Маг поневоле 2 (СИ)
Но этими двоими количество любителей женской ласки не ограничилось и в углу, топчась по бесчувственному Тимохе, ещё четверо насильников уже почти сломили сопротивление навещавшей меня в камере девушки.
Один, тощий как жердь пожилой крестьянин, ухватив за волосы, рывком запрокинул голову назад, второй, здоровенный бородатый мужик, успел отвесить хлёсткую пощёчину, да так, что у бедняжки зубы клацнули, ещё двое лихорадочно стягивали портки, собираясь познакомится с дочерью своего повелителя более тесным образом.
— С-во-чь! — через силу выдавила из себя принцесса и, изловчившись, пнула бородача ногой. Тот, рассвирепев, замахнулся ещё раз, собираясь ударить уже кулаком.
Только с мечом промеж рёбер много не навоюешь! Мужик охнул обиженно, попробовал развернуться в мою сторону и завалился навзничь, подминая под себя принцессу и тощего.
Двое голожопых попятились в сторону двери в кладовку, лихорадочно пытаясь натянуть штаны обратно.
— Держи их! — азартно завопил прямо в ухо Толик. — Там за дверью ещё с десяток таких будет!
Бросившись следом, успеваю достать одного из беглецов, наотмашь рубанув по спине. Но второй оказался шустрей и хлопнул дверью, отчаянно крича.
Я попятился, не спуская с кладовой глаз.
— Гад! Сволочь! Я вас всех колесовать прикажу!
Делаю ещё два шага назад, оглядываюсь в сторону печи.
Принцесса была страшна. Порванная, залитое кровью и какой-то жёлто-ядовитой приправой курточка, слипшийся в колтун пучок волос, наполовину окрашенный в тот же цвет, разбитая нижняя губа со стекающей на подбородок струйкой крови. В руке маленький, изящный кинжал, заляпанный кровью.
Ну, это похоже тощему не повезло. Во всяком случае, когда он падал, у него два глаза было, а теперь из правой глазницы кровь хлещет. Зато Тимоха закопошился, пытаясь бородача с себя скинуть.
А вот это хорошо! Времени у меня совсем нет, чтобы на себе его тащить. Сейчас друзья голожопых в гости повалят!
— Толик! Показывай, где дверь! Тимоха, поднимайся быстрее! Госпожа, уходить нужно. Сейчас тати навалятся, не сдюжим!
— Диана Твинская от черни не убегает! — презрительный взгляд заморозил меня до мозолей на пятках! — Если хочешь — беги! Трус!
— Лучше быть умным трусом, чем храбрым дураком, — заметил я, пятясь уже в сторону айхи. — Тимоха, уходим.
— Я госпожу не брошу.
Вид у воя был неважный, да и на ногах он стоял нетвёрдо, но упрямства во взгляде от этого меньше не стало.
Из угла возле печки горестно простонал айхи и обхватив лапами голову, растворился в воздухе. Ну, раз даже коротышка не пытается Тимоху от его затеи отговорить, значит и мне смысла пробовать нет. Хрен свернёшь!
Я всерьёз задумался. А не бросить ли мне тут этих двоих малахольных? Хотят героически сдохнуть? Ну и флаг им в руки. Я-то почему вместе с ними умирать должен?
Может и бросил, если бы перед внутренним взором не стояли глаза шамана.
За мной он пришёл. И все эти полчища степняков напали на Твин тоже ради этой цели. И теперь, не найдя меня во дворце, страшный старик разошлёт на мои поиски отряды кочевников.
Поэтому уходить из Твина лесом придётся, иначе обязательно переймут. Вот только леса я не знаю. А вот Тимоха знает!
Дверь с треском распахнулась, но выскочивший из-за неё бугай, вместо задуманного рывка, замер на месте, обхватив трясущимися руками торчащий из горла кинжал.
Я удивлённо оглянулся на принцессу. Шустрая! Теперь понятно, как она тех двух до нашего прихода уложить умудрилась. Странно, что не всех. Всё-таки местные мародёры отнюдь не профессиональные воины, да и длительное заключение с пытками на их боевых качествах не лучшим образом сказались.
Девушка между тем подхватила один из мечей, доставшийся нам в качестве трофеев. Умело так подхватила, с явным знанием с какой стороны за оружие браться нужно. По всему видать, не поленился папашка воинской науке свою дочь обучить.
Быстрая смерть бугая впечатлила мародёров, изрядно охладив горячие головы. Всё-таки наши противники воинами не были и умирать ради гипотетической мести за случайных подельников не очень-то и хотели. Тут вся кладовка в твоём распоряжении; грабь, жри, пей, а за дверью железом в горло ткнуть норовят. Кому такое понравится? Вот и ругались из-за двери, к решительным действиям перейти не решаясь.
Только мне от этого не легче было. С минуты на минуту тут степняки появятся. Те то уж точно политесы с нами разводить не будут.
— Господа, нужно уходить, — попробовал я сделать ещё одну попытку уговорить девушку.
— Сначала я кишки этим тварям на меч намотаю, — упрямо тряхнула головой Диана, делая шаг в сторону кладовой.
— Но степняки…
— А потом и варваров черёд придёт!
Скрипя зубами, я уже примерился было треснуть дочку герцога сзади по голове, когда неожиданно часть стены возле печи ушла в сторону и показалась фигура, закутанная в чёрный балахон.
Отец Руперт!
— Госпожа. — привлёк к себе внимание жрец, быстро приблизившись к принцессе и без лишних слов, что-то плеснул ей в лицо.
— Жидкий огонь! — невольно закричал я, бросаясь на помощь к девушке.
— Убийца! — кинулся к жрецу с другой стороны Тимоха.
— Она всего лишь спит! — рявкнул жрец, не обращая внимания на занесённые над ним мечи и, подхватив обмякшую девушку, ринулся к входу в подземелье.
Я, подтолкнув оторопевшего Тимоху, бросился следом. Со склянками отца-радетеля потом буду разбираться, в более спокойной обстановке. Очень уж мне не понравилась его коллекция. Но это в будущем. А сейчас нужно выбираться из города.
Глава 6
Вода в котелке задорно забулькала, расточая вокруг себя неповторимый, ни с чем не сравнимый аромат. Руперт зачерпнул большой деревянной ложкой немного крупы, старательно подул на неё, пригубил, уморительно причмокивая губами и потянулся к маленькому мешочку, лежащему рядом.
— Подсолить немного надо, — пояснил он, заметив мой взгляд. — Тогда совсем хорошо будет.
Я кивнул, давясь собственной слюной. Всё-таки хорошо, что бывший жрец таким хозяйственным оказался! Помнится, когда мы за дверью в подземный ход на три здоровенных мешка наткнулись, я только головой покачал, хомячеству людскому поражаясь. Ведь заранее те мешки отец Руперт припрятал, ещё до разговора со мной. И вот думай теперь; то ли не сомневался ушлый жрец в моём положительном ответе, то ли в любом случае собирался из осаждённого города сбежать.
Да и сам по себе отец Руперт создавал впечатление человека очень расчётливого и обстоятельного. Такой на несколько шагов всё вперёд продумает, по полочкам разложит и затем, всё что запланировал, обязательно самым тщательным образом выполнит. Не взирая на сопутствующие потери и нарушения нравственных принципов, так сказать.
В общем, не простой мне спутник достался. А с другой стороны, нормальных со мной и нет!
Бывший жрец хоть конкретную пользу пока приносит. «Полог отрицания» установил, костёр развёл, ужин вон опять же готовит!
А от воя-недоучки и взбалмошной принцессы какой прок?
Тимоха вообще меня удивил. Если поначалу у меня и были опасения, что простодушие и искренность воя были напускными и за этой ширмой скрывается ещё один расчётливый и практичный делец, то теперь они значительно поубавились. Он ведь поначалу вместе с этими молодцами, что на кухне мародёрствовать начали, в одном отряде состоял. И кстати тоже на дармовщинку перекусить не отказался. Вот только, как на грех, туда Диану зачем-то Лишний занёс. Вот тут-то наш герой себя и проявил, грудью за честь принцессы встав. Это ему ещё повезло, что только по голове чем — то тяжёлым двинули, а не в живот, к примеру, что-нибудь трудно перевариваемое воткнули. Так он же не угомонился! На целую ватагу мародёров, вслед за принцессой, кидаться удумал!
В общем, так себя только восторженные идиоты ведут, а не расчётливые воины. Хотя тут и невооружённым взглядом видно, что он в Диану втюрился. Вон и сейчас преданных глаз с неё не сводит. Что твоя собака!