Беременна от предателя. Я ухожу (СИ)
– Тимур, ты пока сделай все там. Потому что… В общем, здесь тебе придется тоже очень многое объяснять. Лера словно… – Марат подбирает слова, что тоже на него не похоже. – Она словно вышла на тропу войны. Я сказал ей, чтобы не делала поспешных выводов, что ты все расскажешь, когда вернёшься. Но я сомневаюсь, что сейчас она готова слушать тебя. Настрой у Леры был боевой, я ее вообще не узнавал.
– Ладно, я понял, – выдыхаю в трубку. – Спасибо, Марат.
Лера на тропе войны? Он сейчас точно о моей жене? Хотя кто знает, как бы я повел себя на ее месте. Звоню, но трубку она не поднимает. Зато тут же звонит Аделина.
– Лина, – отвечаю, предчувствуя что-то плохое.
– Тимур, вы меня до инфаркта доведете, – причитает тетушка.
– В чем дело? – даже приподнимаюсь, сжимая свободную руку в кулак.
– Вчера вечером Лера, ничего не объяснив, побросала кое-какие вещи в сумку и уехала, сказав, что поживет у подруги. То ты, то она…
Значит, ушла. Господи, только бы не действовала сгоряча. Я уже и не знаю, чего ждать от жены после слов Марата и Лины. Лера доведена до предела, и в этом тоже виноват только я. Теперь мне придется очень долго с ней объясняться, но вернёт ли это былое доверие?
Не стоило вообще задвигать Леру в сторону. Но я думал, что все решится, не затронув ее. А она узнала и об Оксане, не без помощи последней. По крайней мере, я знаю, где искать Леру – наверняка у Юли. Только главное, чтобы жена согласилась меня выслушать.
После обеда за мной приезжают ребята, с которыми договаривался Марат. Один из них даже медработник – друг подсуетился по полной. Об остальном должен был позаботиться Илья Сергеевич, и он не подвел. Решение вопроса занимает от силы, хорошо, что во время аварии не пострадали документы. Ещё, наверное, стоит заехать в местный отдел ГИБДД. Странно, что они не приходили с вопросами в больницу.
И только в часов восемь вечера мы выезжаем в Москву. Оксана уже пару раз мне звонила, но я ее игнорировал. Добралась же она как-то сюда, доберется и обратно.
Глава 39
Звонок меня застаёт на половине дороги. Номер незнакомый, но абонент очень настойчив. В первый раз я выключаю звук, потому что все ещё настраиваю себя на разговор с Маратом. Пусть решительности во мне много, но в этих подковерных играх у меня опыта совсем нет.
Телефон снова звонит. Тот же номер.
– Слушаю, – отвечаю я.
– Валерия Константиновна, – раздается в трубке мужской голос, – меня зовут Игнат Алексеевич. Нам надо поговорить.
– Говорите, – сдержанно говорю, все ещё не понимая, кто это и чего от меня хотят, но надеюсь, что сейчас объяснят.
– Я бы хотел при личной встрече, – добавляет настойчивости мой собеседник. – Это в ваших же интересах.
Даже так? И кто этот добрый самаритянин, который так блюдет мои интересы? Когда вокруг разводится серпентарий, подобные слова кажутся издевательством. И тут меня осеняет. Вспоминаю разговор с Тимуром, после того как он пришел со следами блеска для губ на рубашке.
– Ваша фамилия Баринов? – спрашиваю я.
– Я был уверен, что вы умная женщина, – теперь появляются нотки лести. – Так что насчёт встречи, Валерия Константиновна?
– Когда? – уточняю, думая, что сейчас терять мне нечего.
И даже любопытно становится, что этот блюститель моих интересов хочет сказать. Может, хоть он немного приоткроет карты – наверняка же что-то знает, если настаивает на встрече.
– Прямо сейчас, если вы не заняты, – отвечает Игнат Алексеевич. – Адрес отправлю. Это мой офис.
– Хорошо, – соглашаюсь я.
Марат подождёт. Тем более если он не стал мне ничего рассказывать, пока я сама не надавила… В общем, послушаю сначала Баринова. Тимур его не жалует, но главное сейчас – информация.
Офис Игната Алексеевича обставлен с размахом, в отличие от минимализма в офисе мужа. Любит Баринов выставить свое благосостояние напоказ. Но интерьер меня сейчас волнует в последнюю очередь.
Меня даже от самого входа провожают в кабинет и любезно открывают дверь. Ступаю внутрь и натыкаюсь на взгляд, полный любопытства.
– Валерия Константиновна, – наконец вспоминает о вежливости Игнат Алексеевич, поднимаясь. – Вы прекрасно выглядите.
– Благодарю, – киваю и, стараясь держаться уверенно, прохожу к креслу, которое отодвигает для меня в приглашении Баринов.
– Чай, кофе? – любезно предлагает он.
– Давайте сразу к делу, – прошу я.
– Люблю деловых людей, – замечает Игнат Алексеевич и занимает свое место, продолжая рассматривать меня так, что становится немного неуютно.
Я все ещё слабо представляю, что ему от меня надо. Наверняка это связано с делами Тимура. Только при чем здесь я?
– Вы хотели со мной поговорить, – напоминаю я.
– Да, Валерия Константиновна, – улыбается мне Баринов. – Думаю, мы с вами можем помочь друг другу.
– И чем же? – не понимаю я. – Давайте не будем ходить вокруг да около. Вы, думаю, хотите бизнес моего мужа, только я вам ничем не могу помочь. В таком случае вам стоило бы поговорить с Маратом Гордеевичем, чтобы он продал вам свою долю.
Как бы мне ни было больно и обидно, но говорить о том, что фирма вроде как продана, я не стану.
– Послушайте, Валерия Константиновна, как я и говорил, в ваших интересах меня выслушать, – принимает мои правила Баринов, и его тон становится более официальным, а не показательно дружеским. – Вы извините, что я так прямо… – делает небольшую паузу. – Но у вашего мужа скоро будет ребенок от другой женщины.
Серьезно? Может, об этом уже полгорода знает? Только это была присказка, а сказка явно ещё впереди.
– Вы позвали меня, чтобы сообщить об этом? – интересуюсь я, хотя сжимаю руки в кулаки так, что ногти почти прорезают кожу.
Держись, Лера… Нельзя больше никому показывать свою боль, иначе ударят именно по тому месту, где и болит.
– Нет, Валерия Константиновна, – качает головой Игнат Алексеевич. – Этот ребенок унаследует часть вашего мужа, а вы? Останетесь у разбитого корыта? Или думаете, что ваш муж так не поступит?
Я уже не думаю о поступках Тимура. Да и какая вообще разница, что я могу предполагать, если в итоге получается все хуже некуда?
– Чего вы хотите от меня? – игнорирую вопросы Баринова, ведь они явно к делу не относятся, а обсуждать с ним свою семейную жизнь, если ее ещё можно так назвать, я не собираюсь.
– Я помогу вам, Валерия Константиновна, – со всей искренностью обещает мне Игнат Алексеевич. – Лучшие мои адвокаты помогут вам забрать часть фирмы, а вы продадите ее мне. Причем я сумму предложу, скажем, процентов на двадцать больше.
– А если, допустим, Марат Гордеевич предложит мне на тридцать больше? – усмехаюсь я.
Конечно, в дела фирмы я не вникала, но не настолько же я непроходимая, чтобы не сложить дважды два.
– Торг всегда уместен, – говорит Баринов.
– Я же могу подумать? – вроде как задумываюсь.
– Конечно, – не возражает Игнат Алексеевич. – Только не слишком долго, а то действительно останетесь у разбитого корыта. Не удивлюсь, если ваш муж уже пытается что-то провернуть. Не зря же он так резко сорвался из города.
А если он прав? Ладно, впереди ещё разговор с Маратом. Посмотрим, что он скажет. Все же он намного ближе, чем Баринов. Правда, все перемешалось, и непонятно, кто друг, а кто нет.
Попрощавшись с Игнатом Алексеевичем, еду в офис Тимура. Понятно, озвученное только что предложение не столько в моих интересах, сколько нужно самому Баринову.
И про ребенка от знает, скорее всего, от самой Оксаны. И как долго они это планировали? Она получает мужчину, он – часть бизнеса. А потом наверняка и остальное пожелает прибрать к рукам.
А я?.. Не знаю пока, что меня ждёт, но, может, Марат сейчас просветит.
– Ну наконец-то! – говорит он, когда я вхожу в его кабинет, а потом ненадолго зависает, рассматривая меня, и повторяет то, что я недавно слышала от Баринова: – Прекрасно выглядишь.
– Я могу оспорить сделку? – задаю вопрос в лоб.