Последнее письмо (ЛП)

Я не собираюсь говорить, что тебе нужен кто-то, на кого можно опереться, потому что я знаю, что ты стала экспертом по самостоятельности. Но с учетом того, с чем ты столкнулась, я знаю, что тебе не помешал бы кто-то, кто мог бы поддержать тебя в те моменты, когда тебе кажется, что это невозможно. Сходи на ужин с этим парнем, Элла. Даже если из этого ничего не выйдет, ты будешь знать, что дала Вселенной знак. Нельзя отказываться от всего хорошего, что приходит к тебе, потому что ты боишься того, что может случиться или не случиться. Это путь труса, а ты не трус. И честно говоря, кто бы в тебя не влюбился? Мы общаемся уже три месяца, и я наполовину влюблен в тебя, даже не находясь с тобой в одной комнате. Просто дай парню — дай себе шанс на счастье, потому что ты его заслуживаешь. Или ты можешь подождать до января, когда я случайно появлюсь у твоей двери.
  
Просто пища для размышлений.
— Хаос
***
— Нужно что-нибудь еще? — спросила я Мэйзи, передавая ей iPad. Она устроилась в гостиной главного дома, на расстоянии вытянутой руки от Хэйли и Ады.
— Нет, — ответила она, открывая одно из приложений, рекомендованных ее учителем.
— Твой живот в порядке? — прошло две недели после операции, и, хотя место разреза казалось мне чудовищной розовой змеей, ползущей по животу моей дочери, она клялась, что боль почти прошла.
Может быть, дело в том, как она спала первые несколько дней после операции, или в ее больном горле после двенадцатичасовой интубации, или в трубке для кормления, которая оставалась с ней несколько дней, но мне было трудно ей поверить. А может, дело было в том, что моя терпимость к боли была гораздо ниже, чем у нее.
— Мам, я в порядке. Меня не тошнит и все такое. Все в порядке. Иди, — она подняла на меня глаза. — Кроме того, как только ты уйдешь, Ада даст мне мороженое без сахара.
— Не думаю, что ты должна была мне это говорить, — я рассмеялась и поцеловала ее кожу головы, все еще блестящую и гладкую. Пересмотр ее рациона был непростой задачей, это точно. — Ты ведь знаешь, почему оно должно быть без сахара?
— Ты сказала, что сахар питает монстра внутри меня. И хотя большая часть монстра вышла наружу, остальная его часть находится в моей крови. Поэтому мы не можем кормить монстра.
— Верно. Мне так жаль, Мэйзи.
Она посмотрела на меня глазами, которые казались старше на десятки лет.
— Все в порядке, монстр не любит таких.
Я снова поцеловала ее, прежде чем уйти, и, предупредив Аду о своем уходе, прихватила ее папку.
Остановившись на мгновение у зеркала в прихожей, я попыталась сгладить пушистость, образовавшуюся в косе, которую я заплела утром.
— Стоп. Что бы ты ни делала, ты все равно великолепна, — заметила Хэйли, подойдя ко мне сзади.
— Ха. Я даже не могу вспомнить, когда в последний раз ходила в спортзал или красилась. Я бьюсь за «не выглядит как псих». Великолепная это не по мне.
Она положила голову мне на плечо, и наши глаза встретились в зеркале.
— У тебя такая красота, которая сияет, несмотря ни на что.
— Ищешь повышения? — поддразнила я.
— Нет. Просто говорю правду. А теперь уходи отсюда, пока не пропустила встречу. Мы с Адой присмотрим за Мэйзи. Не волнуйся
— Беспокойство стало моей эмоцией по умолчанию.
Она секунду изучала мое лицо, прежде чем ее глаза загорелись, что означало, что она собирается предложить что-то нелепое.
— Я знаю то, что нужно.
— Хэйли… — простонала я. Мы были друзьями, но ее представление о веселье не совсем вписывалось в мою жизнь.
— Давай устроим двойное свидание. Я возьму Люка, а ты приведешь Бекетта. Мы можем сходить в кино, поужинать или попробуем пойти в новый караоке-бар в Горной деревне.
— Бар? — я позволила своему тону сказать ей, что я думаю по этому поводу. Это была жизнь беззаботных людей, у которых не было обязанностей вроде детей. Или рака. Или ребенка с раком. Ну, знаете, нормальные двадцатипятилетние.
— Да. Бар. Потому что, если кому-то и стоит выпить, так это тебе, Элла. И я знаю, что Бекетт был бы не против пригласить тебя куда-нибудь.
Мой позвоночник напрягся.
— Мы не… все не так, — при одной только мысли о Бекетте мои щеки залил румянец.
— Этот человек не сводит с тебя глаз, когда вы находитесь в одной комнате. Да ладно, сколько раз он ездил в Денвер после операции Мэйзи?
Я отвернулась от зеркала, чтобы посмотреть на Хэйли.
— Три раза.
— За две недели.
И каждый раз, когда он появлялся, мое сердце совершало этот глупый, безумный прыжок. Что-то изменилось в день операции Мэйзи. Не только потому, что он был там, но и потому, что я хотела, чтобы он был там. Впервые за время лечения Мэйзи я позволила себе не просто опереться на кого-то, а дать ему возможность поддержать меня.
В то утро, когда он появился с Кольтом в качестве сюрприза — примерно через три дня после операции, я просто растеклась лужицей. Казалось, он точно знал, что мне нужно, что нужно Мэйзи, и предоставил это еще до того, как я успела попросить об этом.
— Да, но это не романтично.
— Ага.
— Нет! Он здесь, потому что Райан попросил его об этом. Вот и все. Больше ничего, — по крайней мере, так я говорила себе всякий раз, когда замечала, что эти зеленые глаза смотрят на меня или я на него.
— И ты не находишь его привлекательным или что-то в этом роде, верно?
— Ну… — темно-зеленые глаза цвета сосны, густые волосы и крепкие руки, пресс, который прорисовывался через одежду.
— Конечно, нахожу. Я видела этого человека.
И прикасалась к нему. Я чувствовала, как он обнимает меня — крепко, но не подавляюще, как будто он просто знал, что в этот момент меня нужно прижать к себе. Чувствовала нежность его рук, когда он вытирал мои слезы после того, как я выплакала все, что держала в себе. Почувствовала радость, на которую была способна, когда Кольт забрался в кровать рядом с Мэйзи и обнял свою сестру. Почувствовала, как он способен любить, даже если не хочет этого признавать.
Да, я чувствовала слишком много, когда дело касалось Бекетта.
— Ну, да. Нужно быть мертвой, чтобы не заметить. Потому что он горяч, Элла.
Вспышка чего-то горячего ударила мне в живот и исчезла так же быстро, как и появилась. Ревность. У меня не было причин ревновать. Конечно, Хэйли была красива, доступна и не имела такого багажа, на ее лбу не красовалась гигантская бирка «Samconite» (производитель багажа, выпускающий продукцию от больших чемоданов до небольших сумок), но как только мы вернулись домой из Денвера, она полностью перестала добиваться Бекетта. И не потому, что ей было неинтересно. Я уже слышала вчерашние сплетни за чашкой кофе — половина Теллурида интересовалась новым членом поисково-спасательной службы. Это произошло потому, что Хэйли подумала, что я могу быть заинтересована.
— Он всегда отвечает на вопросы не более чем в двух словах, а у меня уже есть дети, помнишь? Кроме того, если я не выйду прямо сейчас, то опоздаю на встречу.
— Хорошо. Иди. Беги. Но этот человек живет по соседству, и, судя по тому, что я видела, тебе придется как-то справиться со всем этим, — она указала на мое красное лицо.
Вошел гость, и колокольчик зазвенел легким звоном, на который у меня ушло несколько часов.
— Слава колокольчику, — прошептала Хэйли, прежде чем повернуться к нашему новому гостю. — Добро пожаловать в «Солитьюд»! Вы, должно быть, мистер Хендерсон. Ваш домик уже готов для вас и вашей жены, — ее улыбка была широкой и отражала улыбку двадцатилетнего парня, похожего на хипстера. Сезон летних походов был почти на носу.
Я взяла свою сумку и папку и вышла через парадную дверь.
  
Было 10:31, когда я была уже на месте, я припарковалась в специально отведенном для этого месте у начальной школы, как хороший родитель, и потратила лишнюю минуту на то, чтобы прийти с опозданием.
— Элла! — Дженнифер улыбнулась мне через стекло. — Для тебя все готово.
— Привет, Дженнифер, — я расписалась в планшете и открыла дверь.