Тринадцатый IX (СИ)

Троица из охраны только успела оскалиться, как с моих рук сорвалось плетение. Острые иглы из чистого света прошли насквозь через тела мужчин. Они не успели издать ни звука… как свалились замертво, заливая асфальт алой кровью. А в живых их оставлять было нельзя, они видели моё лицо.
И когда речь идёт об изменении мира, имеет место обоснованная жестокость. Промедли я всего на полминуты с атакой, и сам бы оказался жертвой.
Я ринулся вперёд по улице, на которую уже стекалось подкрепление. Как-то они чересчур быстро подоспели!
Ловким движением руки шапка превратилась в балаклаву, а я нырнул в проулок между домами.
Прижался к стене, пока военные пробегали мимо. У них уже была другая форма, не то что у охраны императора.
Взгляд налево и я замечаю металлическую пожарную лестницу. Вот и шанс незаметно выбраться из центра. Сейчас это можно сделать только на своих двоих, все машины будут проверять при выезде.
Я поднялся на крышу трёхэтажного здания. Ох, убегаю, прямо как в первые дни попадания в этот мир.
Впрочем, сейчас не время для воспоминаний. Надо спешить!
Я с разбегу перепрыгнул на крышу соседнего здания. Благо, что расстояние между домами было невелико.
Так продолжалось только до перекрёстка. Но и его уже заполнили военные! Либо император так опасался за свою безопасность, либо ждал покушения. Однако Вячеслав не мог знать, что инициатором стану именно я. И мне повезло, что система распознавания лиц на камерах по городу пока доступна лишь одной компании. А с Серёгой я заранее договорился, чтобы он стёр отовсюду моё лицо.
Я лёг на крышу и стал наблюдать. Так, риск обнаружения сводился к минимуму. Взглядом я искал пути отхода, тоже обозначенные заранее. Но сейчас они все были перекрыты. Слишком много людей внизу…
Однако… Ох, придётся воспользоваться крайним методом. Но после поездки в Омск меня и этим уже не напугать.
Я отполз от края крыши и поднялся на ноги. Нашёл люк, ведущий к лестнице, и спустился по ней. Но на первом этаже столкнулся с толпой зевак, которые толкали друг друга, лишь бы увидеть, что происходит за открытой дверью. А наружу выходить не решались. И правильно, я тоже подожду, пока основные силы пройдут.
Присел на лестничную ступеньку, но балаклаву снимать не стал. Чем меньше свечу лицом, тем лучше.
— Парень, а ты замёрз, что ли? — спросил у меня нетрезвого вида мужик в майке, трениках и тапочках.
— Замёрз, — ответил я, пожимая плечами.
Хотя хотелось съязвить, что меня же не греет такое количество спирта в крови, чтобы я начинал шататься, стоя на ровном месте.
— Эмир Михайлович, вы бы в квартиру вернулись, — посоветовала ему пожилая женщина в простом старомодном платье.
Кажется, я оказался в коммунальном доме.
— Какой идти? — спросил мужик и икнул. — Я тут собеседника на-нашёл!
— Только вот я не горю желанием с вами общаться, — честно сказал я.
И этим заявлением собрал взгляды всех присутствующих. Они стали перешёптываться и обсуждать, из какой я квартиры, вместо того, чтобы спросить у меня напрямую.
Внезапно послышался строгий и властный голос мужчины:
— Выходите все из дома! Чем меньше вы сопротивляетесь, тем быстрее пройдёт обыск!
— А что слу-лучилось, офицер? — спросил тот самый пьяный мужик.
— Все выходим. Живо! — повторили с улицы.
Я вышел вместе с толпой. Держал голову опущенной, чтобы не светить закрытым лицом, которое точно захотят увидеть. Но жители коммуналок остались стоять возле дома. Я же отдалился, чтобы перейти перекрытую дорогу. Но только дошёл до своей цели, как сзади послышался окрик военного:
— Эй! Парень, а ну-ка, лицо покажи!
Я мигом ринулся бежать.
— За ним! — проорал тот же голос.
И ладно бы военные просто за мной бежали… Позади раздались выстрелы. Прямо на бегу, мне пришлось создать плетение купола и выставить защиту. Ох, это было совсем непросто — на бегу удерживать нужный узор плетения в воздухе. Но я справился!
Все пули взрывались о защиту, а магического оружия у военных, на мою удачу, не было.
Когда они поняли, что стрелять бесполезно, то ринулись меня догонять. А в мой купол полетели боевые заклинания!
 
Так, надо оторваться. Моя поимка слишком дорогого стоит.
Если меня поймают, то казнят… А следом гнев Вячеслава падёт на всю мою семью. За них я переживал куда сильнее, чем за себя! И это придало ногам ускорения.
И вот я смог оторваться и забегаю в очередной проулок. Вот и оно!
Я спешно отодвинул люк канализации и пролез внутрь, закрыв за собой крышку. Пока военные догадаются, куда я свалил, пройдёт ещё пара минут. А этого мне хватит, чтобы оторваться.
Ох, ну и запашок здесь. Прищепки для носа точно не хватало. Я заранее изучил план канализации, это был крайний вариант отступления. Поэтому знал, куда бежать.
Но даже с подготовкой я чуть не запутался в этих бесконечных лабиринтах… Канализация находилась над тайным московским подземельем, которое и облюбовал покойный Голицын для ордена. Эти коридоры были куда запутанней, чем-то, построено под нами. А отсюда вниз так просто не спуститься… жаль. На всю столицу было всего пять спусков, и я как раз приближался к одному из них.
Я бежал так быстро, что не всегда успевал думать. Однако последний отрезок пути узнал по опознавательному знаку. Здесь на стене было старое, выцветшее граффити. Значит, осталось совсем ничего! Но не до выхода на поверхность… а до точки, где я смогу перейти в нижние тоннели. А там уже воспользуюсь тоннелем, ведущим из города, который покойный Голицын вырыл для моего первородного регата.
Через пятьсот метров должна была быть потайная дверь. Но у меня самого не было времени на осмотр стены в темноте, поэтому подключил призраков.
— Вот видишь, не зря нас брал, — сказала Лиза, указывая прозрачным пальцем на механизм в стене.
— Привидения никогда лишними не бывают, — ухмыльнулся я и нажал на нужный кирпич.
В стене заработал механизм, и потайная дверь открылась. Я вышел на тёмную лестницу и закрыл за собой проход. Теперь фиг кто меня здесь отыщет!
Фух. Можно и замедлиться. И наконец-то, свежий воздух! Я вдохнул полной грудью, как вдруг…
— Ты очень рисковал, брат, — рядом показался призрак Александра.
— Знаю. Но ты сам видел, оно того стоило.
— Это спорный момент, — холодным тоном ответил брат.
Он был, как всегда, безэмоционален.
— В любом случае покушения нужно было начинать уже сейчас. И я бы никогда не нашёл снайпера лучше, чем я сам.
— Ты себе льстишь, брат. Сейчас тебе удалось удрать, но не факт, что удача и в следующий раз будет на твоей стороне.
— Не льщу. Я тоже об этом думал.
— Тогда в следующий раз отправь наш отряд, — в голосе брата проскользнуло нетерпение.
— С каких пор ты такой кровожадный? — усмехнулся я.
— Я лишь хочу, чтобы это побыстрее закончилось.
— И что тогда?
Александр молчал, словно раньше не задумывался над этим вопросом. Возможно, так оно и было. Ведь призраки мыслят совершенно иначе.
— Тогда я буду спокоен за свою семью и смогу уйти, — ответил брат после долгих пяти минут раздумий.
— Я до сих пор не понимаю, почему ты хочешь умереть, а не прожить ещё одну жизнь? Семья поймёт и примет тебя в любом теле.
— Знаю… но это не то начало, что гарантирует смерть.
— Неужели ты нашёл ответ на вопрос, что будет после⁈
— Да, брат. Я это понял, когда часть того света просочилась в наш мир. Там не было душ, которыми бы мог питаться Пожиратель. Поэтому он брал их извне.
— Логично. Но как ты можешь наверняка знать, куда пропадают все эти души с того света?
— Когда я оказался там, — брат замялся, словно ему было сложно вспомнить. — Этот голос звал меня. Плавный, нежный. Точно сама смерть звала меня. Она обещала, что я рожусь вновь. Но когда тот свет отступил, больше никто из твоих призраков этого не запомнил.
— Просто ты необычный призрак.
И стал таким из-за долгого заключения души в её же собственном теле. Но Александру я этого говорить не стал, ни к чему бередить старые раны. Ведь он был единственным из призраков, у кого не отмечалось проблем с памятью. Возможно, и эмоции он испытывает более яркие, хотя всячески пытается это скрыть.