Генеральный попаданец 3 (СИ)

Мрачно констатирую:
— У нас ее вообще пока для таких случаев нет, — разведчики помалкивают, это вне их компетенции. — Что предприняли?
Отвечает Ивашутин:
— Место падения самолета разбомбили вчистую, чтобы пакистанцы не успели снять с истребителя секретные агрегаты.
— Летчик?
— Судя по перехватам катапультировался и взят в плен.
— И никому не сообщили? — я прокручиваю в памяти последние известия с Запада. Да нет, молчок.
  
— Видимо, на него имеются планы.
Размышляю, затем поворачиваюсь к начальнику ГРУ:
— Петр Иванович, у вас есть через кого сообщить пакистанской верхушке наши условия?
— Так точно.
Ивашутин осторожен, остальные затихли.
— Тогда передайте, что если с советского пилота хотя бы волосок упадет, мы уничтожим все их руководство с семьями. Любым доступным способом.
Прудников нахмурился:
— Леонид Ильич, а не чересчур?
— Восток — дело тонкое! Вам бы заново изучить историю нашей борьбы с басмачеством, товарищи.
Все помалкивают. Фильм еще не вышел, а фразы уже звучат.
— Кстати, как зовут пилота?
— Капитан Ивашидзе.
— Э… это же Туркестанский полк?
Начальник КВР пожимает плечами:
— Кого нашли.
— Хорошо. Петр Иванович, возьмите в свои руки создание спасательной службы для подобных. Ваши люди лучше подготовлены. Посмотрите, что у наших ВВС есть подходящее из вертолетов. Сейчас и в перспективе. Камов вроде что-то собирался выпускать.
Ивашутин кивает и делает запись. Тайные операции в ведении его конторы, ему и флаг в руки. Военные пока на подхвате. Вот узкие моменты и вылезают.
— Когда индийцы планируют наступление?
Прудников не задерживается с ответом:
— В ближайшие дни. Пока они проводят мощный авиационный натиск и подтягивают новые части, готовясь по нашему совету к прыжку на север. На западном фронте действовать планируется в секторе Сиалкот на плоской равнине с развитым сельским хозяйством. Перед индийской армией ставится задача перерезать железную и автомобильную дороги Сиалкот-Пасрур — основные магистрали, связывающие юг Пакистана с севером и Кашмиром. Именно участок железной дороги между Чавиндой и Пасруром связывает воедино всю железнодорожную сеть Западного Пакистана. Ударной силой наступления будет элитное соединение индийской армии — 1-я бронетанковая дивизия, имеющая неофициальное прозвище «Фахр-э-Хинд» «Чёрный Слон». Ею командует генерал-майор Раджиндер Сингх.
— Это хорошо, — я передал индийцам через Захарова план наступления, учитывающий войну в моем течении времени. В нем учитывались сильные стороны пакистанской армии и слабые индийской. А также полученное в этом времени существенное преимущество в воздухе. Зачем лезть на рожон, когда можно забомбить к чертям? Авиационных ракет мы завезли туда достаточно и вдобавок начнем использовать ноу-хау, полученное в схватках с американцами.
То есть будем с помощью авиации начнем вести активную радиоэлектронную борьбу. Задавим связь, уничтожим радары, ударим по штабам. А затем пусть индусы наступают до самого Карачи! Следует показательно наказать Пакистан и отобрать у него земли. Еще 6 сентября США, Великобритания и Канада объявили о полном эмбарго на поставку оружия и боеприпасов обеим странам до прекращения войны. Через несколько дней к эмбарго присоединились Франция и Швеция. Это стало шоком для пакистанцев. Как и то, что мы открыто поддержали индийцев и заблокировали проставление в Совете Безопасности ООН. И продолжили поставки оружия в Индию: туда сейчас везут танки ПТ 76, МИГи и военно-транспортные Ан-12. К тому же я знал то, что не знали здесь. Боеприпасов у армии Пакистана осталось не так много. И США просто-напросто не успеют возобновить их поставки. К тому же нас и американцев беспокоило возможность вмешательства Китая. Их посол по этому поводу посетил наш МИД. Пойдет ли Мао на открытое противостояние в преддверие потепления? Эта война станет лакмусовой бумажкой для дальнейших действий.
— Переходим к третьему вопросу.
Снова слово берет внешняя разведка. Список лиц истеблишмента ФРГ, замазанного в военных преступлениях, внушает. Я листаю страницу за страницей, подчеркивая карандашом некоторые фамилии.
— Этих конкретно в разработку. Некоторые материалы передам в отдел прессы. Пусть готовят статьи.
— Не рано ли?
— Это займет какое-то время. Ведь надо еще проверить данные прокуратуре на законность. Начнем с белорусской прессы, затем прибалтийская, потом уж центральная и телевидение.
Ивашутин с интересом поглядывает в мою сторону:
— Обратной дороги не будет, Леонид Ильич.
— Да и к черту! Австрийцев не трогать! Передайте материалы Грибанову.
Разведчики понимающе кивают, компромат на предстоящих переговорах нам пригодится. Я же прикидываю, кого «приложить» перед западной прессой во время своей зарубежной поездки. Пожалуй, лучше это сделать во Франции. Так сказать, показательно проявить наше уважение к старому союзнику по Антанте и проехать по не любимым лягушатниками бошам. После такого скандала в Западной Германии точно гарантирован политический кризис. И вдобавок через ООН мы потребуем наказать нацистских преступников. Американцам это как серпом по яйцам, они пожелают отвести от себя подозрения, и вот тут мы ударим залпом по Канаде. Читаю длинный список. Особенно много украинских имен. Не пора ли начать антибандеровскую компанию в центральной прессе? Но тут придется согласовывать с Президиумом, Подгорный и Кириленко будут против. Но и черт с ними! Есть Генеральная прокуратура и ведомственные газеты. Та же «Красная Звезда».
— Что в Америке с нашими Антифа?
Разведчики еле скрыли улыбки. Название из будущего быстро прижилось. Возможно, оно выйдет в люди раньше лет на сорок. Хотя леваки и экстремисты из двадцать первого века точно не антифашисты, но мы термин используем сполна.
— Общественное мнение резко качнулось против войны. Основные СМИ пока выжидают, телевидение в руках консерваторов, но это ненадолго. Количество репортажей из Вьетнама растет. И новости оттуда не радуют. Да и мы помогаем с материалами. Пустили французов в Ханой взять интервью у пленных американцев.
Качнулся вперед:
— Как их содержат?
— Хорошо. Скоро обменяют. Опять же при посредничестве французов.
Качаю головой. Вьетнамцы не так давно воевали с лягушатниками, а сейчас сотрудничают. Но это такой народец, у них нет постоянных друзей. Придет время и нас забудут. Только экономика крепит связи между страны.
— Нужны финансы. Товарищ Грибанов, подумайте, где их взять.
Руководитель Информбюро отлично знает, где взять деньги, но держит конспиративную мину на лице. Наши тайные доходы от продажи акций и недвижимости. Моя странная память опционально выдает сведения, с помощью которых получается провернуть ряд махинаций. Наши агенты стараются особо не отсвечивать, проворачивая грязные делишки. Мало ли кому везет заработать на ровном месте несколько десятков тысяч долларов? Главное — вовремя заплатить налоги и к тебе не будет претензий. Но Информбюро нацелено на более глобальный куш, так что остальным об этом знать не стоит. Спецслужбы обмениваются информацией, но не на сто процентов. И по мне это полезно. Будут лучше копать.
  
Антивоенное движение в США в шестидесятые очень разнообразное, как и сопротивление ему. В марте 1971 года группа антивоенных активистов проникла в офис ФБР, выкрала и опубликовала секретные документы, доказывающие существование секретной программы COINTELPRO. Выяснилось, что с 1956 года для борьбы с левой оппозицией и гражданскими активистами ФБР использовало все возможные незаконные средства: шантаж, запугивание, фабрикация уголовных дел, пытки, похищения и убийства. А в 1976 году общественность убедилась в существовании тайной операции ЦРУ «Пересмешник». Комиссия Сената под председательством Фрэнка Чёрча выяснила, что: «ЦРУ поддерживает сеть из сотен людей по всему миру, которые пытаются изменить общественное мнение посредством скрытой пропаганды. Эти люди предоставляют прямой доступ ЦРУ к огромному числу газет и периодических изданий теле- и радиостанциям, коммерческим издательствам».