Безжалостное королевство (ЛП)

Крики не прекращались. Нам нужно было спешить. Даже с учетом нашего отношения к жителям южной стороны, крики, доносящиеся со свалки ранним утром, не останутся незамеченными.
Матео, казалось, осознал срочность, потому что кран поднялся в три раза быстрее, чем раньше.
Когда он был установлен над автомобильной дробилкой, машина была включена, смертоносные металлические челюсти уже вращались, готовые разорвать все, что мы бросили, на миллион кусочков, я глубоко вздохнул.
  
— Это за Дейва и Эрика! — Мой крик эхом разнесся по свалке.
— И за всех невинных жертв! — Голос Эверли присоединился к моему, и мы все повернулись, чтобы посмотреть на нее. Она отстранилась от Сэинта и стояла, расправив плечи, ее волосы развевались на ночном ветру. Ее глаза блестели, на лице была написана жажда мести, и я сразу понял, что мы ее недооценили.
Она не была той, кого нужно защищать. Она была нашей гребаной королевой.
Мы все игнорировали все более хриплые крики мэра, наши глаза встретились, укрепляя нашу связь. Короли Кладбища и их Королева. Никто не мог разлучить нас. Вместе нас было не остановить.
Матео опустил рычаг крана, так что он оказался прямо над дробилкой. Я встал рядом с Сэинтом и Эверли.
— Ты готов к этому? Отвернись, если нужно.
Сэинт покачал головой, сжимая мой бицепс.
— Нет, брат. Я с тобой.
Эверли вложила свою руку в мою.
— Он разрушил жизни слишком многих невинных людей. Он должен заплатить.
Матео наблюдал за нами с вопросом в глазах, и я слегка кивнул ему.
Я видел, как он положил палец на кнопку.
Руки крана раскрылись, выпуская машину с мэром внутри.
Он упал прямо в дробилку.
Резкий звук металла о металл в сочетании с криками мэра разнесся по свалке.
Затем я услышал хруст человеческих костей, раздавливаемых на куски, и это было то, что я никогда не забуду.
33
Часть меня хотела плакать. Это было похоже на то, что эмоций, которые я чувствовал внутри себя, было слишком много, чтобы сдерживать. Гнев был главным, но также и облегчение. Я крепче прижал к себе Эверли, когда мы втроем смотрели, как умирает мэр.
Мы не были новичками в смерти. Черт возьми, эта сука преследовала нас со дня нашего рождения. Мы все четверо оплакивали смерть тех, кого любили. Но теперь все было по-другому; у нас никого не забирали, а вместо этого забирали мы.
Было кое-что, что можно было сказать о том, чтобы взять правосудие в свои руки. Судить кого-то за их грехи и казнить их было освобождением.
Мы трое обернулись, услышав шаги Матео, хрустящие в темноте.
Все было кончено — на данный момент.
Один убит, осталось еще двое.
Эверли держала Кэла за руку. Я отпустил ее и просто держал за другую, пытаясь почувствовать ее тепло. Ничто так не холодит, как смерть.
Матео, вероятно, искал ту же теплоту, которую мы с Каллумом крепко держали.
Он просто посмотрел вперед, туда, где он, по сути, нанес смертельный удар. Он подошел к Эверли сзади и обнял ее за талию, затем положил голову на изгиб ее шеи, спрятав лицо в ее волосах.
Его мать была набожной католичкой, и теперь он запятнал свою душу, защищая тех, кого любил. Мы все любили. Потому что мы были в этом вместе.
Мы оставались так в цепочке в течение нескольких минут, когда на телефоне Матео появилось сообщение.
Лоренцо был здесь.
Матео поцеловал Эверли в щеку, а затем отстранился.
В идеале мы бы не хотели, чтобы Эверли была рядом с Лоренцо. Чем меньше он знал о ней, тем лучше. Он был из тех мужчин, которые использовали бы что угодно и кого угодно, чтобы добиться своего, а Эверли ни для кого не был разменной монетой.
Но после того, что только что произошло, мы не хотели расставаться.
— Я никуда не уйду, — заявила наша прекрасная девушка.
Мы трое удивленно посмотрели на нее.
— Держись поближе к нам, mamas, — сказал ей Мэтти.
— Постарайся не говорить слишком много, — сказал я ей.
Она посмотрела на меня и, вероятно, собиралась на меня разозлиться, но вмешался Каллум.
— Лоренцо не друг, — напомнил он нам всем.
Я быстро обнял Эверли, а затем поцеловал ее в лоб.
Не могли бы мы вернуться к тому, что было раньше? Когда я ел ее, а ее киска терлась о мое лицо? Потому что это было фантастически.
Сегодня я узнал, что ничто не убивает посторгазмическое сияние быстрее, чем убийство.
На этот раз я отпустил Эверли с Каллумом. Он нуждался в ней прямо сейчас. Я знал, что эти двое хотели защитить нас, но нам это было не нужно. Когда они были у нас за спиной, не было причин чего-либо бояться.
Я прошел несколько шагов перед ними с Матео.
— Как ты себя чувствуешь? — Я спросил его.
— Я в порядке, Сэинт, просто чертовски устал.
— Да, мне бы не помешало побольше красивого сна, — сказал я, и Каллум и Эверли рассмеялись. Я обернулся, чтобы посмотреть на них. — Эверли не скажет тебе этого, потому что она, вероятно, думает, что твои темные круги выглядят сексуально или что-то в этом роде. Но это не так.
— С тобой что-то серьезно не так, — пошутил Кэл.
— Это все, что сделала его мама, мы это понимаем, — добавил Матео и рассмеялся.
— Ну, если ты боишься, я могу рассказать тебе сказку на ночь, Мэтти, — пошутил я, и он закатил глаза.
— С меня хватит твоих историй, — сказал он, когда мы увидели ослепительный свет, идущий с другой стороны ворот.
— И тогда мы сможем купить огромный дом с бассейном, — сказал я им, глядя в потолок. Было уже поздно, но я пришел немного раньше. Когда Тифф нужно было уйти, ей было все равно, который час.
Каждый ребенок, которого я знал, ненавидел приют, но я любил приходить сюда. Это было лучше, чем сидеть дома. У меня здесь были друзья, которые больше походили на семью, чем моя собственная мать.
— Ты даже не умеешь плавать, — передразнил меня Эрик.
— Да, никто не сделает тебе искусственное дыхание, — добавил Матео.
— Кэл, ты спасешь меня, да? — Я спросил в направлении его двухъярусной кровати.
Я услышал его вздох.
— Сэинт, из твоего рта выходит больше дерьма, чем из твоей задницы, я тебе ничем не помогу.
— Ты не видишь меня неделями, и это благодарность, которую я получаю? — Мне было немного больно.
— Хорошо, у нас может быть бассейн, — первым сдался Кэл, и я улыбнулся.
— Почему бассейн? — Матео задал вопрос.
— Я не знаю, кажется, что у всех богатых людей он есть. Черт, может быть, я научусь плавать.
Я услышал их смешки, и это вызвало улыбку на моем лице.
— Сэинт… — Эрик начал говорить. — Мы заставим твою маму уйти.
Тогда Эрик говорил так уверенно, что я почти поверил ему. У нас не было большого дома или бассейна, но у нас было больше, чем у многих богатых людей. У нас было братство, у нас была любовь, и этого было более чем достаточно.
— Мы подождем здесь, — сказал Кэл, и мы кивнули, потому что так было лучше.
Мы с Матео побежали вперед, чтобы открыть ворота. Каждый из нас открыл одну из сторон, и как только мы это сделали, две машины Лоренцо въехали внутрь. Как только они зашли, мы закрыли за ними ворота.
Мы с Матео посмотрели через улицу, где мэр оставил свою машину, и поняли, что нам нужно быстро от нее избавиться. Это должно было стать нашей следующей задачей после Лоренцо.
Мы ни за что на свете не хотели расставаться прямо сейчас.
Мы с Матео побежали назад как раз в тот момент, когда Лоренцо и Риго выходили из машины.
  
— Kompas — поприветствовал нас Риго. Прямо сейчас у меня не было времени на его волнения. Тем не менее, мы все кивнули.
Я встал рядом с Кэлом, в то время как Матео отошел к другой стороне Эверли. Мы могли видеть, как они смотрели на нее с любопытством.
— Долгая ночь, а? — Лоренцо ухмыльнулся нам.
— Можно и так сказать, — сказал Матео.