Раскрепощение (ЛП)

Я разинула рот.
— А ты разве не была в нем? — прошлой ночью Мэдди была в великолепном мини-платье, полностью сделанном из золотых цепочек и колец. Это определённо не тот тип платья, под который большинство людей выбрали бы идти без трусов.
— Нет. Это секс-клуб. Зачем? В любом случае, друг говорит «докажи», и я отвечаю: «Почему бы тебе не посмотреть и не доказать это самому?». Итак, горячий друг наклоняется вперед и просто скользит рукой по моему бедру и начинает ласкать меня, прямо там, в то время как первый парень смотрит на это, поглаживая себя поверх брюк. Клянусь, малышка, я чуть не кончила прямо там. Затем еще один друг тоже вмешивается, и я просто стою там, расширяя свою стойку, а их пальцы повсюду, и я практически взорвалась. Это было так горячо, понимаешь? Стоять перед ними, пока они осматривают меня. Следующее, что я помню, они укладывают меня на диван, один накрывает меня. Раздвигает мои ноги, в то время как другой опускается, и я кончаю так быстро, что становится неловко.
Вау! Я в ужасе, ошеломлена и возбуждена одновременно. Смотрю на свою подругу, на ее раскрасневшиеся щеки и сияющие глаза, и задаюсь вопросом, была ли я такой же прошлой ночью.
— Продолжай, — хриплю я. — Значит, это был первый оргазм?
Официант наклоняется над стойкой, чтобы налить нам Пеллегрино, и мы молчим, сверля друг на друга взглядом, чтобы не разразиться смехом.
— Да, — говорит она, когда официант уходит. — Потом они спрашивают меня, не найти ли нам кровать, а я просто отвечаю: «О, да!». Они же великолепны. И знают, что делают — полагаю, я нашла людей, которые введут меня в курс дела на вечер, верно? Они спрашивают меня, чего я хочу добиться от сегодняшнего вечера, и я говорю им, что я здесь впервые и просто хочу, чтобы меня использовали. Я хочу, чтобы они взяли верх. Так мы находим эту комнату, в ней есть кровать, а также скамейка посреди комнаты. Они оставляют дверь широко открытой, раздевают меня и ставят на четвереньки на скамейку. Кстати, они оба все еще полностью одеты, что, типа, — она выдыхает, — так эротично, потому что я, по сути, чувствую себя проституткой. А потом один из них — тот, который не кончил на меня — трахает меня сзади, засунув палец мне в задницу, а другой трахает меня в рот, и я кончаю. Кончаю так сильно, что практически теряю сознание.
Она хлопает по стойке.
— Самая горячая ночь в моей жизни, малышка. Серьезно. Боже, как приятно найти место, где тусуются мужчины, которые действительно знают, что делают. Я могла бы сказать, что эти парни трахнули там миллион женщин, и мне это понравилось. Они работали со всеми тремя лунками одновременно. Я буквально чувствовала себя удовлетворённой.
Мне становится некомфортно тепло, и я не могу понять, почему. Но слышать, как Мэдди говорит такое, много значит. Я хочу ужасаться, но не могу. На самом деле, я немного завидую.
Завидую тому, какая она раскованная.
Немного завидую тому, что у нее была такая ночь.
Но больше всего завидую тому, что она может уйти от этого, не оглядываясь, не чувствуя сожаления или стыда, и с надеждой ждать будущего опыта.
Секс всегда казался мне сложным, но такие люди, как Мэдди, заставляют его казаться самой простой вещью в мире.
— Это второй оргазм, — слабо говорю я, поднимая пару дрожащих пальцев.
— О да. — она небрежно пожимает плечами. — Затем зашло еще несколько человек, и как только парень закончил трахать меня, другой занял его место, в то время как парень, который кончил мне в рот, играл с моими сиськами. По сути, все они играли со мной, и, честно говоря, когда они закончили, я была в ужасном состоянии. Я была такой расслабленной и вялой. Вероятно, в каком-то подпространстве. Так что я, шатаясь, выбралась оттуда, доехала на такси до дома и вырубилась, как будто выпила бутылку водки. Имею в виду, кому нужны процедуры по уходу за лицом и массажи? Прошлой ночью как будто кто-то нажал кнопку сброса, восстановил мои заводские настройки, и сегодня утром я чувствую себя потрясающе.
— Это великолепно, — говорю я ей. — Я так рада за тебя. Ты собираешься присоединиться к клубу?
  
— Я написала Женевьеве, как только проснулась. Давай посмотрим, смогу ли я себе это позволить. Вероятно, за это придется заплатить из трастового фонда. — она вздыхает. — Живу мечтой своих родителей, да?
— Может, тебе стоит найти там работу? — выпаливаю я. Не уверена, откуда взялась эта идея, но она кажется отличной.
Ее глаза расширяются.
— У них там есть сотрудники — например, секс-работники?
— Не уверена, как это работает, — говорю я ей. — Тебе следует поговорить с Женевьевой. Но, возможно, стоит подумать. Если тебе это так нравится.
— Хм. — она прищуривается, глядя на меня. — Делать это несколько раз в неделю и получать деньги. Ты не глупа, Белль Скотт.
За восхитительным равиоли Мэдди вытягивает из меня историю.
— Начни с самого начала, — уговаривает она меня. — Я хочу знать всё, особенно как ты себя чувствовала. Не могу поверить, что ты решилась. Я так горжусь тобой, детка.
Мэдди — фантастическая слушательница. Она ахает и смеется в нужных местах. Я рассказываю ей о выборе прозрачного нижнего белья, о том, как сюрреалистично это казалось, пока я готовилась в той маленькой раздевалке, и как была чертовски напугана.
Как быстро этот ужас усилился, когда я нажала кнопку «ОРГАЗМЫ» и опустила маску на глаза, и во время короткого перерыва, когда парни пришли, но не начали прикасаться ко мне.
— Ты знаешь, сколько их было? — спрашивает она.
— Трое. Точно трое. Один у моих ног, а другие по обе стороны от меня.
Она ухмыляется.
— Так сексуально. Ух ты! Не могу поверить, что моя маленькая Белль провела ночь с тремя парнями!
— Тс-с! — шепчу я, оглядываясь по сторонам в панике, но шум в обеденное время здесь достаточно громкий, чтобы заглушить наш явно рискованный разговор.
— Скажи мне вот что. — она подталкивает мою руку локтем. — У тебя было искушение посмотреть?
Я вспоминаю тот момент, когда узнала запах Рейфа. Когда с абсолютной уверенностью поняла, что он был со мной в комнате.
— Нет. Думаю, я была бы слишком застенчива. Лучше было не видеть никого, и это добавляло жара, не зная, кто делает что или что они собираются сделать дальше. Это было просто, — я машу руками вокруг, пытаясь объяснить, — руки и рты повсюду.
Мэдди сияет, глядя на меня, как будто я только что сделала свои первые шаги, и она моя гордая мамочка.
— Да, — шипит она. — Точно. Уф, я так чертовски завидую.
Мои брови взлетают вверх.
— Завидуешь? У тебя была ночь с четырьмя парнями, и это звучало гораздо более дико, чем у меня.
— Знаю, и было здорово. Но во всей этой истории с девственницей есть что-то особенное — это так сексуально. Типа, ты лежишь там, к тебе никто никогда прикасался, а потом трое парней занимается с тобой сексом. Фух. — она делает вид, что обмахивает себя веером. — Может быть, в следующий раз притворюсь, что я девственница.
Я закатываю глаза. Эта девушка такая драматичная.
— Не уверена, что ты смогла бы долго продержаться.
— Грубо. Но ты, вероятно, права. В любом случае, расскажи мне точно, что они делали. Я хочу знать каждую грязную деталь.
Когда мы доедаем наши оргазмические равиоли, я рассказываю ей пошаговую хронологию моего короткого, но взрывного сеанса, за исключением того, что, поскольку это я, я много жестикулирую, указывая на части тела, а не так технично, как хочет Мэдди.
Боже, я плоха в этом.
Мне нужно стать лучше.
У меня никогда не будет здоровых отношений, если я не смогу даже произнести это слово…
— Клитор. Просто скажи. Клитор, — произносит Мэдди.
Я свирепо смотрю на нее.
— Клитор. Счастлива? Так вот, он катил ледяной кубик по моему… клитору, а потом он и, я думаю, Каллум опустили туда свои пальцы, прижавшись к моему… входу, и я просто взорвалась.
Мэдди сдвигается набок на своем барном стуле, чтобы скрестить ноги.