Отравленная Роза

Однако первое время, пока «быки» обеих группировок не сдружились, не обрели взаимного доверия и не слились в единую «семью», близнецы были очень озабочены тем, чтобы братва их не путала. Зигфрид сначала даже накладную бороду носил…
— Зачем накладную-то? — недоуменно перебил Север Дашу в этом месте ее рассказа.
— Своя у него черная, как моя жизнь, — горько усмехнулась девушка. — А он так хотел походить на «белокурую бестию»…
  
— Глупость какая-то! — Белов гадливо передернулся.
— Блажь, — коротко пояснила Даша. — Идефикс.
— А почему Аська не знала о родстве этих двоих? — поинтересовался Север.
— Люпус просил не распространяться, я и не говорила сестренке… Гришка почему-то стыдится своей немецкой крови, а Зигфрид, наоборот, всегда ею чванился.
— Ясно… Ладно, Даша, все это, конечно, весьма интересно и познавательно, но объясни мне наконец, зачем ты меня обманула. Зачем сказала, что убил я Люпуса, а не Зигфрида? Какой тебе резон врать? — Белов буквально сверлил девушку взглядом.
— А ты не понимаешь? — Даша вымученно улыбнулась. — Хорошо, я объясню… Признаюсь в позоре своем, если в тебе чуткости ни на грош!..
— В позоре? Да в каком позоре, Даша? — Север был окончательно сбит с толку.
— В похоти своей! — выкрикнула она отчаянно. — Да, я страшно захотела тебя, едва только увидела! Аська права, я с первых же минут начала тебя клеить! И с первых же минут поняла: мужик ты благородный! И можешь не поддаться мне, зная, что Люпус жив и что за измену ему мне грозит коллектор!
— Теперь понял… — Белов дернул щекой. — Но в чем тут твой позор, Даша?
— А разве не позорно быть похотливой хрюшкой?!
— Бо-оже… — выдохнул Север. — Ты из какого детсада, девочка? Даша, тебе тридцать шесть лет, пора бы уж расстаться с подростковыми комплексами!
— Подростковыми?.. — изумленно переспросила Даша.
— Именно! — воскликнул Север убежденно. — Пора взрослеть, Даша! Пойми ты: страстная женщина — это для мужика подарок судьбы! Ты гордиться должна своим темпераментом, а не стыдится его! Ты ж не шлюха, чтобы стыдиться себя! И не убожество фригидное! Ты просто настоящая Женщина!
Даша смотрела на него во все глаза.
— Ты правда так думаешь, Север? — спросила она еле слышно.
— Не сомневайся! — отрезал Белов.
— Я и сама когда-то так думала, но Гришка…
— Идиот твой Гришка! Инфантильный блатняк! Полудурок!
Негодовал Север совершенно искренне. Это ж надо, рассуждал он, довести невообразимо красивую и восхитительно чувственную бабу до такого маразма!
— Север, а ведь я догадывалась, какого ты мнения о женщинах… и о сексе, — призналась вдруг Даша. — Твое поведение в постели и после… Я впервые за много лет не чувствовала себя униженной!
— А чего ж напраслину на себя возводила?
— Я догадывалась, но боялась верить! — вспыхнула Даша. — Слишком часто… да каждый раз Люпус меня так или иначе пресмыкал в подобных ситуациях! А ты… Знаешь, я никогда в жизни никого не любила, кроме Аськи. Ну, может, еще родителей, но это было настолько давно… И я даже не представляла себе, как можно любить чужого человека! Именно не просто хотеть, а любить! А ты, Север… ты сегодня показал мне, что можно…
— Дашка! — Белов тряхнул головой, будто отгоняя бредовую идею. — Ты что, в любви мне объясняешься?!
— Наверно… Я не знаю! — сорвалась было на крик Даша, но тотчас взяла себя в руки. — Пойми ты, я не знаю, какая она, любовь… Но то, что я чувствую к тебе… Это огромная нежность, благодарность… всю меня целиком охватывающая благодарность! А от нежности я просто захлебываюсь!
— Дашка, милая, идем спать… — Север не хотел показывать девушке своего состояния, но он определенно оробел от Дашиной патетики. — Мы уже пьяные оба, еще наговорим друг другу высокопарностей, завтра неловко будет… Идем спать!
— Идем! — улыбнулась Даша. — Представляешь, за десять лет моей связи с Гришкой мы ни разу не спали вместе! Я имею в виду не в сексуальном, а в обычным смысле!
— Забудь ты наконец Гришку! — бросил Север досадливо.
— Неужели ты ревнуешь, Север?! — глаза Даши вспыхнули.
— Ревную! — буркнул Белов, отворачиваясь.
— Я его забуду! — торопливо заверила Даша. — Я счастлива буду никогда больше его не вспоминать! Но, Север… Я тебя умоляю, богом, чертом заклинаю: избавь меня от Люпуса!..
  
Глава 37
 
Проснулись они под вечер, когда уже темнело. А едва проснувшись, Даша немедленно проявила любовную инициативу. Но на сей раз она не была такой жадной, как накануне: постельные забавы заняли не больше часа. Северу было настолько хорошо, что он чувствовал себя почти счастливым. А Даша — та просто вся светилась от еле сдерживаемого восторга.
— Люпус сегодня не заявится? — спросил Белов за завтраком, более напоминавшим ужин.
— Вряд ли, — покачала головой Даша. — Когда ему вчера позвонили и сообщили, что Зигфрид убит, Гришка сорвался от меня как ошпаренный. Слова не сказав. Но потом позвонил…
— Сам? — перебил Север. — Ты вроде говорила…
— Я обманывала. Ты знаешь, почему… — потупилась Даша. — Нет, Люпус сам звонил. Сказал, что будет искать киллера и заказчика, разборки предстоят. Посетовал: увидимся, мол, не скоро… Да, кстати, Север, почему ты не добил Кардана?
Белов помрачнел.
— Кардан был садист. Он не заслуживал легкой смерти. Я сделал так, чтобы подыхал он долго. В муках.
— Ну и зря ты так сделал, — спокойно возразила Даша. — Кардан ведь в себя пришел, прежде чем умереть. И сообщил подоспевшему Люпусу, что братву пострелял некий Колдун, личность небезызвестная… Север, ты и правда тот самый Колдун, из блатной легенды?
— А ты слыхала легенду?
— От Люпуса. Он ей, кстати, верит.
— Верит мистической байке? — Белов откровенно иронизировал.
— Не-ет, — покачала головой Даша. — Верит, что существует человек, способный создать вокруг себя мистическую байку. Но ты не ответил.
— Тот ли я Колдун? Да, тот самый. А разве это важно?
— Важно! — В голосе Даши послышалось беспокойство. — Теперь Люпус знает, кто ты. И сделает выводы.
— Выводы? — Север никак не мог избавиться от насмешливого тона.
— Именно! — видно было, что Даша заволновалась всерьез. — Гришка по-своему весьма умен. Он начнет искать мотивы твоих действий. А какие могут быть мотивы у канонического Колдуна, если всем известно, что за деньги он не убивает? Только один мотив, опять же канонический: защитить беззащитных. Въезжаешь?
— Похоже, въезжаю, — встревожился Север. — Твоему Гришке остается лишь спросить себя: кто в нашей ситуации самый беззащитный? Ответ очевиден: Анна!
— Вот-вот, особенно если учесть исчезновение Хряка и иже с ним! — Даша задрожала. — Боюсь, Люпус уже обо всем догадался! Недаром же он вчера послал ребят выяснять, куда запропастилась Аська! И даже предупредил их: осторожнее, вы можете нарваться на Колдуна, будьте готовы!
— Подожди, ты знала, что те парни приедут? — напрягся Белов.
— Знала… — подтвердила Даша виновато. — Но я не могла тебя предостеречь, Север! Люпус звонил позже, чем ты, а я ведь даже телефона твоей квартиры не знаю!
— Да я не о том, Даш… — Север махнул рукой. — Тут к тебе нет претензий. Но почему ты ночью мне ничего не сказала?
Даша вспыхнула, отвернулась. Ее губы тряслись.
— Я так хотела тебя, Север… Стыдно, конечно, но все остальное из головы вылетело… — почти беззвучно прошептала девушка. — А после… Воспоминания захлестнули… Да и напилась…
В искренности ее смущения сомневаться не приходилось. Белов мягко улыбнулся.
— Ерунда, Дашка! Надеюсь, еще не поздно. Надо только срочно позвонить Анне.
  
— Аппарат в холле… — Даша всхлипнула, безотчетным, но изумительно грациозным движением смахнув слезы с ресниц.
— Знаю, — кивнул Север.
Он вышел и через пару минут вернулся.
— Дозвонился?! — вскочила с места Даша.
— Да. Там все в порядке, — поспешил успокоить ее Белов. — Аська ни на миг не отходит от Олега. Я предупредил, чтобы она из дома — ни шагу. Все необходимое я сам буду им с Олегом покупать и приносить.