Черноземье 3 (СИ)
Нет, ну нашел у кого спрашивать? У этого балбеса-недоросля типичного.
Звучит все довольно двусмысленно для меня, особенно если знать и понимать побольше других Капитанов.
Хочется просто издевательски засмеяться, но я сдерживаюсь, как могу. Кое-какие потери все-таки степняков немного притормозили, но доблестная Гвардия не имеет к этому никакого отношения.
Если иметь в виду потери орды от моего волшебства и все поражающих выстрелов из межпланетного бластера — то еще как остановили, нагнули и заставили сесть за ковер переговоров всех очень много о себе сейчас понимающих Беев.
Но им пришлось так поступить, ибо против лома нет приема.
Ну, еще так все удачно случилось, что выгода от тотального исчезновения воинов племени похоже, что самого сильного в орде Бея вместе с ним самим, явно перевесила общее снижение военной мощи степняков. Перевесила именно в глазах остальных Беев, поэтому они довольно легко пошли на переговоры и сильно при этом не упирались.
Получат возможность без особого кровопролития забрать много продуктов и всего остального — и этому рады. Тем более, что в свете новых изменений в самой орде очень долго по времени штурмовать город они не смогут.
Что их было десять тысяч, что осталось всего только девять — городу от этого обстоятельства нисколько не легче со своими оставшимися в строю четырьмя с половиной сотнями гвардейцев, сорока стражниками и сорока Охотниками.
Это если считать настоящих обученных воинов, а не многие тысячи ополчения, тоже совсем не готового отстреливаться со стены из арбалетов. Такого народа много найдется, но, когда они начнут хоть изредка куда-то попадать, уже половина арсенала придет в негодность и болты серьезно в количестве уменьшатся.
Впрочем, с этим вопросом городу здорово могут помочь наши мастерские, это точно, запасы дерева и железа сделаны по максимуму. Хватит на месяц бесперебойной работы по снабжению города и его доблестных защитников.
А вот степнякам придется воспользоваться ситуацией и окончательно решить с одним из самых сильных в степи племен — это очень-очень важно для каждого из них. Тысячелетняя история конкуренции за лучшие выпасы для скота и самые обильные источники воды с накопленными многочисленным обидами, которую похоже, что выигрывало именно это, неудачно для себя подвернувшееся на моем пути племя — закончилась, скорее всего, что уже навсегда.
Это огромный подарок для всех шестерых оставшихся значительных племен, потому что вряд ли к дележке допустят остальную мелочь. Да еще между собой могут начать яростную войну при разделе наследия, что для города будет очень вовремя.
Ну, пока степняки здесь воюют, на чужой территории грабят население, то точно ничего не начнут, для этого всем их отрядам нужно обратно в степи вернуться.
Однако Глава Совета Кром сейчас реально всерьез переживает о том, что подвигов Гвардии не хватило, чтобы сурово выгнать ордынцев с территории Черноземья. Теперь я понимаю общее направление мыслей неглупых вроде людей — что проблема сильного и агрессивного соседа рассосется сама по себе, если достаточно долго не обращать на нее внимания.
Ну совсем он не в курсе случившихся потерь Гвардии и чего они вообще принесли городу. Ровным счетом, что вообще ничего хорошего. Степняки здорово расстроились, окончательно позабыли о бывшем партнерстве и собрались свирепо мстить за свою погибшую молодежь. То есть, скорее всего, что именно для организации такого повода ее сюда и прислали, эту степную молодежь, чтобы посмотреть на ответные действия горожан.
Посмотреть, оценить и выработать дальнейшие шаги. Наверно, что добыча с Астрии не смогла всех завоевателей накормить и насытить, наверняка разъяренные постоянными поражениями дворяне использовали тактику выжженной земли. Да и столица досталась степнякам в сплошных развалинах и пожарах, много там не накопаешь разных богатств.
Поэтому войско степи не стало разъезжаться по своим землям, а остановилось на отдых, сортировку трофеев и отправило пока разведку в Черноземье. Распаленное будущими захватами, почувствовавшее свою истинную силу и мечтающее о новых победах.
То обстоятельство, что эта молодежь захватила уже явно чужие земли и всерьез нагибает там жителей — для них это никакое не объявление войны. Так, просто молодежь от рук отбилась и отправилась в набег похулиганить, обычное же дело для самой степи.
Поэтому я, пока все Капитаны в трауре от грядущей осады и сопутствующих этому делу проблем, пока все заметно растеряны случившимся, прошу дать мне слово.
Я давно жду такого момента, очень уже накипело у меня внутри, пора объяснить всему Совету, куда привело город постоянное вранье начальника Гвардии о легких победах и незначительных потерях. Нужна объективная критика, она должна заложить тень сомнения в способности гвардейца-Капитана хоть что-то здесь гарантировать.
А то как-то все раньше слишком дружно кивали головами на его явно завиральные доклады Совету.
Чтобы завтра, когда поутру Капитаны выйдут на стены, этот вид кружащих сотен степняков добил в них последние надежды на своего гвардейца-болтуна. Сейчас к моим словам еще могут наплевательски отнестись, а вот завтра их точно припомнят.
Поэтому после разрешающего кивка Крома поднимаюсь со своего места:
— А сколько, как думает уважаемый Совет, вообще сейчас осталось гвардейцев в строю?
Пока царит молчание, удивленные вопросом Капитаны только пересматриваются между собой, продолжаю:
— В последней битве на берегу Протвы лично я насчитал ровно девяносто могил наших воинов, — даю всем усвоить эту информацию.
По оговоркам раньше я понял, что потерь в этой битве вообще никаких не оглашено.
— И еще осталось примерно тридцать тяжело раненых, которые в течении полугода точно не смогут взять меч в руки и сесть на коня. А может и вообще никогда больше не смогут воевать за наш город. Остальных пять десятков легко раненых я смог вылечить своей силой. Но сейчас ее нет у меня, так получилось, что воевать, как прежде, я больше не могу.
Эта новость здорово расстраивает всех присутствующих, хотя я, конечно, нагло вру в глаза уважаемому Совету. Но лучше сразу показать, что рассчитывать снова проехаться за мой счет полностью на халяву больше не получится.
Есть у меня еще сорок процентов маны в одном Палантире и по шестьдесят в двух других, еще очень солидный запас на всякий случай. Только мне сейчас требуется не приказ получить — мол, раз ты такой крутой Нагибатор, то иди и разбирайся, как все порешал на Севере, а желательно униженную просьбу с колен — мол, спаси и сохрани, добрый человек!
Что виноваты мы во всем, что тебя не слушали, что понадеялись на откровенного дурака, а мудростью твоей великой очень глупо не прониклись.
И будет это не завтра и не через осьмицу, тут времени побольше понадобится, чтобы Совет города по-настоящему запаниковал от безнадежности ситуации.
— Так что осталось в Гвардии не больше четырех с половиной сотен воинов в строю, а на самом деле еще и меньше. Потому что наш доблестный Капитан Альфур отправил сегодня днем два отряда по пятьдесят воинов встречать подходящую орду. Орда уже здесь, а этих отрядов что-то больше никто не видел! И в город они не возвращались! И что теперь ответит уважаемый Капитан, наш смелый защитник?
Да, есть у меня такая информация для служебного пользования от Торка.
Что отправил сотню конных воинов начальник навстречу орде, чтобы нанести несколько внезапных ударов по занятым грабежом и насилием народам степи. Уехали они в обед, а вот сейчас уже последние надежды на их возвращение пропали.
Что им приказали и куда отправили — мне не ведомо, но ничего умного я от командира Гвардии уже давно не ожидаю.
Кажется, мой прежний приятель конкретно так восхитился моими боевыми умениями и заодно понял, что ставка только на свое начальство становится сильно неактуальной. Что не потянут они противостояние со степняками ни за что, и, хотя нет сейчас сменяемости власти никакой, но на прежнем посту их точно не оставят из-за полной профнепригодности к руководству. Отцы когда-то могли реально воевать, а вот дети оказались слишком бестолковыми понторезами.