Пари, миледи?

И когда через полчаса Софи сидела напротив – умытая, свежая, как белоснежный первоцвет, Рольф снова поймал себя на мысли, что ему нравится такая жизнь. И что фиктивный брак оказался на удивление удачным.
 
София Экман
 
Я вошла в Зал славы и остановилась у саркофага. За минувшие несколько дней мне ни разу не удалось ускользнуть от внимания Хубера и незаметно пройти в старую часть замка. Стоило только оказаться поблизости от коридора, ведущего в усыпальницу, как рядом тут же возникал дворецкий. Я даже заподозрила, что он за мной следит, хотя каждый раз его присутствию находилось разумное объяснение.
И вот сегодня мне, наконец, выпал шанс избавиться от внимания надоедливого соглядатая. Рольф отправил дворецкого в город с каким-то поручением, и я решила воспользоваться отсутствием бдительного огра и разобраться с загадкой саркофага. Раз уж ни Олли, ни тетушка Амброуз не захотели отвечать на мои вопросы, приходилось искать ответы самой.
Сейчас в Зале ничто не напоминало о моем прошлом визите – не было ни гула, ни таинственной мелодии, ни «разговоров» своенравного цветочка. Тот неподвижно застыл на запястье, не подавая признаков жизни, и казался обычным рисунком.
– Что-то ты сегодня на редкость скромный, – пробормотала вслух, разглядывая неподвижное «украшение».
Цветочек едва заметно дернул головкой и снова замер.
– Ладно. Раз не хочешь помогать, попробуем по-другому.
Я подошла к саркофагу и положила ладони на крышку. Несколько минут ничего не происходило. А когда я уже подумала, что недавние явления мне просто привиделись, неожиданно ощутила под руками тонкую вибрацию. И следом тут же донесся гул. Отдаленный, почти неслышный поначалу, с каждой минутой он становился все отчетливее. И вот мне уже казалось, что пол под моими ногами дрожит ему в такт, а крышка чуть подпрыгивает, потихоньку сдвигаясь в сторону. И правда. Спустя какое-то время она съехала настолько, что я смогла увидеть лежащего на каменном ложе воина в старинной кольчуге и с мечом в руках. Того самого, что изображался на каменном надгробии.
– Пусть будет мирным ваше посмертие, лорд Саймон, – прошептала привычное дартское пожелание, глядя в суровое бледное лицо, и в тот же миг драгоценный камень в рукояти меча загорелся алым, и от него по всей гробнице распространились тонкие лучи.
И там, куда они попадали, появлялись нерукотворные, словно нарисованные цветы – изящные, мерцающие и удивительно похожие на те, что привиделись мне в моем странном сне.
– Как интересно, – прошептала вслух, разглядывая ползущие по стенке саркофага стебли.
И в этот момент мой собственный цветочек ожил и протянул листочки, словно подталкивая прикоснуться к возникающему прямо на глазах узору.
– Уверен, что это безопасно?
Повинуясь напору, я положила ладонь на один из светящихся лепестков, и перед глазами мгновенно вспыхнуло видение – уходящая вниз лестница с извивающимися по стенам цветами.
– И что это значит?
Я посмотрела на сверкающий алым камень и задумалась. Узоры, появившиеся по стенкам саркофага, и те, что я видела рядом с лестницей, были удивительно похожи. И манили меня с той же силой, что и во сне. Вопрос только в том, где искать загадочную лестницу?
Я осмотрелась по сторонам, а потом закрыла глаза, настроилась на магическое зрение и прислушалась к себе. Внутри зазвучала знакомая уже серебристая мелодия. Она окутывала теплом, как бывало всегда, когда я обращалась к родовой магии, и звала за собой. И я поддалась. Так и не открывая глаз, сделала шаг в сторону, вдоль синей силовой линии, и, почувствовав усилившееся тепло, приложила ладонь к внутренней стенке саркофага. Пальцы тут же нащупали крошечный выступ.
Стоило нажать на него, как в зале раздался каменный скрежет.
Я распахнула глаза и удивленно вздохнула – плиты одной из стен зала пришли в движение, открывая взгляду узкий проход. А когда я подошла ближе, то увидела ту самую лестницу из сна. Она круто уходила вниз, исчезая в полутьме бесконечных пролетов, а по закопченным от времени стенам распускались нарисованные невидимой рукой цветы.
 
Их становилось все больше, они мерцали и расползались, занимая все свободное пространство каменной кладки, и напоминали вены, по которым пульсировала невидимая кровь.
– Сюда… – прошелестело из темной глубины «колодца». – Мы ждем тебя…
Я сжала кулон и прислушалась к себе. Страха не было. Родовая магия вела себя спокойно, не видя угрозы в происходящем, и я решилась.
– Стартио дори, – произнесла заклинание, позволяющее не заблудиться в незнакомом месте и вернуться туда, откуда пришел, и ступила на лестницу.
Стена с тихим скрежетом закрылась за моей спиной. Что ж, оставался только один путь – вниз. И я стала спускаться.
Цветы мерцали в темноте, освещая ступени, мелодия тихо влекла за собой, силовые линии переплетались, их становилось все больше, пролеты, один за другим, оставались позади. Страха не было. Душу наполняло странное чувство узнавания, и в какой-то момент мне показалось, что я вернулась домой.
Лестница уводила все глубже в недра замка. Где-то вдалеке послышался стук капель. С каждым моим шагом он становился громче, и вскоре ступени закончились, и я оказалась в небольшой круглой пещере. По ее стенам вились те самые цветы, а с их лепестков стекали сверкающие алые капли. Они ручейками собирались в центре и без следа исчезали в узкой расщелине в полу.
– Ты пришла, – послышался тихий шепот. – Ты откликнулась…
– Кто здесь?
Я огляделась вокруг, пытаясь понять, откуда идет звук.
– Помоги… – прозвучало в ответ одновременно с нескольких сторон. – Ты должна помочь…
– Но кто вы? И кому требуется помощь?
– Предки… – прозвучал многоголосый бестелесный шепот, и из стен выступили призрачные фигуры.
Крупные, суровые, в длинной старинной одежде, они окружили меня, разглядывая пустыми глазницами. А я откуда-то поняла, что это те самые воины, что захоронены в Зале славы.
– Помоги… – прошелестело в тишине пещеры, и призраки стали растворяться в воздухе.
– Стойте! Что нужно сделать?
Я шагнула к тому, кто напоминал лорда Саймона.
– Кристалл… Отыщи кристалл… – скользнул тихий шепот, и по дну пещеру прошла едва ощутимая дрожь. – Только ты можешь помочь… Не говори об этом никому из живых…
Цветы на стенах ярко замерцали, изменились, стали объемнее, напоминая драгоценные камни. Призраки почти исчезли, оставались лишь слабые очертания колеблющихся в воздухе фигур.
– Подождите! – Крикнула им вслед. – Что это за кристалл, и где его искать?
– Узнаешь… Почувствуешь… Найди его… Найди…
Шепот растворился и исчез, а цветок на моем запястье ожил и потянул меня к стене, по которой сбегали алые дорожки.
– Эй!
Я прислушалась, ожидая ответа, но его не было.
– Вы еще здесь?
Тишину пещеры разбавлял только тихий стук капель.
– Олли? Ты меня слышишь? – Позвала духовика, но тот не ответил. – Тетушка Амброуз?
Цветочек недовольно взмахнул листочками и снова потянул меня к стене.
– Ты не мог бы объяснить понятнее? – Проворчала в ответ, разглядывая пляшущее украшение. – Что сделать? Коснуться?
Цветочек закивал.
– Потрясающе! Мной командует какой-то первоцвет…
Я вздохнула и дотронулась до стены. И в тот же миг капли, изменив направление, устремились к моей руке и мгновенно впитались в ладонь.
– И что теперь?
Я пошевелила пальцами.
– Сплошные чудеса. Может, объяснишь? – спросила своего «советчика», и вдруг заметила, что он изменил цвет, став ярко-алым. А растения на стенах поблекли и прямо на моих глазах растворились, вслед за призраками скрывшись в серой каменной кладке.
Вокруг стало темно, и только мое своевольное украшение слабо светилось, позволяя разглядеть лестницу и пару рьенов вокруг.
– И что все это значит?
Цветок шевельнулся и вытянулся вверх, словно намекая, что нужно возвращаться.