Вьюрэйские холмы (СИ)

— Не представляю в небе большую летучую мышь, — засмеялась Мелания, но его лицо оставалось таким же спокойным и задумчивым. Он будто принц-несмеян, которого сложно рассмешить. А Мелания играла роль плохого шута. Астарот не осознавал, какое впечатление производит, поэтому не пытался исправить неловкий момент. А Мелания затопталась на месте. — А у тебя какой дар?
— Совсем неинтересный.
— Ну же, бука, расскажи. Мне любопытно, — настаивала Мелания.
Краем глаза Астарот заметил, что девушка развернулась к нему всем телом. Он с трудом удержал себя от соблазна смотреть на неё. Слишком красива. И слишком притягательна. Но она принадлежала не ему, поэтому Астарот не смел посягать на то, что принадлежало его брату.
— У меня странный дар. Я им почти не пользуюсь.
— Почему?
— Потому что не могу.
Мелания не стала повторять вопрос «Почему?», она просто вопросительно смотрела на профиль Астарота.
— Я могу исполнить желание.
— Ух ты!
— Я бы так не радовался. Я могу исполнить всего три желания за всю свою жизнь. Два я использовал. Осталось последнее и я не знаю, через сколько столетий воспользуюсь своим даром.
— Наверное, желание должно быть серьёзным, чтобы ты решился отдать свои силы, — сказала Мелания.
В этот момент глаза Астарота сверкнули, и он посмотрел на неё. В лунном свете она казалась бледной, словно вовсе не была человеком, оттого и прекрасной. И чёрное платье, что одолжила ей Галатия, сидело просто идеально. Астарот поймал себя на мысли, что Мелании очень подошли бы клыки…
Он смотрел на неё и вспоминал, куда ушло его первое желание. Он вернул жизнь Акилу, когда некто неизвестный попытался уничтожить его. Тогда Акил не был королем расы, в то время правил дед Астарота. Виллоу не было и в помине. Бьорн находился в возрасте Галатии. Астарот толком не знал, как пользоваться своим даром, но рядом стоял могущественный маг, который подсказывал, что делать. Маг чувствовал силу Астарота и знал, что только молодой вампир мог спасти Акила. То было желание мага.
Второе желание принадлежало Радегунде. Она попросила сына отнять у Акила любовь к Дафине, потому что не желала рушить семью. Это оказалось сложно выполнить, но Астарот справился, потеряв очень много сил. Радегунда отпаивала сына своей кровью, лелея и благодаря его за помощь.
Потом Астарот попытался забыть о своём даре. И если бы Мелания не заговорила, он бы не стал думать об этом.
Музыка внизу стихла. Лёгкий ветерок напевал свои песни, пока Астарот и Мелания смотрели друг на друга. Она ждала ответа, а он просто любовался ее человеческой красотой. Затем он отвернулся.
— Тебе лучше пойти к себе. Не стоит гулять по замку, полному вампиров.
— Ты можешь исполнить любое желание? — Она словно не слышала его слов.
— Мелания, вы слишком любопытны. Отправляйтесь к себе.
Девушка приподняла юбку, боясь споткнуться о длинный подол, и приблизилась к Астароту, чтобы шёпотом сказать слова, которые молотами застучат у него в мозгу.
— Задумайся. Галатия видела опасность. Возможно, тебе придётся применить свой дар уже скоро. — После этого она улыбнулась и попятилась к выходу. Ее глаза весело сверкали. — До завтра!
Астарот снова посмотрел на вершину холма.
«И это последнее, что я смогу сделать…».
  
ЧАСТЬ ДВЕНАДЦАТАЯ
   
ГЛАВА 1
   
Мелания
 
Мелания хотела знать, что случилось с Виллоу в городе. Торлейк сообщил, что охотники поймали вампира, и это был Виллоу. Что с ним делали? Как он сбежал? Пострадал ли кто-нибудь? Последний вопрос волновал ее особенно сильно.
Помимо всего этого ее заботило, что будет с ними и с их отношениями. С тех пор, как Виллоу вернулся на холм, они не разговаривали. У девушки создавалось впечатление, что он не ищет с ней встреч.
За этими думками ее застала Галатия. Мелания стояла у решетчатого окна, всматривалась в ночную тьму и спрашивала себя, правильно ли она поступила, прийдя сюда.
 
— Твоя грусть чувствуется за версту, — сказала Галатия и, шурша одеждой, прошла в комнату. — Что тебя беспокоит?
Мелания посмотрела на рыжеволосую вампиршу и слабо улыбнулась. Пламя единственно горящей свечи было слишком слабым, чтобы осветить лицо Галатии, поэтому Мел не смогла различить каких-либо эмоций на ее лице. Улыбнулась ли вампирша в ответ или оставалась серьёзной?
— Я создала вам всем кучу проблем.
— Почему ты так решила?
— Разве это не очевидно? Смотри, Виллоу до сих пор не подошёл ко мне. Я не знаю, что думать, ведь там, в городе, он был другим.
— Не думаю, что он изменил к тебе отношение. Хотя… не буду вселять в тебя напрасную надежду. Мы по своей сущности безжалостны к окружающим. Ты должна быть готова к тому, что сегодняшний твой друг завтра станет врагом или наоборот. Но ты нам нужна. Ты — хранительница кольца. Я чувствую, что именно ты, Мелания, спасёшь расу от гибели.
— А у тебя были другие видения по этому поводу? — воспользовавшись моментом, спросила Мелания.
— Пока нет. И если честно, то не хочу больше видеть тех кошмаров.
— А мне кажется, что ты должна разобраться в этом деле и серьезнее отнестись к будущему. Любые подсказки из видений могут помочь избежать самого худшего. Ты не слышала о том, что, зная наперёд будущее, можно изменить его?
— Да, я знаю. Но…
Галатия замолчала. Мелания дала ей время подумать, а сама отвернулась к окну, за которым была лишь густая чернота, скрывающая в себе силу, не подвластную человеку. Силу, которая способна рассечь любые преграды и убить.
Не дав ответа, Галатия предложила девушке лечь в постель.
— Я буду здесь, — сказала она. — Буду охранять твой сон.
— Я не боюсь, Галатия. Тебе не нужно постоянно охранять меня.
— Мне ничего не стоит. Я ведь не сплю по ночам. Давай, ложись. — Галатия откинула одеяло. Даже в темноте различались кроваво-красные простыни и подушка. — Может быть, мне удастся войти в транс и увидеть ещё что-нибудь.
— Было бы неплохо, — забираясь в холодную постель, сказала Мелания. Полежав немного без сна, она вдруг обратилась к Галатии: — А ты не думала о причине? С чего вообще всё это начнётся? Кто вас уничтожит? И вообще, как это возможно, если кольца у Акила и Радегунды? Они в опасности?
— Ох, Мелания, столько вопросов! Знать бы мне ответы. Уж лучше спи.
Утро наступило быстро. Мелания, к своему удивлению, выспалась. Когда она проснулась, то не сразу открыла глаза. Сначала потянулась, зевнула, а потом уже смело посмотрела новому дню в глаза.
Она едва не спрыгнула с кровати, когда увидела сидящего на краю Виллоу. Он пристально смотрел на неё своими каре-красными глазами.
— Виллоу?! — в ужасе крикнула она. Она тут зевает, потягивается, а в это время… — Давно ты здесь?
— Давно.
— Вчера я хотела поговорить с тобой, — поникнув, сказала она.
— Зачем ты пришла на холм?
— Поздно уже обсуждать причины! — разозлилась девушка. Она отбросила одеяло и встала. Платье помялось, но ее это не волновало. — Я здесь, и назад дороги нет. Да и не хочу я уходить отсюда.
— Хм. Для тебя это очень опасное место.
— Мне плевать. Ты ведь со мной, больше ничего не нужно. Или это не так?
Виллоу молчал, что беспокоило Меланию.
— Я не знала, что Джессика охотница. Если бы знала, то ни за что не стала бы выполнять ее просьбу. Как ты сбежал?
— Мне помогли.
— Кто?
— Твои друзья. Торлейк, Йодис и Флоранна.
— Торлейк?
— Да. А взамен я пообещал вернуть тебя и Ранна в город. — Он отвернулся от неё, избегая ее пристального взгляда. — Я не вижу для этого препятствий. Вампиры и люди за несколько дней нарушили закон столько раз, что абсурдно наказывать. Мел, ты должна уйти.
Что она слышит? Девушка мысленно взмолилась, чтобы всё это был сон.
— Я не уйду.
— Почему?
— Я не хочу возвращаться во Вьюрэй. Я получила это кольцо, — она взяла в руки подвеску с кольцом, — чтобы спасти вашу расу. Значит, я нужна здесь. Можешь гнать меня сколько хочешь, я не уйду.