Обмани меня дважды (ЛП)

Сидя в мягком кожаном кресле, я посмотрела через большой стол из красного дерева на профессора Шарпа, стараясь не показывать своих нервов. Единственный и неповторимый раз я была в кабинете директора после того, как мой дядя развелся с моей тетей, и возник вопрос о том, как будут оплачиваться мои оставшиеся школьные сборы. К счастью, в конце концов мой дядя справился, хотя он собирался умыть руки, как только закончится учебный год, а это означало, что я буду полагаться на студенческие суды для моего университетского образования. Я все еще чувствовала укол предательства из-за того, что он отказался от двадцатилетнего брака с моей тетей из-за романа со своей коллегой по работе и переехал к ней при первой же возможности. Его новая семья теперь была его приоритетом, и он, по сути, потерял всякое чувство ответственности по отношению ко мне. Моя тетя была опустошена, но в последнее время она снова казалась самой собой. И я на самом деле должна была частично поблагодарить родителей Картера за это, потому что они были рядом с ней, пока она собирала осколки.
Мои мысли вернулись в настоящее, когда профессор Шарп прочистил горло, внимательно глядя на меня из-за очков. Он был высокой, внушительной фигурой, с седыми зачесанными назад волосами и постоянно суровым выражением лица. Однако сегодня его глаза были полны сочувствия, когда смотрел на меня. Он прочистил горло.
— Мисс Лоран. Мне сообщили о вашей…ситуации. Здесь, в Алстоун Хай, у нас политика нулевой терпимости в отношении издевательств. Можете ли вы назвать мне имя или имена тех, кто, по вашему мнению, может стоять за этим?
Я не могла. Потому что не знала. И даже если бы я это сделала, то, назвав ему имена, стала бы еще большей мишенью. В этой ситуации не было никакой победы.
— Я.…мне очень жаль. Я не знаю.
Фырканье неодобрения сорвалось с его губ, прежде чем он снова прочистил горло.
— Я понимаю. Будьте уверены, ваш шкафчик вернется в нормальное состояние сегодня к обеду. Если у вас есть какие-либо подозрения о том, кто может быть замешан, или если у вас есть какие-либо другие проблемы, моя дверь всегда открыта. Я не позволю, чтобы моих учеников преследовали в этих стенах.
— Спасибо, сэр. — Я одарила его легкой улыбкой, которая, как надеялась, была правдоподобной, хотя у меня было ощущение, что это было больше похоже на гримасу.
Он кивнул, отпуская меня.
— Это все. Встретьтесь с моей секретаршей по пути, и она даст вам записку, чтобы извинить вас за пропущенный урок.
Когда я шла в свой класс, мой желудок скрутило. В моей жизни все выходило из-под контроля, и все это возвращалось к одному человеку.
Картер Блэкторн.
  
27
 
Все в моей голове было похоже на пиздец. То, что я сделал с Рэйн, как на вечеринке, так и после, было совершенно незапланированным. Хотя, это было не то, что терзало мою голову. Секс всегда был связан с взаимным удовольствием, но никогда не было такой связи, как та, которую я чувствовал между мной и Рэйн. А потом у меня появилась внезапная, инстинктивная потребность позаботиться о ней. Я хотел остаться с ней, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Это было не то, что я когда-либо испытывал раньше. Если быть честным, все это потрясло меня.
Блядь.
Между тем, как мой отец все время болтал о ней и заставлял меня обижаться на нее, всем дерьмом, которое произошло до сих пор сегодня, и моим теперь почти неконтролируемым желанием к ней, я был совершенно сбит с толку.
— Картер? — Я оторвал взгляд от своего подноса с едой, и там была она, прижимая книги к груди, прикусив губу, когда смотрела на меня сверху вниз. Почувствовав, как взгляды всех присутствующих метнулись между нами обоими. Все более враждебные взгляды, которые бросали на нее Ана и ее команда сучек, любопытные взгляды футбольной команды, понимающее выражение лица Ксавьера и тяжесть взглядов студентов за соседними столами. Все это произошло в одно мгновение.
 
Сплетни о ней уже ходили повсюду. Она не заслуживала ничего из этого. Кто знал, какое еще дерьмо люди придумают о ней в следующий раз, если уделю ей свое внимание?
— Что заставляет тебя думать, что у тебя есть право разговаривать со мной? — Я говорил, не встречаясь с ней взглядом, не в силах смотреть на нее.
Болезненное шипение сорвалось с ее губ.
— Я…я просто…
— Что бы это ни было, меня это не интересует. — Я изобразил скучающий тон, откинувшись на спинку сиденья и вытянув ноги перед собой.
— Ты думаешь, что из-за того, что ты отдалась ему, имеешь право быть здесь, за нашим столом? — Мои кулаки сжались от насмешливого вопроса Тины, одной из подруг Аны. Черт, мне нужно было что-нибудь ударить. — Слушай сюда. Такие люди, как мы, не общаются с такими, как ты. А теперь, почему бы тебе не сбегать в свой маленький шахматный клуб или где там твои люди тусуются?
Мягкий вздох Рэйн, блядь, пронзил меня насквозь, и физически вздрогнул.
— Драматический кружок, — пробормотала Анастасия рядом со мной.
— Ладно, проваливай в свой маленький драматический кружок. — Тина отбросила волосы за плечо и сделала пренебрежительное движение рукой.
— Эй, я в драматическом кружке, — заметил Ксавьер. Он взглянул в мою сторону, и я почувствовал, как он сверлит меня взглядом «какого хрена» сбоку от моей головы.
Тина фыркнула.
— Неважно. — Она снова повернулась к Рэйн. — Поскольку тебе, кажется, нравится стоять на коленях… Если тебе все еще не хватает наличных, то слышала, что школа ищет новую уборщицу
Все остальные молчали, ожидая, что я собираюсь делать, готовые последовать моему примеру. Рэйн застыла на месте передо мной, и я, наконец, поднял на нее взгляд. Боль и печаль в ее карих глазах почти заставили меня дрогнуть. Почти. Не я мог позволить людям узнать, как много она для меня значила. Черт, нет. Она ничего для меня не значила. Не могла.
Я только обманывал себя.
Связь между нами пробудилась к жизни, когда она глазами умоляла меня признать это, сказать ей, что не одна в этом, поддержать ее. Я сделал глубокий вдох и заставил себя выдержать ее взгляд, когда выдавил слова из своих губ.
— Иди, Лоран. Что бы ты ни хотела сказать, мне это неинтересно.
Она смотрела на меня в шоке мгновение, прежде чем я оторвал взгляд, не в силах больше смотреть на нее.
— Ты действительно бессердечный ублюдок, не так ли? Пошел ты, Картер. И твои друзья. — Ее слова были произнесены гневом, но голос ее дрожал. Черт. Я не смотрел, как она развернулась на каблуках и ушла.
— Грубо, приятель, — тихо прокомментировал Ксавьер, и я вздохнул. Да, это было действительно чертовски жестоко, но я был там этим утром, когда она нашла свой шкафчик. Она не видела меня, вероятно, слишком потрясенная, чтобы осознавать что-либо вокруг нее. Но я видел выражение полного опустошения на ее лице, как она сдалась и убежала. Я все утро прислушивался к шепоту о ней. Надеюсь, что она поняла, что я оттолкнул ее, чтобы защитить. Несмотря на мое гребаное замешательство по поводу моих чувств к ней, не хотел, чтобы она больше страдала из-за меня.
Так было лучше.
Что мне нужно было сделать, так это заставить Анастасию признаться в том, что она сделала, и заставить ее заплатить. Я знал, что она стояла за всем этим, но я также хорошо знал ее. И она не призналась бы в этом, если бы не перестала видеть в Рэйн угрозу.
На этой ноте я протянул руку вдоль ее стула, и она с улыбкой откинулась назад. Я подавил желание убрать руку и вместо этого притворился, что меня интересует ее поверхностная беседа, в то время как мои мысли были далеко, с девушкой с карими глазами, которая потрясла меня до глубины души.