Трудный путь попаданца (СИ)
Быстрый допрос без применения насилия показал, что зовут их Никита и Олеся, они типичные «дети войны», проще говоря — беспризорники. Убивать они ещё не научились и не хотят, оружием не разжились, поэтому жизнь для них весьма печальна — голод, холод, притеснение со стороны более агрессивных группировок. Вот и придумали такой, надо сказать весьма дурацкий и рискованный способ найти пропитание. Ведь кто-нибудь мог легко вместо броска консервной банки влепить в затылок пулю.
Пока разговаривали дети немного успокоились, поняв, что казнить их не будут, стали отвечать более охотно и подробно. Общались мы с ними возле машины, когда из-за кучи наваленных друг на друга бетонных плит раздался мальчишеский голос, — Эй, дяди! Отпустите их, пожалуйста!
— Это кто? — спросил я у Никиты, задумчиво почёсывавшего шишку на затылке.
— Санни, он у нас старший.
— Понятно, значит, готовь сани летом… — пробормотал я себе под нос и крикнул прячущемуся подростку, — Эй, Санни! Идите сюда, поговорим. Чего вы там прячетесь.
— А вы нас не тронете? — в голосе парня ясно слышались опасливые интонации.
— Обещаю! Ни бить, ни убивать не станем. Поговорим, может даже поможем кое-чем.
Минут пять наверно, продолжалось совещание, наконец показались ещё двое перепуганных ребятишек — пацан и девочка чуть постарше. Такие же грязные, оборванные и худые.
— Простите, мы есть очень хотим… — понурив голову начал парень, — отпустите нас пожалуйста…
— Смотри-ка, вежливый какой, — пренебрежительно хмыкнул подошедший к нам Мартин, — вот мы почему-то до такого днища не опустились. Нашли как прокормиться и оружие раздобыли и деньги приличные сами смогли заработать…
— Мартин, не стоит так, в жизни всякое бывает. Вы смогли, а у них не получилось, может они в другой сфере себя проявят. Не всем же стрелять и взрывать. К тому же вспомни, как на вас Бубновые напали. Это чудо, что никто не погиб и вовремя нашлись те, кто помог. А могло всё куда хуже выйти. Может им сейчас тоже помощь нужна? — На мои слова он лишь нахмурился и отвернулся.
— Так молодёжь, — я выдал девочкам по банке тушёнки, хлеб, пару упаковок соков, — садитесь поешьте. А вы, диверсанты малолетние давайте, исправляйте свои ошибки, кушать после будете. Запаска вон там, — и протянул пацанам баллонный ключ и домкрат.
Пока они, сопя и пыхтя меняли колесо «Ниссана», мы совещались, что делать с бандой налётчиков. Мартин кипятился и требовал дать им пинка и гнать в шею, но похоже тут скорее говорила банальная детская ревность и юношеский максимализм.
Как только чумазые шиномонтажники закончили работу и тоже присели чтобы поесть, я обратил внимание, что девочки как маленькие хозяйки, заботятся о ребятах. Ещё мне понравилось, что те двое не сбежали, бросив своих товарищей, а это уже говорит о многом. С такими людьми можно и нужно иметь дело. Только с такими.
— В общем так, шантрапа! Вы, конечно, можете и дальше устраивать засады и грабежи на большой дороге, но рано или поздно, это плохо кончится. Вас всех просто расстреляют и этого долго ждать не придётся, поверьте.
Лица ребят посмурнели, они и сами прекрасно это понимали. Я не стал тянуть интригу и продолжил, — но есть один вариант. У нас имеется база, и вот эти подростки, — я показал на стоявших кучкой наших ребят, — будут жить, обучаться и работать вместе с взрослыми, на благо всего нашего отряда. Если вы хотите, то можете присоединиться к ним. Но, учтите — это не благотворительная организация, не детский приют и хулиганов, бездельников и не желающих подчиняться дисциплине там терпеть не станут.
От неожиданного предложения они даже побросали ложки и с сияющими лицами тут же закивали, соглашаясь.
— Тут есть одна загвоздка, сейчас мы вас с собой взять не можем. С нами раненый, и как видите машина забита, сажать вас некуда. Но думаю, добраться до нашей базы самостоятельно, вам вполне по силам. Продовольствие и денег на пару дней мы вам оставим.
Если их это расстроило, то не очень сильно. Выдал им провизии и сто долларов по двадцатке, и мы, распрощавшись с неудачливыми грабителями поехали дальше.
— Как думаешь, придут они? — тихо спросил Милош, когда я сменил его за рулём. — Или просто порадуются халяве и лохам, которых развели?
— Обязательно придут. Прибегут! И будут изо всех сил стараться, чтобы их не вышибли отсюда, поверь мне.
— Да зачем тебе это вообще нужно? — насупился Мартин, — деньги лишние, кормить этих дармоедов?
— Поверь мне, в этой жизни есть нечто важнее денег и славы. Надёжный товарищ, которому ты готов доверить свою спину и сам готов прикрыть его, любой ценой. Вот, что является наивысшей ценностью и увы, большой редкостью в любых мирах.
— У меня есть такие, вот они. Других мне не нужно! — подросток кивнул на дремавших рядом с ним друзей.
— Ох, вот увидишь, таких людей много не бывает, и чем их больше рядом с тобой, тем лучше. Просто пройдёт немного времени, вы познакомитесь получше, и они станут для тебя так же близки, как твои нынешние друзья.
— А если нет? Если они окажутся не такими, как ты сказал?
— Ну, что же, тогда они сами поймут, что им не место рядом с нами. И произойдёт это довольно быстро. В таких условиях, в каких находимся сейчас все мы, качества людей раскрываются очень быстро — как хорошие, так и плохие. Не тревожься раньше времени Мартин, жизнь всё сама расставит по местам.
Постепенно разговоры на эту тему прекратились, и в машине воцарилась дремотная тишина.
* * *Не успели заехать во двор и обняться с ожидающим нас женским контингентом базы как нам сообщили, что грянула новая беда — пропали Вика и Милодора.
— Да как так-то? Вас одних вообще нельзя оставить, даже на пару дней. Настя, как это случилось? — я устало плюхнулся на стул, и приготовился слушать виновато опустившую глаза Анастасию.
— Да, признаю, тут есть и моя вина. Я недооценила степень их инфантильности и беззащитности, прошу прощения. Но я их всего то отпустила в магазин, который в двух кварталах отсюда!! В двух!! Вдвоём!
У нас ведь тут спокойный район, ты сам знаешь. Обе были с оружием, по крайней мере без пистолетов я их никуда и никогда не отпускала, — тут она немного понизила голос, — из Вики, конечно, боец как из гов… ну ты понял… Но не могу же я за ними как за маленькими детьми ходить.
Она обессиленно опустилась на соседний стул, видно, что Настя очень переживает. И наверняка уже что-то предпринимает для спасения девушек.
— Мне накануне исчезновения Мила обмолвилась, что к ней какой-то молодой военный подходил, якобы предлагал работу толи в клубе, толи в баре. Она, конечно, ничего не поняла, что за военный, что за работа, и ясное дело отказалась. Теперь понимаю, это либо сутенёр был, либо работорговцы. Девчонки то они видные, за таких хорошие деньги отвалят, а потом в каком-нибудь подпольном борделе запрут и всё — будут клиентов обслуживать.
У меня от таких «радужных» перспектив аж в глазах потемнело. Настя продолжала: «Пропали они вчера, ближе к вечеру. Я навела справки, прошла по маршруту их следования, людей опросила. Узнала в какую машину их затолкали и увезли. Даже узнала кто и куда. Короче, кое-какой след появился».
Глава 21
— Ну хоть что-то. Выкладывай, что за черти наших девчонок решили похитить?
— Небольшая группировка, человек десять-пятнадцать, работают в основном по похищению девушек для продажи в бордели, ну и другим криминалом не брезгуют — работорговлей, заказными убийствами и прочей мерзостью.
— Где базируются знаешь? Примерно хотя бы?
— Да знаю, но сама туда идти не рискнула — они меня могут знать в лицо. Если, конечно, не конченные дебилы и отморозки, и хотя бы минимальную информацию о своих жертвах собирают. Мы же почти всегда вместе были. Надо последить, но осторожно и главное быстро — долго они девочек у себя держать не станут. Хорошо если их не под заказ взяли, тогда несколько дней будут покупателя искать, прикидывать, кто больше предложит. Это нам на руку. А вот если они понравились какому-нибудь извращенцу с большими деньгами, или хозяину борделя, то дело плохо, их сразу же заказчику передадут, какой смысл у себя держать.