе не о чем волноваться, поверь.
Я решила уточнить, раз уж пошёл такой откровенный разговор, раз уж она заявилась в мою комнату, конечно, без предупреждения, желая ещё раз осмотреть, что приличного у меня есть из вещей. Графиня, возможно, хотела сэкономить, но морщилась, рассматривая мои вещи. Ясно, наряды мои явно не подходили для баронессы. Я видела, насколько графиня рада моему достаточно скорому уезду и решилась на откровенность:
— А зачем барону нужна именно я? Его земли достаточно далеко от наших, он богат и стар, по вашим словам, выгодный жених. Его земли граничат с графством Аранским, не так ли? Так зачем ему я, если есть бедные, но благородные юные девы поближе? Думаю, найдутся и не бастарды рода.
Графиня усмехнулась и выдала:
— А ты не глупа, хотя и сидишь всю жизнь здесь, в поместье. Что же, свет ты ещё долго не увидишь, но я тебя просвещу. Муж сказал, что барон много путешествовал. Он укреплял своё финансовое положение, стремясь добиться повышения своего статуса. — Графиня поморщилась, добавляя: — Да, это несколько вульгарно, как по мне, настолько стремиться подняться. Да и эти торгашеские дела барона. Хотя в удачливости ему не откажешь. Муж сказал, барон хочет банально купить титул, передав его сыну. Так что нарядов, драгоценностей и выходов в свет не жди. Будешь сидеть в поместье и делать, что барон велит. А почему он тебя выбрал, так муж недавно тебя выставил на торг благородных невест, чего уж тут.