Мечта двуликого (СИ)

— Я только что, — прорычал Вильямс, — пояснил, что мне не требо…
— Да или нет?
Мужчина на миг прикрыл глаза, а потом медленно выдохнул. Казалось, с каждой минутой он все больше терял терпение.
— Нет, формально они не давали согласия, но мне этого и не требовалось, я и так знал, что они с радостью это сделают, — выдавил он гневно.
Ньюман кивнул. Что-то подобное он и подозревал.
— Расскажите о своей секте…
— Нет никакой секты, — возразил Вильямс. — Я просто нравлюсь женщинам, — добавил он и хмыкнул. Взгляд мужчины упал на Агату.
Аластер шагнул в сторону, закрывая ее собой.
— То есть вы не просили у них денег?
— Нет, — Вильямс скривился. — Зачем мне опускаться до просьб? Они сами все несли.
Ньюман пару раз вздохнул, а затем продолжил:
— Получается, вы оставляли в живых более богатых, чтобы иметь доступ к их деньгам, а молодых и привлекательных убивали, предварительно обратив их. Все верно?
— Мне не нравится, как это звучит, — проворчал Вильямс. — Это грубо.
— Но суть верна, не так ли?
Было видно, что мужчина пытался сопротивляться, но зелье было сильнее, поэтому он все-таки ответил:
— Да.
— Где вы обычно убивали своих жертв?
— В особняке, — ответил мужчина. — В том самом подвале. Перед полнолунием я держал их в камерах, прикованными, а потом там же и умертвлял. Удобно и чисто.
— Почему тело мисс Лаберт оказалось в переулке? — спросил Ньюман, пытаясь отстраниться от гнева.
— Ей удалось убежать. Мне пришлось гоняться за ней полночи. Но все равно, — его лицо исказилось от торжествующей злости, — далеко она не убежала.
Ньюман вспомнил, в каком состоянии было тело девушки. Некоторое время он молчал, желая только одного — свернуть шею этому отбросу.
— Почему вы оставили тело на улице? Почему не забрали его?
— Азарт погони с последующим убийством жертвы отнял у меня способность мыслить рационально, — Вильямс скривился, словно ему непросто было признаваться в подобном. — Я вспомнил о теле только утром, но было поздно — девку уже нашли.
  
Глава 33
 
Дальнейшее расследование показало, что Вильямс был невменяем. Поглощение наполненных магической силой органов себе подобных существ сказалось на его разуме крайне негативно. Оборотень утратил чувство меры и страха.
Он почуял в Аластере кого-то более сильного, но не придал этому никакого значения. Агата его тоже не пугала. Он испытывал к ней лишь жажду. Вильямс был уверен, что поглощение сердца легендарного существа сделает его неуязвимым. Да, он знал, что сердце феникса может даровать бессмертие.
Вильямс не был аристократом. Он родился в семье портного, но он всегда грезил о величии и силе.
Когда ему исполнилось пятнадцать, отец Вильямса решил, что сыну пора познать жизнь, и отправил его на ферму к другу, надеясь, что физический труд вернет юношу с небес на землю.
Там Вильямса и укусили. Вернее, в местном лесу. В первое обращение молодой оборотень загрыз семью друга отца и сбежал.
Вильямс не был огорчен изменениями. Он был очарован. В облике зверя он был сильнее, выносливее и здоровее. Ему открылся новый мир.
Вильямс сразу уверился в том, что он на голову выше остальных. Он был кем-то особенным, в отличие от других. Так началось его шествие к вершине, приведшее к безумию.
Идею, что поглощенные органы могут помочь ему обрести могущество, он почерпнул из книг, найденных в полученном в дар доме.
Подарок преподнесла одна из дам, входящих в его кружок по интересам. Женщина была вдовой, получившей наследство от покойного мужа. Она понятия не имела, каким богатством располагала. Для нее дом был просто старым особняком, но на деле он оказался гораздо большим, ведь ее муж был выходцем из старой магической семьи. Найдя в Вильямсе друга, она без всякого сожаления отдала ему старый дом в столице.
— Его теперь… казнят? — спросила Микаэла, сестра погибшей Адалины Лаберт.
— Верно, — ответил Аластер. Подробности не оглашались, но имя убийцы не скрывалось.
Взгляд Микаэлы потух. Некоторое время она сидела и мяла платок в руках, а затем расплакалась.
  
— Я… Могу ли я его увидеть? — сквозь слезы спросила она. Аластер нахмурился. Он подумал, что женщина хочет высказать в лицо убийце все, что о нем думает… — Я верю, у него была причина… Не могу поверить… он всегда был таким, — продолжила Микаэла, вытирая бегущие без остановки слезы. — Адалина вечно вертела перед ним хвостом. Наверняка… — женщина вздохнула и замолчала.
— Вы понимаете, что он убил вашу сестру? — спросил Аластер, ничего не понимая. Может, произошло недоразумение?
— Да, конечно, — всхлипнула Микаэла. — Но ведь она сама виновата, не так ли? — спросила она с надеждой. — Я думаю, была причина.
В следующий миг женщина схватила Аластера за руку.
— Вы должны все узнать, — зашептала она горячо. — Уверена, была причина. Смягчающие обстоятельства, благодаря которым его казнь можно заменить на заключение или вообще на условный срок. Пожалуйста, прошу вас, я не могу потерять… его!
Ньюман был ошеломлен. Высвободив руку, он встал и направился к двери, не слушая крики и мольбы женщины.
— Вы должны понять! — кричала Микаэла. — Прошу вас. Я…
Аластер вышел на улицу и закрыл за собой дверь.
— Ньюман, — внезапно окликнул его Корнер. Аластер посмотрел на него вопросительно. — Король зовет.
  
Глава 34
 
Король беспокоился.
Люди, приставленные следить за Ньюманом, доложили, что он слишком полагается на феникса. Нет, его величество и сам хотел, чтобы сын герцога перенял знания у Чемберли, но не желал, чтобы мальчишка увяз в отношениях с этой женщиной.
Король хотел, чтобы Ньюман ассоциировал себя именно с людьми, а магию воспринимал исключительно как источник угроз.
Король не испытывал к магии неприятия, но обязан был заботиться о народе.
Агата Чемберли была для монарха фигурой, которую он не мог просто отодвинуть. Она никогда не действовала во вред людям. Всегда помогала, не смотрела на людей снисходительно. Но!
Она насквозь была магическим существом.
Это все перечеркивало.
Как бы мягко она ни относилась к людям, ее сердце всегда будет лежать в другой плоскости.
Король не мог допустить, чтобы отношения между Ньюманом и Чемберли углубились. Перенять знания? Отлично! Помочь на первых порах? Прекрасно! Но на этом все.
Его величество хорошо знал, как женщина может влиять на мужчину.
Король решил выбивать клин клином. Ньюман не оставит Чемберли, пока его взор не упадет на кого-нибудь более интересного.
— Я сомневаюсь, что он согласится, — кисло произнес герцог, глядя на сидящего рядом графа. Тот был изрядно взволнован.
Не так давно граф Хьюзегрин немного поистратился, отчего семейная казна показала дно. Ему пришлось заложить последнее, что у него оставалось, а именно — столичное поместье. Жена от этого заболела и слегла, укоряя его в том, что они обнищали.
А разве он виноват? Граф был уверен, что в последний раз с ним играли нечестно, но доказать этого не мог. Нет, он не виноват и обязательно собирался отыграться!
Последние недели у него болела голова, ведь требовалось где-то взять денег для следующей игры. И тут, словно Божье благословение, вызов к королю.
— У твоего сына доброе сердце, он обязательно даст согласие на эту свадьбу, — не согласился король.
Все его знания об Аластере Ньюмане говорили о том, что тот никогда не оставит в беде беспомощную девушку. А именно такой была Жозелина Хьюзегрин — двоюродная племянница графа Хьюзегрина, которую незадолго до своей смерти отец связал узами помолвки со стариком-торговцем. Тот выплатил семье за брак с обедневшей юной аристократкой круглую сумму.
К их радости, разорвать помолвку все еще было возможно, но лишь в пользу более богатого и уважаемого жениха. К примеру, Аластера Ньюмана — наследника герцогского титула.