Цена жизни. Книга 2 (СИ)

— Вот прямо всё раскопал? — в моём голосе прозвучало лёгкое сомнение.
— Я не знаю, — пожала плечами Зайка. — Я его досье не читала и читать не собираюсь. Но Антон уверил меня, что у него в прошлом всё чисто. Он точно не альфонс.
— Может, просто подходящего случая не подворачивалось?
— Нет, он не альфонс, — уверенно ответила Кира. — Он сам настаивает на том, что нам следует оформить брачный контракт и раздельное имущество. Чтобы ни у кого даже мысли не возникло, будто он женится из-за денег. Он говорит, что профессорского жалованья ему вполне хватает.
  
— Когда он на тебе женится, ему сразу же перестанет хватать, — хмыкнул я. — Он ведь должен будет соответствовать, а это автоматически означает дорогую машину, дорогой костюм, дорогие рестораны и так далее. Он же станет главой вашего семейства, пусть даже чисто формально, а главы дворянских семейств пирожки из ларька не едят.
— Разумеется, я выделю ему соответствующее содержание, — пожала плечами Кира. — Я же понимаю, что ему придётся много тратиться, даже если ему это и не нужно. Но я не вижу здесь ничего особенного — мы же выделили содержание Эрику, но при этом его никто альфонсом не называет.
— Может, и назвали бы, — усмехнулся я. — Только все понимают, что мама на такое точно оскорбится, а дураки тоже хотят жить. Однако я с тобой вполне согласен — если уж мы требуем соответствовать уровню, то должны как минимум обеспечить возможность это делать. Ну что же, я рад за тебя, Кира, в самом деле рад!
— Спасибо, — смущённо улыбнулась она.
— Ну а пока о свадьбе официально не объявлено, мы за пределами семьи о ней не говорим. А сейчас лучше поговорим о том, зачем я тебя оторвал от работы. Давай вместе прикинем, как у нас дела, что нам нужно сделать, и в каком направлении двигаться. Мне с этими поручениями князя пришлось слишком сильно отвлечься на политику, и я чувствую, что уже плохо вижу общую картину наших дел. И раз уж мы упомянули профессора Монссона — что у нас с рынком золота?
— На удивление хорошо, — ответила Зайка. — Пока ещё нельзя сказать, что мы действительно создали рынок золота, но он начинает постепенно обретать форму. Должна заметить, что профессор нам и в самом деле оказался очень полезен — и я это говорю вовсе не из-за наших личных отношений. Он помог избежать нескольких неочевидных ошибок, и это полностью оправдало его участие.
Она явно чувствовала себя неловко, и совершенно понятно почему.
— У меня и мысли не было, Кира, что ты станешь преувеличивать его заслуги, — мягко сказал я. — Меня не надо убеждать, я и сам считаю, что его вклад оказался достаточно ценным. Как только новый рынок более или менее стабилизируется, можешь подать список на поощрение. Монссона туда не включай, я добавлю его сам.
— В общем-то, мы с Хансом считаем, что рынок уже стабилизировался.
— Золота нам хватило?
— Первоначальный всплеск спроса мы смогли удовлетворить за счёт золота, полученного от Орловских. В будущем золота нам должно хватать — прииск смог увеличить добычу, а ещё старатели после чистки Рифейска охотно несут золото в нашу скупку. Так что вместо ста двадцати пудов в год мы имеем сейчас ближе к двумстам. Золото частных клиентов уже тоже начинает понемногу возвращаться, но пока ещё рано судить о конечном объёме обратного выкупа. Мы с Хансом полагаем, что примерно через полгода объёмы покупки и обратного выкупа станут сопоставимыми, и у нас освободится достаточно золота, чтобы создать некоторый запас и вернуть одолженное золото Орловским — если, разумеется, они захотят его вернуть.
— Их, конечно, больше устроят деньги, — согласился я. — Золотодобытчикам золото ни к чему, они его продают. Но если к тому времени золото поднимется в цене, то они предпочтут вернуть долг и забрать золото. Поэтому нам к моменту окончания договора обязательно нужно будет создать достаточный запас золота. Мы, скорее всего, сможем в случае чего договориться о невозврате золота, но нам придётся доплачивать разницу в цене, и это уже будет слишком похоже на продажу. Дворянский совет довольно снисходительно отнёсся к этому фокусу с займом, но это только до тех пор, пока это действительно выглядит как заём. К тому же Орловские не упустят возможности выставить нам какие-нибудь условия — о том, что мы их здорово выручили, купив это золото, они, разумеется, не вспомнят. Ну ладно, с этим всё ясно — а что с окупаемостью хранилища?
— Доход с частных клиентов — я включаю сюда и покупателей золота, которые хранят его у нас, — покрывает расходы на хранилище, с небольшими колебаниями в ту или иную сторону. Плата от князя и герцога Баварского — это уже чистая прибыль. В целом можно уверенно сделать вывод, что хранилище оказалось довольно прибыльным предприятием. Даже, пожалуй, высокоприбыльным.
— Рад это слышать, Кира, — с удовлетворением сказал я. — Я всё-таки здорово опасался, что это подземелье так и повиснет у нас на балансе мёртвым грузом. На будущее надо обязательно включать в договоры покупки недвижимости условие, что подобные неожиданные дополнения влекут за собой расторжение договора. Одно подземелье нам сумели всунуть, этого вполне достаточно. Ну ладно, хорошо то, что хорошо кончается. Возвращаясь к хранилищу: оно сейчас полностью принадлежит нашему семейству, верно?
— Да, — подтвердила Кира. — Оно записано на семейство Арди.
— Я готов отдать вам всем долю — такую же, как и в производстве волновых электростанций, то есть по шестнадцать процентов. Хранилище у нас не относится к стратегическим предприятиям, и мы можем его нормально акционировать. Направь, пожалуйста, это предложение Эрику и Клаусу.
— Отправлю, — кивнула она. — Свои шестнадцать процентов я, конечно, выкуплю полностью.
— Только имей в виду — ваши акции будут привилегированными. Доход вы получать будете, но голосовать ими не сможете. Дело в том, что золото правителей попало к нам как результат моих личных договорённостей. Если окажется, что хранилищем, кроме меня, управляют ещё и другие, неизвестные им люди, это может сильно отразиться на доверии, понимаешь?
— Я это полностью понимаю, — серьёзно подтвердила она. — И я уверена, что Эрик и Клаус это тоже понимают. Управления нам не нужно. Дохода будет более чем достаточно, никто и на это не рассчитывал.
— С этим разобрались. Что у нас с машиностроением?
— Заводы полностью загружены. Нам пришлось вводить дополнительные смены — в основном для реновации бронеходов, которые снимаются с вооружения княжеской дружины. Мы их приводим в порядок и сразу же отправляем в империю.
— А империя сможет столько переварить? — пришла мне в голову мысль. — Мы же теперь знаем, сколько бронеходов князь хочет заменить на новые, и оказалось, что их у него действительно очень много. Гораздо больше, чем я думал. А ведь мы бронеходы старого типа по-прежнему продолжаем производить — может быть, пора задуматься о сокращении их производства?
— Я не успела вам рассказать… сегодня пришёл ко мне на приём некий поверенный. Начал издалека, в общем, вскоре выяснилось, что его интересует приобретение бронеходов, и машины после реновации его вполне устроят. Я ему сказала, что подобные вещи не обсуждают непонятно с кем, и либо он говорит, кого он представляет, либо я прикажу охране его вывести, чтобы он не мешал мне работать. Он в конце концов сказал, что предварительно выясняет эти вопросы для, как он выразился, неких людей из Константинополя.
— Как ты думаешь, он действительно пришёл от Ираклия VI? — заинтересовался я.
— Он так и не назвал никаких имён. Я ему сказала, что если базилевс решит купить бронеходы, то пусть присылает уполномоченное лицо для переговоров. А если это кто-то другой, то сначала нам надо выяснить кто это, непонятно кому мы боевую технику продавать не станем. Его ответ устроил — насколько я поняла, его единственной задачей было выяснить возможность покупки в самое ближайшее время.
  
— По договору с императором свободные объёмы у нас есть, часть бронеходов мы вполне можем перенаправить другому покупателю. И если это в самом деле базилевс, то я не вижу причин отказать, — заметил я. — Нам всё равно потребуется разрешение князя на экспорт, но не думаю, что он станет возражать — в данный момент княжеству как раз выгоден сильный Константинополь.