Цена жизни. Книга 2 (СИ)

— Не настолько буквально, Милана, — неохотно признался я. — Но если не вдаваться в детали, то да.
— Не находите, что это несколько нечестно?
— Совершенно не нахожу, — категорически отказался я. — Мы обязаны усвоить знания в объёме программы, и именно это мы и делаем. Конечно, та же Магда Ясенева, узнай она об этом, моментально нагрузила бы нас дополнительно. Но она сделала бы это не для того, чтобы дать нам необходимые знания, а просто чтобы усложнить нам жизнь и доказать, что мы на самом деле неуспевающие.
  
— Ну, я-то Магду просвещать не собираюсь, — засмеялась Милана. — Пусть сама учится разбираться в таких вещах, если ей это нужно. А я как раз с вами согласна — если ваши особенности позволяют учиться быстрее, то это ваше личное дело. Преподавателя должен волновать только уровень знаний, всё остальное его не касается.
— Не буду скрывать, что могу нормально учиться исключительно благодаря этой особенности, — вздохнул я. — Князь всё больше загружает меня поручениями, до моей учёбы ему вообще никакого дела нет.
— Странно было бы ожидать от него чего-либо другого, — пожала плечами Милана. — Князья все такие, на то они и князья. Но вы всё же смогли при этом серьёзно усилиться, стало быть, повышенная нагрузка помогает.
— Ему гораздо больше помогла эссенция, Лана, — с усмешкой заметила Морена.
— Вы правы, госпожа, — признал я. — Она действительно помогла нам с женой взглянуть на мир по-другому.
— Я вижу, у вас до сих пор имеется структурированная эссенция, — сказала Морена. — Вы всё ещё не разобрались со своим врагом?
— Мы уже разобрались, госпожа. И мы, конечно, хотели бы избавиться от этой эссенции, но пока ищем способ сделать это пусть с небольшой, но пользой. В крайнем случае её можно просто истратить, но жалко выбрасывать такую ценную вещь, не получив хоть что-то взамен.
— Понимаю ваши мотивы, — кивнула она. — Мне тоже было бы жалко. Но всё же не особенно тяните с этим. Вы знаете, чем опасна эссенция?
— Привыкаешь к заёмной силе и закрываешь себе возвышение неумением использовать собственную?
— Да, в основном имеют в виду это, — подтвердила Морена. — Но есть ещё один аспект. Для сознательных пользователей эссенции он большого значения не имеет, они готовы с ним мириться, а вот для вас он может оказаться неприятным сюрпризом. Впрочем, это слишком долгий рассказ.
— Я был бы за этот рассказ чрезвычайно признателен вам, госпожа, — с надеждой сказал я.
— И я тоже, — вдруг добавила Милана и пояснила в ответ на удивлённый взгляд Морены: — Я не собираюсь использовать эссенцию, госпожа. Но я уверена, что это будет интересный рассказ, из которого обязательно что-нибудь почерпну.
— Вот как? — усмехнулась Морена. — Ну, может быть, и почерпнёшь. Хорошо, расскажу.
Я с благодарностью посмотрел на Бобровскую, и она почти неуловимо улыбнулась, прекрасно меня поняв. Именно она была ученицей и преемницей Морены, и если бы не её просьба, то, скорее всего, никакого рассказа и не было бы.
— Что вы знаете о мире Полуночи, Кеннер? — спросила Морена.
— Совсем немного, госпожа, — пожал я плечами. — По сути, знаю только, что это мир эссенции.
— Точнее говоря, это мир Силы, — поправила она меня. — Как вы знаете, в нашем мире нет свободной энергии.
— Нет энергии, госпожа? — удивилась Милана. — Я как-то не особенно интересовалась деталями, — смущённо добавила она.
— Если говорить об энергии в том смысле, как её понимает натуральная философия, то её нет. Воля Госпожи Рассвета кристаллизовалась в материю, и энергия в нашем мире всегда находится в материальной форме. Даже излучение — это всегда поток материальных частиц. Когда любая система переходит на меньший уровень энергии — камень падает, самобег тормозит, чайник остывает, — избыток энергии излучается в виде фотонов, то есть материальных частиц. Свободной энергии нет — мы не можем указать на что-либо и сказать, что вот это и есть энергия в чистом виде. С приходом Силы в наш мир ситуация изменилась, но совсем незначительно — Сила у нас почти не присутствует. Мы живём в мире Сияния.
Я слушал её внимательно, несмотря на то, что прекрасно всё это знал — во-первых, показать отсутствие интереса было бы просто несусветной глупостью, а во-вторых, учитывая личность рассказчика, бесполезным этот рассказ точно не будет.
— Мы не знаем, чем был мир Полуночи до прихода Силы, — продолжала Морена. — Вполне возможно, что его вообще не существовало. Но это неважно, важно то, что Сила пришла именно туда. Может быть, она его и создала. Сияние там если и присутствует, то никак себя не проявляет. Из того, что я об этом знаю, могу предположить, что мир Полуночи первоначально был просто неким планом, который Сияние использовало то ли как свалку, то ли как поле для экспериментов, а когда пришла Сила, просто уступило ей это место. Вообще, на эту тему можно гадать бесконечно, но главное состоит в том, что мир Полуночи принадлежит Силе, и она присутствует там почти полностью в чистом виде. Можете предположить, что это значит?
— Сила не стала творить? — с сомнением предположил я.
— Угадали, — поощрительно улыбнулась Морена. — Именно не стала творить. Мы не знаем, на каких ещё планах присутствует Сила и как она себя там ведёт, но в мире Полуночи она отдала творение его обитателям — возможно, в качестве эксперимента. Не беспокойтесь, Кеннер — я уже заканчиваю с прелюдией и скоро перейду к делу.
— Я совершенно не беспокоюсь, госпожа, — отозвался я. — Мне интересна эта прелюдия, и я не отказался бы слушать её и дальше.
— Вот, это наш Кеннер, — засмеялась Милана, и Морена тоже улыбнулась.
— А сейчас вспомним, как происходит переход в мир Полуночи, — продолжала Морена. — Туда нет двери — чтобы попасть туда, мы обязаны пройти через первичный план, где никакой материи существовать не может. Человек, идущий этим путём, немедленно растворяется на первичном плане, остаётся лишь его дух. И если этот дух силён, а путь недалёк, то он доходит до конца, а там вновь собирает себя из эссенции. Вы понимаете, что я хочу сказать?
— Что все обитатели мира Полуночи являются существами Силы? — предположил я.
— Правильно, Кеннер, — кивнула она. — Точно так же, как мы состоим из энергии Сияния, обитатели мира Полуночи состоят из энергии Силы. И попавший туда человек остаётся существом Силы, даже если возвращается обратно — по той причине, что в нашем мире нет свободной энергии, и ему не из чего пересобраться. К счастью, чистую энергию, в отличие от материи, можно перенести через первичный план, иначе путешествие обратно было бы просто невозможным.
— То есть человек, побывавший в мире Полуночи и вернувшийся назад в наш мир, будет постоянно нуждаться в эссенции? — сообразил я.
— Если её не использовать, то сама по себе она расходуется довольно медленно, — ответила Морена. — Но пополнять её время от времени, разумеется, придётся. Не сказать, что критическая зависимость, но достаточно неудобная.
— Мягко сказано, — пробормотал я. — Мне кажется, правильней всё-таки назвать её критической.
— Может, и правильней, — пожала она плечами. — Но к чему я всё это рассказываю: наш материальный организм не очень хорошо приспособлен для того, чтобы нести в себе структурированную эссенцию. Связанное Сияние, из которого мы состоим, очень пассивно, и с трудом сопротивляется воздействию активной энергии. Через какое-то время клетки начнут отмирать и замещаться построенными из эссенции, и если говорить конкретно о вас, то вы структурировали достаточно эссенции, чтобы полностью превратить вас в существо Силы. Кстати, я удивлена, почему у вас никакого замещения пока что не наблюдается.
  
— У меня имеется регенерация, — ответил я в полном смятении чувств.
— Ваша мать, — понимающе кивнула Морена. — Да, это объясняет вашу устойчивость. Но всё же не тяните долго с избавлением от эссенции — даже ваша регенерация не всесильна.
 Глава 16 
— Как вам понравилось у нас, ваше величество? — вежливо осведомилась Лена.