Путь дракона

Общий внутренний двор уже не казался полумертвым: в окнах Куртина Иссандриана свечей горело не меньше, чем в особняке Мааса. Карета, дернувшись, остановилась, лакей уже бежал подставлять ступеньку. Сначала вышла Фелия, за ней Клара, следом Гедер Паллиако – единственный знатный из мужчин. Жрец и Винсен Коу на миг замешкались, потом жрец улыбнулся и повел рукой, пропуская егеря вперед.
В дверях стоял другой раб-привратник – на этот раз первокровный, но с такой горой мускулов, что мог бы сойти за брата-близнеца Басрахипа. Винсен и Гедер отдали ему мечи и кинжалы, у жреца оружия не оказалось.
– Барон хотел вас видеть сразу же, как вернетесь, – сказал раб-привратник. – Он в задней гостиной.
Никакого титулования, никаких «миледи» – будто разговаривает с простолюдинкой, хоть и уважительно. Клара задумалась было, из кого Маас набирает себе людей, но ответ пришел сам собой. Наемники. Бойцы. Мечники и лучники. Те, кто убивает за деньги. И она сейчас идет во вражеский лагерь. Переступая через порог, она отшатнулась было, и Фелия в тревоге подняла на нее глаза – однако Клара качнула головой и шагнула вперед. Еще не хватало принимать помощь и утешение от Фелии.
Не говоря ни слова, Фелия повела их широким коридором, ведущим к той гостиной, где она в последний раз принимала Клару. Свежесрезанные цветы и гирлянды осенних лоз наполняли воздух густым ароматом, блеск свечей оживлял краски на гобеленах и ковровой дорожке, сглаживал углы. Гедер кашлянул, явно от волнения.
Внизу лестницы Фелия повернула направо – туда, где короткая галерея под конец расширялась. Свечей здесь горело меньше, тени лежали гуще. В самом конце галереи шла наверх узкая лестница для слуг, виднелись запертые двери – цель, видимо, была уже близка.
– Кто там? – окликнул пришедших чей-то голос, и перед ними возник человек в кожаном доспехе. Стражник.
– За мной посылал муж, – заявила Фелия. – Мне сказали, что он в своем кабинете.
– Его там нет, – рявкнул стражник. – Что это за люди?
– Муж хотел их видеть, – резко ответила Фелия; Клара ясно расслышала нотки страха и отчаяния – и подивилась храбрости кузины.
– Он здесь, – протянул вдруг жрец неприятным, странно вибрирующим голосом. – Ты ошибся, он в комнате за твоей спиной.
– Говорят вам – никого там нет.
– Послушай. Послушай. Ты ошибся, – повторил жрец. – Он в комнате за тобой. Постучи в дверь, он откликнется.
Глядя в лицо стражника, Клара знала, что исход один: сейчас вмиг собьют с ног всех, кроме хозяйки дома, и крикнут подмогу. Однако, к ее удивлению, стражник повернулся к дубовой двери и постучал. Винсен Коу тут же подскочил к нему со спины и, обхватив согнутой рукой за шею, рывком поднял в воздух. Тот, хрипя, задергал ногами и вцепился пальцами в локоть Винсена. Клара закрыла глаза, однако звуки были еще страшнее зрелища. Наконец стражник обмяк, Винсен опустил тело на пол и выпрямился, держа в руке меч противника. Фелия, вынув из рукава ключ, вложила его в замок, и через миг вся компания уже стояла в кабинете Фелдина Мааса.
Винсен принес из коридора свечу и зажег лампы. Тьма слегка рассеялась, стали видны полки темного дерева и письменный стол с бронзовой чернильницей и белым пером. Клара не ожидала, что комната окажется такой просторной. Окон не было; по сетке светлых и темных полос на одной из стен Клара заподозрила, что здесь когда-то хранились бутылки. Фелия, как сомнамбула, подошла к полкам, раздвинула ворох свитков и достала простую деревянную шкатулку с кожаными петлями, закрытую на крючок.
– Письма зашифрованы, – произнесла она, вручая шкатулку Гедеру Паллиако. – Код мне неизвестен.
Гедер расцвел улыбкой, как мальчишка, получивший нежданный подарок. Фелия, выпустив из рук шкатулку, тут же отрешилась от происходящего, словно у нее вмиг обмякли и ссохлись все кости.
– Спасибо, милая, – кивнула ей баронесса. – Это был единственный выход, ты же понимаешь.
Фелия горестно повела плечом.
– Даже не знаю, как все зашло так далеко, – выдохнула она. – Честно не знаю. Если бы…
 
Грянул нечеловеческий рев – лавина кровожадной ярости. Клара закричала даже раньше, чем успела сообразить, откуда идет звук.
– Проклятье! Что тут творится?!
В дверях стоял Фелдин Маас с обнаженным клинком в руке, лицо пылало от гнева. За ним, отгороженные от двери фигурой Мааса, маячили двое стражников. Клара тут же сообразила, что если он захлопнет дверь – то вся компания окажется в ловушке, и тогда все погибло.
– Фелдин, подожди! – бросилась вперед Фелия. – Так будет лучше! Лорд Паллиако обещал помилование! Он и без того все знал, так какая разница?
– Ты? Ты привела их в дом? Предала меня?
– Я только…
Меч Мааса мелькнул в воздухе, резкий, как молния. Клара, стоя позади кузины, не видела, куда пришелся удар, однако звук был красноречивее некуда. Лицо Фелдина исказилось удивлением, ужасом, горем, яростью – и даже прежде, чем Клара увидела кровь, она поняла, что Фелия мертва.
Мимо нее с криком пронесся Винсен Коу, размахивая чужим мечом, как косарь на лугу, и от звериной мощи натиска Маас отшатнулся, проход на миг стал свободен. Клара глянула на Гедера – бледного, застывшего с раскрытым ртом над убитой Фелией, – и толкнула его к двери.
– Вперед! – крикнула она. – Пока нас не закрыли!
Гедер со жрецом метнулись к выходу. Услыхав лязг мечей, Клара инстинктивно замерла, решив было сдаться – не тронут же они женщину! – но тут же отмела дурацкую мысль и рванулась туда, где шла драка.
Будь коридор не таким узким, Маас с двумя стражниками уже окружили бы Винсена, но здесь егерь ожесточенно разил мечом направо и налево, не давая противникам подойти. По лицу его лился пот, дыхание участилось. Фелдин, опытный дуэлянт, не спускал с него глаз, готовый вклиниться в малейшую брешь в защите.
– Бегите! – крикнул Винсен. – Я задержу!
Гедеру большего и не требовалось: он помчался по коридору к лестнице и дальше к выходу, не выпуская шкатулку из рук. Клара устремилась было за ним, но через несколько шагов встала. Жрец держался рядом – не вступал в бой, но и не убегал. Плечи Винсена вздымались, как у молотобойца.
– О нет, – вдруг выдохнула Клара. – Только не это!
Фелдин уже взмахнул мечом, отбивая удар Винсена, и стражник слева от Мааса скользнул вперед. Винсен, охнув, отпрыгнул; клинок стражника окрасился алым, кровь Винсена закапала на пол.
– Ты не победишь, – громко сказал жрец своим вибрирующим голосом. Клара взглянула на него сквозь слезы, однако тот лишь улыбнулся и покачал головой. – Лорд Маас! Послушай мой голос. Послушай меня. Ты не победишь.
– Я выпущу тебе кишки, – рявкнул Маас.
– Ты не сумеешь. Все, что ты любил, умерло. Все, на что ты надеялся, сгинуло. Ты не сможешь победить. Бой закончен. Ты все потерял. Сражаться не за что.
Фелдин шагнул было к Винсену, но даже Клара видела, что движения его изменились – замах вышел вялым, шаг нерешительным, будто у Мааса враз пропала былая охота сражаться. Винсен отступил, ужасающе хромая на одну ногу, его кожаный доспех уже покрылся кровью. Фелдин даже не дернулся его настигнуть.
– Ты видел ее смерть, лорд Маас, – не умолкал жрец. – Видел, как она упала. Она погибла, ее не вернуть. Слушай мой голос. Слушай. Бой проигран. Твои усилия тщетны. Ты сам это видишь. Ты чувствуешь комок в горле. И понимаешь, что он значит. Ты не в силах победить. Ты не победишь.
Один из стражников, держа меч наготове, попытался двинуться вперед, то и дело оглядываясь на Мааса. Тот невидящим взглядом смотрел перед собой. Винсен шагнул к нему, но Клара, рванувшись, схватила егеря за плечо и оттащила назад.
– Ты ведь чувствуешь, как тебя заполняет отчаяние? Чувствуешь! – скорбно произнес жрец, будто каждое слово вызывало в нем невыразимую жалость. Звуки, вибрируя, перекликались один с другим, как эхо. – В твоем сердце тоска, безграничная и нескончаемая. Надеяться не на что. Ни сейчас, ни после. Никогда. Ты не способен победить, лорд Маас. Все кончено, и ты это знаешь.