Василис Прекрасный или как выйти замуж и не превратиться... (СИ)

– А с чего, простите, какой-то незнакомый мужик, который увидит нас впервые, захочет идти с нами ещё и жениться, не отходя от кассы? – не унималась я.
Стешка и Симка сердито на меня посмотрели, и старшая из сестриц насмешливо заявила:
– За тобой Иванка и слепой не пойдет! Тебе же сказали! Магия! Нет у них выбора, мы – их судьба! – Степанида говорила так радостно, что стало ясно – замуж она хочет и сильно.
Что ж нормальным способом мужика не нашла? Подставила нас с Симой, хотя и Сима вон вся сияет в предвкушении. Жесть.
Учёный не тратил время даром и извлёк из своего чудо-ларца три золотые стрелы усыпанные самоцветами. И в этот момент сердце моё забилось часто-часто: стрелы были точь-в-точь как из моего сна. Уж ни к красавчику-брюнету меня приведёт моя стрела? Эти мысли немного меня успокоили. К тому же, кто знает, что из всего этого безобразия получится?
– Прошу, – Учёный протянул каждой из нас по стреле.
Степанида стреляла первой и, натянув тетиву, выпустила золотистый вихрь куда-то на север. Не прошло и секунды, как она, подобрав свою длинную юбку, умчалась, перепрыгивая через маменькины клумбы будто спринтер. Серафима проделала то же самое и скрылась за озером, быстро перебирая короткими пухлыми ножками.
Выглядели сёстры комично, но стоило мне взять в руки лук и наложить стрелу, как внутри меня зазвучала невероятная музыка. Я натянула тетиву и ясно увидела, как за выпущенной стрелой стелется золотистый шлейф, и неведомая сила потащила меня, по этому волшебному следу будто привязанную.
Я бежала, не касаясь земли ногами, преодолевая заборы и кусты невероятными прыжками, которые не требовали никаких усилий. Мимо мелькали соседские поля и роскошные особняки, на мгновение я заметила переливающийся золотом защитный купол и пролетела сквозь него, как сквозь желейную массу. Вскоре я оказалась в тёмном и довольно мрачном лесу, сходство с лесом из сна было настолько ярким, что захотелось вернуться обратно и послать всех родственничков во главе с этим двуличным кошаком куда подальше.
Лес становился темнее и гуще, я ловко лавировала среди деревьев подгоняемая переливами золотистого шлейфа. Впереди засиял просвет, и я выбежала на широкую поляну с пожухлой сероватой травой, посреди которой стоял добротный каменный дом в окружении невысокого забора. За этим забором я увидела колодец, в котором обрывался след моей стрелы. С замирающим сердцем я попыталась преодолеть забор, но ничего не получилось. Странно, говорили ведь магия и всё такое. Я пошла вдоль преграды в поисках ворот или калитки, заодно осматривая дом. Он выглядел так, будто в нём никто не живёт уже много лет, но в душе зрело чувство, что там кто-то есть, и этот кто-то за мной наблюдает.
Ворота я всё-таки нашла, высокие украшенные искусной и до ужаса достоверной резьбой в виде всякой жуткой нечисти. Взявшись за кольцо, я минутку посомневалась, но решила сначала постучать. Никто не вышел и я, набравшись смелости, дернула кольцо на себя. До колодца я шла с таким трудом, будто несла на себе неимоверно тяжкий груз. Мне всё время казалось, что на меня кто-то смотрит, злится, но не может мне помешать.
Добравшись до цели, я не решалась заглянуть внутрь, но чувствовала, что действие магии стрелы не бесконечно, а мне еще обратно возвращаться! Дорогу-то я сама не найду! Заглянув в колодец, чуть не выругалась от разочарования. Он был пуст! В порыве гнева толкнула ручку колодезного ворота, и ведро полетело вниз. Нестерпимо захотелось студёной воды, и я с усилием подняла ведро наверх.
– Мать честная! – только и сказала я: в ведре не было воды, зато была моя стрела и слизкая зелёная жаба. – Это шутка такая?
Весь мой романтический настрой испарился, и я, костеря на чём свет стоит кошака, ритуал, нерадивых женихов и тупую стрелу, оторвала росший у колодца лопух и с его помощью достала несчастное земноводное, планируя отпустить его на волю.
Жабка моим благородным жестом почему-то не воспользовалась и осталась сидеть на листке, поглядывая на меня странными голубыми глазами. Разве у жаб бывают голубые глаза?
  
И тут меня посетила самая дурацкая в моей жизни идея. Жениха вам надо? Ну, я вам устрою жениха! Глянув ещё раз на жабу, я преисполненная решимости достала из ведра бракованную стрелу. В тот же миг земля под ногами задрожала, и всё закрутилось вокруг меня с неимоверной скоростью. От неожиданности я зажмурилась, а когда открыла глаза, то оказалось, что и я, и жаба, и злополучная стрела уже перенеслись в «Царские дубы» и стоим у входа в семейную церковь.
Церковью это сооружение назвать можно было с натяжкой. Скорее это было небольшое здание, расположенное над нашим фамильным склепом. В детстве я любила сюда приходить, чтобы посидеть внутри в тишине, любуясь витражными стеклами.
Внутри уже собралось всё семейство, охранники Дима с Костей, наш повар Кузьма Степанович, экономка Зинаида Васильева, мужичок в клетчатом костюме, которого Учёный до этого именовал господином Лешачковым, и сам кошак. Сёстры довольно сияли улыбками. Рядом с каждой стояло по жениху. По нормальному жениху. С головами, руками, ногами и, думаю что, всем остальным. А тут я с жабой. Мой суженый печально квакнул, и все с интересом уставились в мою сторону.
  
Глава 4. Брачные узы и прочие неприятности
 
Стоило моему избраннику подать голос, и всё пришло в движение. Маменька чуть в обморок не рухнула, кошак оказался рядом и обмахивал её своими бумажками. Сёстры, не таясь, смеялись и перешёптывались со своими кавалерами, глядя в нашу сторону. А папа… Его как раз я и не увидела. Эффект меня порадовал, и я почти поверила в успех! Уж за жабу меня точно не выдадут!
– Иванна Назаровна, – елейным голосом обратился ко мне Учёный, перестав исполнять роль вентилятора, – поблизости от вашей стрелы точно не было других живых существ?
Я отрицательно покачала головой. Он что издевается? Получается, если бы я оленя притащила, лучше было бы? Жабка моя тихонько так квакнула, будто тоже была против оленя. Кошак подкрутил свои усы, точно как делал, будучи человеком.
– Что ж, раз таковы условия магического контракта, я тут бессилен, – всё это он произнёс виноватым тоном, не глядя на меня.
И вот как это понимать? Я опять во что-то вляпалась? Рядом неожиданно оказалась мама, к моему удивлению очень расстроенная.
– Ох, Иванна, ну в кого ты такая упрямая? Вот и будешь теперь мучиться! – дивные маменькины очи зло сверкнули на моего зелёного суженого. – А ты! Глаза б мои не видели! – с этими словами она покинула наше с жабой общество и ушла портить жизнь сёстрам.
Кошак тем временем собирал отпечатки с присутствующей прислуги и заметно нервничал, поглядывая на меня. Это я определила по хвосту, который отбивал по полу чечётку.
– Прошу подойти участников ритуала ко мне, – громко объявил Ученый, и сёстры со своими половинами устремились на этот зов.
Я стояла не в силах сдвинуться с места. Они что действительно хотят поженить меня вот с этим зелёным сгустком соплей?
– Иванна Назаровна, прошу, не задерживайтесь, ритуал надо закончить до последних лучей.
Я искала в этой суете папину фигуру, но его нигде не было видно.
– Иванна! Хватит уже! Ты что так и не поняла? Если не выйдешь замуж, то тебе уже никто помочь не сможет! – сердито прикрикнула на меня маменька, и я на неверных ногах подошла к кошаку.
Он времени не терял и сразу всунул в руки каждой из нас по листу пергамента:
– Это типовой магический брачный договор, вы должны его заверить. Для этого достаточно приложить указательный палец вот здесь, – он показал, где надо поставить отпечаток и, глянув на моего болотного друга, добавил, – ну, или в вашем случае надо приложить лапку.
Сестры услышав последнее разразились таким душевным хохотом, что и я бы с ними посмеялась, если бы вся эта ситуация не казалась мне абсурдным кошмарным сном. Вот это пошутила! И тут мне подумалось: а чего я волнуюсь? Это у них тут какие-то ритуалы и прочая дичь! Я сейчас быстренько пальчик припечатаю да вещички соберу и попрошу братьев-медведей отвезти меня обратно в город! А с жабой пусть сами разбираются, на волю выпустят, в конце концов!