В пепел. Академия

Пепел содрогнулся. Однокурсник и приятель Роши отличался габаритами шкафа, за что и был награжден этим прозвищем. Если такое уронить… Адовы демоны!
– Кто же оказался в числе благодарных зрителей? – осторожно поинтересовался Дари, подозревая, что загвоздка именно в этом. И не ошибся.
– Э-э… – протянул Роши, но потом собрался и разом выдохнул: – Ресса Эрсилине и госпожа Шрант.
  
Пепла сложило пополам от хохота. Даже если подгадывать – лучше бы не вышло. Госпожа Шрант! И два привидения! В женском крыле общежития! Он опять представил себе это и взвыл совсем уж неприлично:
– Твааааю ж! Нет… не говори мне… что это не специально.
– Это не специально!
– Что ж, – отдышался, наконец, Дари. – Поздравляю, Красавчик, ты войдёшь в легенды Шант Эли нечаянно.
– Ну не все ж тебе одному в них входить, – вяло огрызнулся Роши, понимая, что на самом деле крыть нечем. Войдет. Как пить дать.
Дело в том, что метресса женского общежития госпожа Шрант, дама весомых достоинств и крайне жесткого нрава, до жути боялась всего потустороннего. По слухам, с самого детства. И хозяйственную вдову зазвали в академию в качестве экономки лишь клятвенно пообещав, что ничего подобного в стенах Шант Эли нет, не было и не будет. Никогда! Место в этом плане самое что ни на есть надежнейшее – под защитой сотни практичных вояк она может чувствовать себя в полной безопасности.
Она и чувствовала. До сегодняшнего утра. То есть ровно до тех пор, пока двум кобелирующим кадетам не приспичило замаскироваться чем попало.
– Ладно, дальше-то что было? – поторопил с продолжением Пепел.
– Ну… Сначала она поорала.
– Немного?
– Почему? Как раз много. А потом попыталась спастись в окно.
– Четвертого этажа?
– Ну да. Слава всем богам, обошлось, – было заметно, что Роши до сих пор при этих воспоминаниях с облегчением переводит дух – дурного он даме все-таки не желал. – В общем, застряла она там в раме.
– Шутишь? – не поверил Дари.
– Пепел, ну какие шутки, а? Вынесла витраж и застряла. Лучшая половина – здесь, а громкая уже там. Ты ее не слышал, нет? Говорят, пол академии вскочили в холодном поту за час до побудки. Эту сирену наверное и в столице слышали.
– Твааааю ж! – непритворно восхитился Пепел. – Роши, а знаешь, я пожалуй не стану открещиваться от причастности и доказывать свою невиновность – примажусь к вам хотя бы так. Потому, что это уже не легенды. Это, Роши, уже анналы. И я хочу попасть в них вместе с тобой. Тем более, что за эту славу как раз и сижу здесь. Кстати, а вас-то почему не повязали?
– Потому, что у Эрс, в смысле, у рессы Эрселине, случился внезапный приступ человеколюбия, и она, забыв про все, кинулась спасать метрессу. Слушай, – вдруг «осенило» Роши, – а может она ее просто заткнуть хотела? Протолкнуть-таки наружу и вернуть в мир тишину?
– Тебе видней, – усмехнулся Дари. – Но эта может, да.
– Может, – согласились с ним. – Но, так или иначе, нас со Шкафом только это и спасло. Пока они там вдвоем возились, я пнул Парса и успел загнать его в камин. И даже дыру успел за собой прикрыть. Только не сильно оно помогло, да? Все равно лаз потом нашли?
– А ты как думал? Всерьез надеялся, что наша Эрс тоже верит в духов? Громыхающих по коридорам?
– Н-да…
– Генералы! – презрительно выдал Пепел. – Максимум предвидения – пять минут. А дальше подтянуться пушки и на все станет похрен.
– От дипломата слышу, – огрызнулся тот, понимая, что Пепел, как ни крути, прав. Но признавать это не собирался. – Язык есть, мозги без надобности.
– Кто бы говорил о мозгах. Все, Красавчик, накрылись твои свиданки.
– Накрылись. – Не стал спорить Роши. – Но как бы и мы тоже не накрылись.
– Думаешь, вас будут искать? – хмыкнул Пепел.
– А ты сомневаешься?
– Не-а, не сомневаюсь. Не будут.
– Но почему?
– Потому, что я, кажется, знаю кто меня подставил.
– И кто? – думать Роши сейчас не хотелось. Он предпочел готовенькое.
– Эрс, разумеется, – пожал плечами Пепел.
Но видя, что собеседник не понимает, все-таки пояснил:
– Красавчик, как часто декан медиков занимается ловлей гостей в постелях своих подопечных? Было такое хоть раз?
– Не было, – вынуждено согласился Роши. – Но все когда-то случается впервые.
– Возможно. Но подозреваю, у нее все-таки были другие цели. Именно поэтому она и дала вам уйти, переключившись на метресс.
– Демоны!
– Вот именно. Или думаешь, ей было трудно отдать вам команду стоять на месте, а потом уже бросаться на помощь? Или вы бы рискнули не подчиниться?
– Нет. Парс точно бы замер.
– И ты бы замер, – припечатал Пепел. – Так что уйти она вам дала сознательно, башку готов прозакладывать. Чтобы тут же явиться к нашему любителю кофе и доложиться – мол, одного из идиотов она все-таки узнала. Кадета Равеслаута. И у Фарниса при таком раскладе даже тени сомнения возникнуть не могло.
– Н-ну… может и так, – не нашел что возразить Роши. – Но зачем оно ей?
– А вот это и есть главный вопрос, как говорит твоя сестричка. Зачем? Придется узнать, – Пепел задумчиво покрутил в руках пузырек с прозрачными желтыми кристаллами. – Подходящий повод устроить испытания, не находишь?
Ответить Роши не успел – наверху загремела подвальная дверь и он мухой метнулся за стол дежурного.
Через минуту Дари, тоже шустро запрыгнувший на нары, услышал в дежурке раскатистый голос декана генералов господина Брашта:
– Кадет Нокс, почему на дежурстве один?
– Распоряжение коменданта, – отчитался Роши. И рискнул добавить от себя: – Уже почти месяц так.
– Слово «почти», кадет, в лексиконе военного существовать не должно. Знаете причину этих… нововведений?
– Так точно, знаю.
– Докладывайте.
– Во время прошлых полевых учений в расположении академии осталось слишком мало курсантов. В связи с этим распорядились караулы сократить.
– Бардак, – поморщился декан и скомандовал: – Отменить. С сегодняшнего дня опять дежурить по двое. И от разных факультетов. Передадите это коменданту, сразу, как сменитесь.
– Есть, передать господину коменданту.
– Открывайте, кадет.
Звякнули ключи, скрипнул, отдвигаясь засов и перед прищурившимся от света ламп Пеплом предстал декан Брашт собственной персоной. Мелковатой, надо сказать. Особенно в сочетании с резким и сочным басом, которым он отдавал команды так, что слышно было чуть ли не за оградой Шант Эли. Рядом обнаружилась высокая, на полголовы выше девица, о присутствии которой Пепел до сих пор не подозревал. Из медиков – судя по форменному платью; при исполнении – судя по закрытому белому переднику; из рессов – судя по острым скулам и длинным, молочно-белым волосам, собранным в косу. Впрочем, все это Пепел и так знал – девушка была знакомой. Ресса Фаэлин Фаон, одна из восьми медичек, учившихся в академии.
Невысокого, сухощавого и лысого декана соседство с ней ни капли не напрягало. Цену он себе явно знал. И знал, что если действительно понадобится, заполучить себе он сможет практически любую. Было в нем нечто, привлекавшее дам до такой степени, что позавидовать мог даже Красавчик.
Успевший вскочивший с досок Эрдари вытянулся в струнку.
– Вольно кадет, – не сразу, но распорядился Брашт, и его голос заметался по клетушке, причудливо отражаясь от стен. Пепел подавил острое желание то ли пригнуться, то ли вообще залечь. – Р-раздевайтесь.
Тут же пришлось подавлять следующее желание – вытаращить глаза:
– Простите, господин декан?
– Что-то неясно, Равеслаут? – громкости Брашт поубавил, зато в голосе появился отчетливый привкус яда.
– Да, господин декан, – Дари уже пришел в себя от секундной растерянности. – С чего начинать? С кальсон или с рубахи?
Девушка, на радость Пеплу, заметно порозовела, декан лишь хмыкнул:
– Кадет Фаон, вам нужны его кальсоны?
– Нет, господин декан. Достаточно снять рубаху. – Со смущением медичка справилась быстро.
– Вот с нее и начните, кадет. А там посмотрим.