Последнее письмо (ЛП)
— Вот что я тебе скажу, Джентри. Ты и я. Как только закончится эта командировка, давай возьмем отпуск, и я покажу тебе окрестности Теллурида. Я знаю, что ты умеешь кататься на лыжах, так что мы отправимся на склоны, а потом в бары. Я даже могу позволить тебе познакомиться с Эллой, но для этого тебе придется пройти через Кольта.
Элла. У нас была еще пара месяцев в этой группе. Потом было прощание с Силами Быстрого Реагирования и здравствуй небольшой простой, который я обычно презирал, но сейчас чувствовал легкое любопытство. Элла? Любопытство не было легким. Я хотел увидеть ее, поговорить с ней, узнать, действительно ли женщина, написавшая письма, существовала в мире, который не был бумажным или идеальным.
— Я бы с удовольствием, — медленно ответил я. Он предлагал мне это бесчисленное количество раз, но я никогда не соглашался.
Его брови поднялись, а широкая ухмылка стала почти комичной.
— Хочешь увидеть Теллурид или Эллу?
— И то, и другое, — честно ответил я.
Он кивнул, после по связи прозвучала пятиминутная инструкция. Затем он наклонился так, чтобы его мог слышать только я, это было не для чужих ушей.
— Вы подходите друг другу. Если ты когда-нибудь позволишь своим ногам простоять на одном месте достаточно долго, чтобы что-то выросло.
Мудак. Ты все портишь.
Выбросив из головы слова, я сосредоточился на настоящем. Если я загляну в прошлое, это будет означать катастрофу, и я захлопнул эту дверь в своей голове.
— Я никому не подхожу, — сказал я Маку. Затем, прежде чем он успел копнуть еще глубже, я проверил шлейку Хавок, убедившись, что она пристегнута крепко, чтобы не потерять ее по дороге вниз.
Гравитация может быть сукой. Комментарии Эллы на эту тему пронеслись у меня в голове. Каково это, когда кто-то заземляет тебя? Утешало ли ощущение безопасности? Или это было удушье? Была ли это та сила, на которую вы полагались, или та, от которой вы бежали? Действительно ли существуют люди, которые остаются рядом достаточно долго, чтобы считаться настолько надежными? Если и были, то я таких не встречал. Именно поэтому я никогда не заводил отношений. Зачем, черт возьми, вкладывать силы в кого-то, кто в конце концов скажет, что ты слишком несовершенен, слишком сложен, чтобы оставаться рядом?
Даже Мак — мой лучший друг, по контракту был обязан служить в том же подразделении, что и я, но даже у его дружбы были границы, и я старался никогда не испытывать их на прочность. В глубине души я знал, что он сожжет дотла любого, кто обидит Эллу. Через десять минут мы приземлились, и это была единственная проблема, о которой у меня было время подумать.
Глава четвертая
Элла
Письмо # 6
Элла,
Спасибо за печенье. И да, твой брат украл их, пока я был в душе. Думаю, он уже весит триста фунтов. Я думал о том, что ты сказала о гравитации. У меня никогда не было ничего, что привязывало бы меня к месту. Может быть, когда я пошел в армию, но это была скорее моя привязанность к моему подразделению. Пока я не встретил твоего брата, и нас не начали отправлять на миссии. К сожалению, я слишком люблю его, как и большинство в нашем подразделении. Но иногда он бывает настоящей занозой в заднице. Почему они называют меня Хаосом? Это долгая и нелепая история. Обещаю, когда-нибудь я ее тебе расскажу. Скажем так, она включает в себя драку в баре, двух очень злых вышибал и недоразумение между твоим братом и женщиной, которую он принял за проститутку. Она не была проституткой. Она была женой нашего нового командира. Упс. Может быть, я заставлю его рассказать тебе эту историю.
В последнем письме ты упомянула, что Мэйзи неважно себя чувствует. Доктора выяснили в чем дело? Не могу представить, как тебе тяжело. Как дела у Кольта? Он уже начал заниматься сноубордингом? Мне пора, нас собирают, и я хочу убедиться, что успею отправить это по почте.
Увидимся позже,
— Хаос
***
Единственными звуками в больничной палате были мысли, кричащие в моей голове, умоляющие выпустить их на свободу. Они требовали ответов, кричали, что найдут каждого врача в этой больнице и заставят их слушать. Зная, что в Теллуриде не станут искать глубже, я привезла ее в более качественную больницу в Монтроуз. Была уже почти полночь. Мы находились здесь с полудня, и оба ребенка крепко спали. Мэйзи свернулась калачиком на своей больничной койке, где ее почти не было видно, а несколько проводков передавали ее показатели на мониторы. Слава Богу, они отключили непрерывный писк. Мне было достаточно просто видеть ритм ее сердца.
Кольт растянулся на диване, положив голову мне на колени, его дыхание было глубоким и ровным. Хотя Ада предложила отвезти его домой, он отказался, особенно когда Мэйзи смертельной хваткой вцепилась в его руку. Они никогда не выносили долгой разлуки. Я провела пальцами по его светлым волосам, такого же почти белого оттенка, как у Мэйзи. Как похожи их черты лица. И насколько разными были их маленькие души.
Дверь с тихим щелчком приоткрылась настолько, что доктор просунул голову внутрь.
— Миссис Маккензи?
Я подняла один палец, и доктор кивнул, отступая и тихо закрывая дверь. Как можно тише я переложила Кольта со своих коленей, заменив свое тепло подушкой, и накрыла курткой его маленькое тело.
— Пора идти? — спросил он, сильнее прижимаясь к дивану.
— Нет, приятель. Мне нужно поговорить с доктором. Ты останешься здесь и присмотришь за Мэйзи, хорошо?
Медленно открылись пронзительно голубые глаза и встретились с моими. Он все еще наполовину спал.
— Я справлюсь.
— Я знаю, что справишься, — я коснулась пальцами его виска.
Уверенными шагами и очень неуверенными пальцами я открыла и закрыла за собой дверь, не разбудив Мэйзи.
— Миссис Маккензи?
Я просканировала бейдж парня. Доктор Тейлор.
— Вообще-то, я не замужем.
Он быстро моргнул, а затем кивнул.
— Точно. Конечно. Мои извинения.
— Что вы выяснили? — я стянула бока свитера вместе, как будто шерсть могла служить своего рода броней.
— Пойдемте по коридору. Медсестры здесь, так что с детьми все в порядке, — заверил он меня, уже ведя к помещению со стеклянными стенами, которое, похоже, служило конференц-залом. Там ждали еще два врача.
Доктор Тейлор указал мне на место, и я заняла его. Мужчины в комнате выглядели серьезно, улыбки не доходили до глаз, а парень справа, казалось не мог перестать щелкать ручкой.
— Итак, мисс Маккензи, — начал доктор Тейлор. — Мы взяли у Маргарет несколько анализов крови, а также откачали немного жидкости из ее бедра, где обнаружили инфекцию.
Я переместилась в своем кресле. Инфекция… это было просто.
— Значит, антибиотики?
— Не совсем, — глаза доктора Тейлора метнулись к двери, и я оглянулась, чтобы увидеть женщину лет сорока, прислонившуюся к дверному косяку. Она была классически красива, ее темная кожа была такой же безупречной, как и ее прическа. Я внезапно осознала, что мои в растрепанном состоянии, но сумела удержать руки от того, чтобы не накручивать больше свой уже не столь милый пучок. — Доктор Хьюз?
— Просто наблюдаю. Я видела карту девочки, когда заступила на смену.
Доктор Тейлор кивнул, глубоко вздохнул и снова обратил свое внимание на меня.
— Хорошо, если у нее инфекция в бедре, это объясняет боль в ноге и жар, верно? — я сложила руки на животе.
— Возможно, да. Но мы обнаружили аномалию в ее анализе крови. Количество лейкоцитов тревожно повышено.
— Что это значит?
— Ну, это доктор Брэнсон, он из ортопедической клиники. Он поможет нам с бедром Мэйзи. А это… — доктор Тейлор сглотнул. — Это доктор Андерсон. Он из онкологии.
Онкология? Мой взгляд метнулся к пожилому доктору, но я не проронила ни слова. Только не после того, как он произнес слова, ради которых и была вызвана его специальность.
— Мисс Маккензи, анализы вашей дочери показывают, что у нее может быть лейкемия…
Его рот продолжал двигаться. Я видела, как он обретает форму, наблюдала за движением его лица, но ничего не слышала. Он словно превратился в учителя Чарли Брауна, и все проходило через фильтр из миллиона галлонов воды.