Последнее письмо (ЛП)

— Боже мой, — прошептала я, когда мы подъехали к дому. Я посмотрела на озеро, чтобы убедиться, что это именно то место, а потом снова на дом. Я бы спросила Мэйзи, уверена ли она, но из дома выбежал Кольт с Хавок, и это стало ответом на вопрос. Бекетт владел двадцатью пятью акрами, которые я продала два года назад инвестиционной компании.
Сам дом был прекрасен. Построен он был в стиле бревенчатого домика, как и те, что находятся в «Солитьюд». Он был двухэтажным, с крышей в форме буквы «А» и каменными колоннами. Классический, деревенский и современный, все в одном стиле. Точно в духе Бекетта.
  
Кольт распахнул дверь Мэйзи.
— Вот ты где! Я скучал по тебе!
— Я тоже! — ответила она, и они обнялись.
— Привет, милый, — сказала я, когда они разошлись.
— Привет, мам! — Кольт бросил мне ухмылку через спинку сиденья. — Мы приготовили ужин, пойдем!
— О, Мэйзи чувствует себя не очень хорошо, — я сразу же запаниковала при мысли о том, что проведу с Бекеттом больше нескольких минут.
— Мы так и подумали. Так что у нас есть курица, рис и соленые орешки, если они тебе нужны, Мэйзи. Пойдем, ты должна увидеть дом!
Мэйзи спрыгнула вниз, она была более проворной, чем я видела ее последние две недели, и они вдвоем быстро отправились в путь.
— Что ж, думаю, это решает дело, — пробормотала я про себя.
У меня возникло желание проверить прическу и макияж, но я отмахнулась от него. Не было никакой необходимости производить впечатление на Бекетта. Забавно, но раньше я думала так же, потому что он любил меня. Теперь же мне было все равно, что он думает. Я бросила взгляд в зеркало и поправила волосы парой быстрых движений… потому что мне было не все равно. Черт побери.
— Не будь трусихой, — прочитала я себе лекцию, выходя из «Тахо». Я бросила его, а не наоборот. Так почему же было так больно? Почему мое сердце скакало галопом? Почему я жаждала увидеть его почти так же сильно, как и избегала?
Уф.
Мне было двадцать шесть лет, и у меня было впервые по-настоящему разбитое сердце. Когда Джефф уехал, близнецы и мое собственное упрямство облегчили боль и отвлекли меня. Но Бекетт? Он был в моих мыслях, в моих снах, в моих голосовых сообщениях, которые я отказывалась удалять, и в письмах, которые я не хотела выбрасывать. Он был повсюду. Медленными шагами я вошла в дом. Внутри было так же красиво, темные деревянные полы и высокие потолки. Это был именно тот дом, который я бы спроектировала для себя. Но он не был моим, как и он. Подождите. А где же мебель? На стенах не было ни картин, ни признаков того, что он действительно переехал. Неужели он все-таки уехал?
— Привет, — сказал он, выходя из-за угла.
Черт, он выглядел очень хорошо. Джинсы и кофта с длинным рукавом с эмблемой футбольной команды Кольта были достаточно старыми, но его волосы были немного длиннее и идеально причесаны, и у него хватило терпения отрастить очень сексуальную шевелюру.
— Привет, — из всех слов, которые мы должны были сказать друг другу, это было единственное, что получилось.
— Дети ушли на разведку, — его глаза устремились к потолку, когда до него донесся звук бегущих ног. — Слушай, Кольт хотел приготовить тебе ужин. Я сказал ему, что это, наверное, не лучшая идея, но он был непреклонен, и я подумал, что ты можешь просто взять его с собой, если не хочешь оставаться.
— Ты живешь в доме на участке «Солитьюда», который я продала два года назад.
— Да, — он сказал это так легко.
— И сюда ты переехал?
— После того как мы расстались? — уточнил он.
Я медленно кивнула.
— Когда ты выехал, Кольт сказал мне, что твои вещи исчезли, я спросила Хэйли, не оставил ли ты какую-нибудь информацию о себе.
— Я не оставил.
— Я знаю. Тогда я решила, что ты вернулся в армию, — как и двое других мужчин, которых я любила.
— Я не оставил никакой информации, потому что решил, что ты можешь позвонить в участок. Мне и в голову не приходило, что ты подумаешь, будто я действительно брошу тебя и детей, после того как пообещал тебе этого не делать, — он вздохнул, потирая лицо. — Но я ведь солгал о том, кто я такой, так что…
Он был прав. Мы оба это знали.
— Мне не понравилось, как мы с тобой расстались.
— Я тебя бросила, — поправила я.
— Я не хотел этого, — мягко ответил он.
— Ты не звонил.
— Я пытался в первую неделю, но ты не отвечала. Я решил, что ты говорила серьезно, когда сказала, что не хочешь меня больше видеть.
— Прости. Я не должна была этого говорить. Я склонна… слишком остро реагировать, когда речь идет о лжи, и…
— И ты строишь крепость вокруг детей, — закончил он мои мысли, пересказывая мои же слова из наших писем. — Я понял, и я заслужил это. Ты же меня об этом предупреждала в первом письме, верно?
Боже, этот человек так хорошо меня знал, и я ненавидела чувство, что не знаю его.
— У тебя нет никакой мебели.
Его брови приподнялись, когда я сменила тему.
— Только в спальне и на кухне. Не то чтобы я хотел на что-то намекнуть. Мне просто нужна была кровать. Чтобы спать. Просто спать, — его плечи поднялись, и он засунул большие пальцы в джинсы.
— И кухня, конечно. Чтобы есть. Потому что это кухня.
Мы оба неловко переводили разговор в другое русло, и это было бы забавно, если бы при виде него у меня не возникло ощущение, что он только что вырвал мое сердце и наблюдал за последними ударами.
— Почему? Почему у тебя нет мебели?
— Честно?
— Да. Думаю, между нами, достаточно лжи, не так ли? — я поморщилась. — Этого не следовало говорить. Прости.
— Не стесняйся, я заслуживаю всего, что ты собираешься сказать.
— Мебель? — я напомнила ему, чтобы он прекратил эту тему.
— Я купил то, что мне было нужно. Я всегда хотел, чтобы ты выбрала остальное, а потом… ну, мне стало все равно. Хотя, наверное, мне стоит купить гостиный гарнитур до начала футбольного сезона. Немного неудобно есть все эти закуски в постели.
Дети помчались вниз по широким ступеням, которые вели на второй этаж.
— Разве это не здорово, мама? — спросила Мэйзи, пролетая мимо с Кольтом. Эта девочка так быстро восстановилась. Хавок остановилась рядом, а потом побежала за ними.
— Подожди, ты еще не видела гостиную! — сказал ей Кольт, и они понеслись вдогонку друг за другом.
— Она хоть поздоровалась с тобой? — спросила я с легким смешком.
— Да, обняла меня, прежде чем Кольт повел ее наверх посмотреть спальни.
— И сколько их там? — не то чтобы мне нужно было знать.
— Шесть. Пять здесь, и еще одна спальня над гаражом.
— Ого. Здорово, — я покачала головой.
— Только не надо шутить.
— Даже не мечтай.
Его улыбка была восхитительной до глубины души. Как обычно, с ним все было так легко и просто, но теперь это было еще и мучительно трудно.
— Ладно, это не мое дело, но ты построили этот дом? Ты владеешь землей, которую я продала?
Я видела, как его строят, и корила себя за то, что продала участок, каждый раз, когда видела строительную бригаду. К счастью, остров скрывал это, когда я была дома, так что мне удавалось не обращать на это внимания.
— Я строил его последние семь месяцев или около того. Для тебя.
Я заставила свои легкие набрать воздух, хотя они явно были против этой идеи.
— Для меня.
— Ты сказала, чтобы я не лгал, — он усмехнулся через плечо. — И это был самый большой выбор, который я когда-либо делал.
— Ты купил двадцать пять акций два года назад? Я думала, это была инвестиционная компания.
— Так и было. Райан спросил, не заинтересует ли меня инвестиционная недвижимость. Я согласился и передал дело своему финансисту, так как в то время мы были за границей. Он просил меня заняться инвестициями, вот я и занялся. Ну, он занялся. Я просто подписал бумаги, как только мы вернулись после этой командировки. Я не знал, что это твои акры, пока не оказался здесь.
  
— И ты мне не сказал. Разве ты не видишь закономерность?