Цена жизни. Книга 2 (СИ)

— Я плачу повышенный церковный налог, а взамен они дают мне кое-какие преференции — янтарь, рыболовство, от пошлин некоторых освободят. Княжество там никаким боком не замешано, это договорённость баронства Раппин с архиепископом Рижским.
— Понятно, — кивнул он.
— Опять донос был? — догадался я.
Князь что-то неразборчиво буркнул и потребовал:
— Что ещё можешь сказать?
  
— Ещё достиг с попами договорённости, чтобы алхимия шла беспрепятственно даже в случае военных действий.
— Этого в твоём докладе не было, — заметил князь.
— Потому что княжество к этому никакого отношения не имеет, как и к моим договорённостям с архиепископом. Да и вообще, мало ли кто этот доклад прочитает, а «Заря востока» — компания непубличная.
— То есть ты считаешь, что это нормально — продолжать торговлю в случае войны?
Сначала кардинал задавал мне каверзные вопросики, потом император, а теперь ещё и князь взялся их подкидывать. До чего же все эти власть имущие любят задать провокационный вопрос и посмотреть, как ты выкручиваться будешь.
— А что же здесь ненормального? — демонстративно удивился я. — Да и торговля у нас ведь с церковью, а не с императором. У них своих противоречий хватает — заметь, что насчёт безопасности Ливонии церковь предпочла договариваться с нами, а не с императором. И кстати, вряд ли Дитрих обрадовался такому повороту.
— Может быть, и не обрадовался, — хмыкнул князь задумавшись. — Ладно, продолжай.
— Потом посетил Дитриха, два раза с ним встречался. Проливы он открыть согласился, но потребовал право транзита на восток. Обмен, в принципе, равноценный, но я договорился, что они будут платить транзитный сбор. Княжество оплачивает содержание железной дороги, но для своих граждан, а имперцы пусть сами за себя платят.
— Насчёт транзитного сбора ты правильно придумал, — одобрительно кивнул князь. — Но насколько я знаю, они товары в каганат и через киевлян вполне успешно возят.
— Похоже, их маршрут через Киев не очень устраивает, — пожал я плечами. — Могу предположить, что гражданкам имперский транзит безразличен, так что киевские чиновники нагибают имперских купцов по максимуму.
— Очень даже возможная ситуация, — с усмешкой согласился князь.
— Ну а у нас есть грузовой порт на Балтике, так что имперцам будет удобно через нас работать. Кстати, мы ведь и на перевалке грузов будем доход иметь.
— В общем-то, неплохая сделка, и давно назревшая, — с удовлетворением заметил князь. — Пожалуй, чуть-чуть в нашу пользу, но в целом более или менее равная.
— Это ещё не всё, княже — я договорился, что княжество и империя взаимно отменят импортные пошлины на продукцию машиностроения. Вот это соглашение уже целиком в нашу пользу.
— Как удачно, что ты у нас машиностроитель, — саркастически заметил князь.
— Я, что ли, единственный машиностроитель, княже? И вообще, машиностроение у нас основной предмет экспорта — о каких ещё пошлинах надо было договариваться? Но если тебя не устраивает, могу передоговориться. Вместо продукции машиностроения отменим пошлины на ввоз брюквы, к примеру.
— Поостри мне тут ещё, — недовольно сказал он. — Ну ладно, соглашусь, что этот договор выгоден нам. И что, император так легко на это согласился и ничего взамен не потребовал?
— От княжества ничего не потребовал, — хмуро сказал я.
— Кончай вилять, Кеннер, — раздражённо потребовал князь. — И в докладе тоже нагнал тумана. Рассказывай, что ты там ему пообещал.
— Я от себя взял обязательство, не от княжества. Пообещал ему построить волновые электростанции.
— Ах, вон оно что! — понимающе покивал он. — А мы-то всё понять не могли, что это твоя зайчиха вдруг срочно взялась покупать у Форсбергов их дохлую затею. Магнус, наверное, без ума от счастья был, когда вы его обанкротившуюся компанию решили купить. Думаешь, у тебя лучше получится?
— У нас новая технология есть, княже. У Форсбергов просто генерирующий узел слишком сложный был, отсюда и проблемы с надёжностью, да и вообще эксплуатация очень дорогой выходила.
— Так-так-так, — протянул князь, проницательно на меня глядя. — А скажи мне, Кеннер: не от карл ли эта твоя новая технология пришла?
— Да, это они интересный сплав предложили, княже. Применение у него довольно ограниченное, но вот для волновой генерации он просто идеально подошёл.
— И ты срочно решил залезть в карман императору, — покивал князь. — А вот мне непонятно — почему ты вдруг взялся строить всё это в империи, а не в родном княжестве?
— Зачем нам волновые электростанции, княже? — я посмотрел на него в полном удивлении. — Для них же серьёзные волны нужно, лучше всего океанские. А у нас все моря мелкие, да ещё и подо льдом бóльшую часть года. Эти электростанции разве что киевлянам могут пригодиться, у них хотя бы к Русскому морю выход есть, а нам их просто негде ставить.
— Нам они и в самом деле ни к чему, — неохотно согласился он. — Но всё-таки ловко ты это дело провернул, Кеннер, прямо вот образцово.
Вот опять то же самое — в любом моём действии все видят исключительно поиск выгоды.
— Да ничего я не проворачивал, княже, — возразил я поморщившись. — Просто, когда я заговорил про отмену пошлин, Дитрих возразил, что это выгодно только нам, и было ясно, что он сейчас выдвинет какое-то встречное требование. Вот я срочно и предложил то, что первым в голову пришло. А я последнее время очень много думал на тему этих электростанций, поэтому они в голову и пришли.
— И всё же очень удачно для тебя получилось, не так ли?
— Удачно, не спорю, — неохотно согласился я.
— Пожалуй, поверю, что у тебя с этими электростанциями лучше выйдет, чем у Магнуса. Насчёт того, сложные там узлы или нет, я ничего не знаю, зато знаю, у кого лучше получится их имперцам втюхать. Про Форсбергов никто в империи и не слышал, а вот ты с имперцами чуть ли не целуешься.
— Несправедливо говоришь, княже, — хмуро сказал я. — Тебя послушать, так можно подумать, что я только о себе и заботился. Я прежде всего в интересах княжества договаривался, а если попутно что-то и для себя получилось, так это не в ущерб княжеству вышло. И вообще, это получилось случайно, я ничего такого не планировал.
— Совсем не планировал? — скептически переспросил князь.
— Планировал, — признал я. — Но я планировал этим после заняться. Насчёт электростанций я бы потом с императором договорился, и безо всякой связи с княжеством. Но вышло так, что я этими электростанциями договор с княжеством заткнул — если бы не это, то тогда уже тебе пришлось бы императору что-то давать. Он был твёрдо настроен на взаимную выгоду и откупаться от нас не собирался.
— Ну ладно, оправдался, — снисходительно согласился князь.
— Какие ещё оправдания, княже? — уже всерьёз возмутился я. — Император эти электростанции и так заказал бы, но это было бы обычной коммерческой сделкой. А сейчас вышло, что это государственное обязательство, и случись с ним какая-то задержка, вы с императором оба с меня спрашивать станете. И зачем я подписался на такую радость? Так ведь ещё и упрёки от тебя выслушиваю.
— То есть я тебе ещё и должен оказался? — поразился князь.
— Я на какие-то долги от тебя не рассчитывал и не рассчитываю, — твёрдо ответил я. — Но по крайней мере, не хочу незаслуженные упрёки слушать. Я этим услугу княжеству оказал, а просто карман набить и так смог бы.
— Хм, — князь неопределённо покрутил головой. — Вот как, Кеннер, у тебя получается объяснить, что все вокруг тебе должны? И ведь не возразишь, вот что больше всего поражает. Ну ладно, оставим это. Ты мне вот что скажи: сделка выглядит вроде неплохой, но ты чем-то недоволен. Чем именно?
  
— Сложно сформулировать, княже, — вздохнул я. — Как-то копились мелочи, чувствовал я всё время какие-то крохотные нестыковки. А потом мелочи эти накопились, и пришёл я постепенно к выводу, что мотивы императора мы оцениваем совершенно неправильно, и вообще не понимаем, что на самом деле происходит.