Обмани меня дважды (ЛП)

— Ты ничего не хочешь сказать?
В ее глазах мелькнул вызов, но она промолчала.
Я ослабил хватку, и она с резким выдохом откинулась назад.
— Убирайся с моих глаз. — Переступив через ее упавшие книги, подошел к своему шкафчику и ударил большим пальцем по датчику отпечатков. Позади себя я слышал, как Рэйн копошится вокруг, чтобы собрать все свое дерьмо, а затем она убежала, оставив меня наедине с моими мыслями.
Блядь.
— Позволь мне помочь тебе с этим.
Стоя рядом с одной из каменных колонн медового цвета у главного входа в Алстоун Хай, я остановилась, чтобы поднять свой рюкзак. Мой желудок перевернулся от низкого протяжного звука, и не в хорошем смысле. Я повернула голову и увидела Картера Блэкторна, самопровозглашенного короля школы, смотрящего на меня с высокомерным презрением. Футбольный бог с мускулистым телом, которое не должно быть позволено восемнадцатилетнему, с выразительными глазами, которые напомнили мне осенние листья, все коричневые и золотые, в зависимости от освещения, и спутанными, шоколадными волосами, падающими на лоб. Он, несомненно, был сексуален, и знал это.
Однако внешность — это еще не все, особенно в том, что касалось меня. Помимо его общего высокомерия, в последнее время он, казалось, получал какое-то болезненное удовольствие от того, что мучил меня, когда рядом не было никого, кто мог бы это засвидетельствовать, и я понятия не имела, почему. Я опустила голову и старалась держаться от него подальше, кроме понедельника, когда это было неизбежно.
К несчастью для меня, мы были своего рода соседями, с тех пор, как мой дядя развелся с моей тетей и оставил нас более или менее на произвол судьбы, она и родители Картера подружились. Они жили в огромном особняке в стиле тюдоров на углу одной из дорог, а дом тети и мой дом, поменьше, также находились на углу моей дороги, что означало, что наши дома были перпендикулярны друг другу.
Картер, казалось, лично обиделся на их дружбу, думаю, мы были не в его вкусе или что-то в этом роде. Или, по крайней мере, я им не была. Я не была ни богатой, ни популярной, ни общительной, и это меня не заботило, чтобы произвести впечатление на толпу. Оставалась невидимой для большинства из них, но Картер? Его невозможно было избежать. Особенно сейчас.
— Я в порядке, спасибо, — выпалила я, подхватывая свою сумку с пола, прежде чем он успел ее схватить. Моя голова была в беспорядке, благодаря нашему предыдущему общению у шкафчиков, но сейчас моей самой сильной эмоцией по отношению к нему был гнев.
— В чем дело, Лоран? Слишком высока и могущественна, чтобы позволить мне нести твою сумку сейчас, да?
— Я вполне в состоянии нести свою собственную сумку, спасибо. — Я повернулась к нему спиной.
Это была моя первая ошибка. Он развернул меня, вырвал сумку из моих рук, без малейшего колебания вторгся в мое личное пространство.
— Это был не гребаный вопрос, Рэйн.
Я сжала губы в ровную линию, отказываясь позволить ему увидеть, как он повлиял на меня, хотя каждая частичка меня дрожала от осознания его присутствия. Тепло его тела заставило меня втянуть воздух, твердые мышцы прижались к моей груди, черно-зеленая футбольная форма темным контрастом контрастировала с хрустящей белизной моей школьной блузки. Он был весь разгоряченный и потный после тренировок, и этого должно было быть достаточно, чтобы заставить меня сделать шаг назад, но нет. Вместо этого поймала себя на том, что вдыхаю его, загипнотизированная подъемом и опусканием его груди, тем, как он стоял высокий и непреклонный, поставив ноги по обе стороны от меня, когда смотрел на меня сверху вниз.
 
Его глаза. В этих осенних глубинах не было тепла, когда он отступил от меня.
— Пойдем.
Вздохнув, я последовала за ним к автостоянке. Не было смысла отказываться.
Почему? Почему он должен был быть моим соседом? Почему я должна была быть на его радаре именно сейчас? Все усугублялось этим совершенно нелепым соглашением, которое означало, что я должна была положиться на него в том, что он подвезет меня домой: сказать, что это была пытка для нас обоих, не было бы преувеличением.
Все началось в прошлом месяце, в начале нашего последнего учебного года. Я мимоходом упомянула своей тете, что драмкружок после школы ищет студентов для работы над костюмами и сценографией. Следующее, что я помню, это то, что моя тетя и мама Картера придумали этот план, который вынудил нас вернуться из школы вместе, так как по понедельникам у него была футбольная тренировка после школы. Так что, хоть я и была благодарна за то, что стала частью драматического кружка и занималась любимым делом, мое самое яркое событие недели всегда было омрачено тем фактом, что я знала, что в конечном итоге окажусь в какой-то конфронтации с ним.
Было ясно, что родители Картера испытывали по отношению ко мне какое-то чувство долга, даже жалость. Я ненавидела заниматься благотворительностью, но смирилась с этим, чтобы заняться любимым делом, и из-за угрозы сокращения его карманных денег, Картеру приходилось каждый понедельник играть для меня роль шофера. Хотя нам обоим было горько из-за этого.
Дорога домой была тихой. Мой разум прокрутил тот момент, когда он прижимал меня к шкафчикам ранее. Темный взгляд его глаз, когда без усилий схватил меня за горло, страх, сразу же сопровождаемый совершенно неожиданным всплеском вожделения и возбуждения, которые пронзили меня, шокировав до безмолвия… Вся продолжительность драмкружка пролетела как в тумане, пока я пыталась осмыслить свои мысли и свою реакцию на него.
Мне понравилось то, что он сделал со мной.
Что со мной было не так?
Я не могла оторвать глаз от рук Картера, сжимающих руль, от того, как сдерживал напряжение в своем теле, его челюсть была сжата, когда он смотрел прямо перед собой. Низкое осеннее солнце лилось в окна, деревья по обе стороны от нас были буйно окрашены в насыщенные коричневые и золотые цвета, но красота не проникала сквозь темноту, окружающую нас внутри машины.
Мы свернули на мою дорогу, и Картер затормозил у подножия моей подъездной дорожки. Выглянув в ветровое стекло, я заметила, что передние ворота закрыты, а это означало, что моя тетя ушла на работу. Я вздохнула. Не то чтобы не привыкла проводить время в одиночестве, но мне не помешала бы компания, чтобы отвлечься от мыслей, проносящихся в моей голове.
— Проблемы?
Я вырвалась из своих мыслей от нетерпеливого тона Картера.
— Нет проблем. — Подхватив свои сумки с пола, нащупала дверную ручку. Затем сделала паузу, ненадолго закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы успокоить свой голос. — На самом деле, есть проблема.
Его пристальный взгляд переместился на меня, и он вызывающе приподнял бровь.
— Ты… — Я сглотнула. — Почему ты так сильно меня ненавидишь?
Темнота, окружавшая нас, сгущалась и удушала, отражаясь в его глазах. Он протянул руку к моему лицу, а затем внезапно схватил меня за челюсть, его пальцы впились в мою кожу.
— Ты знаешь, какие у меня чувства к тебе? Безразличие. Чтобы ненавидеть тебя, я должен был бы заботиться о тебе. Ты для меня ничто. Незначительная.
Для меня ничто. Незначительная.
Мне следовало бы обрадоваться его словам, но, к своему ужасу, я почувствовала, как слезы защипали мне глаза, а губы задрожали.
Вырвавшись из его хватки и распахнув дверь, я выскочила из машины.
Картер с ревом отъехал от моих ворот, завернул за угол и исчез из виду до того, как упала первая слеза.
В ту ночь мои сны преследовали эмоции и воспоминания, которые я изо всех сил старалась подавить. Несмотря на то, что я оставила свое прошлое позади, слова Картера пронзили ту часть меня, которая все еще была маленькой, испуганной маленькой девочкой, что чувствовала себя никчемной и нелюбимой.