Дом призрения для бедных сирот-2

После первого же рывка верёвка лопнула. Поляна предупреждала, что она старая и, возможно, гнилая. Однако другой у нас не было.
Я прошлась по всей длине. Навязала узелков на подозрительных местах. И снова впряглась. По пути из леса бечёвка рвалась ещё пару раз. Я использовала эти остановки, чтобы немного передохнуть и набрать в корзину шишек. И пусть они меня знатно утяжелили, из леса я выходила усталой, но довольной.
  
Перед домом кипела работа. Ещё издали я услышала стук топоров и ритмичное вжиканье пилы.
Когда до приюта оставалось шагов пятьсот, кто-то из мальчишек разглядел приближающегося человека и привлёк внимание остальных. С полминуты они меня разглядывали, приложив ладони ко лбу.
Наверное, узнать директрису приюта было непросто. Ёлки, связанные лишь в одном месте, поскольку на большее верёвки не хватило, распушились у меня за спиной. Как хвост у павлина. Ноги я поднимала высоко, как цапля, чтобы ступать в следы Вителея. Одежда, вверху перепачканная смолой, снизу заиндевела от налипшего снега, напоминая колокол. Волосы выбились из-под платка и наверняка торчали в разные стороны.
Однако меня узнали. Две фигуры двинулись навстречу. Когда они подошли ближе, я разглядела Генаса и Андора, самого младшего из мальчишек.
Они явно бежали наперегонки. Генас с более длинными ногами обгонял семилетнего Андора. Однако малыш тоже не желал сдаваться, пытаясь догнать старшего товарища.
Когда он споткнулся и упал лицом в снег, я ахнула и остановилась, чтобы сбросить петлю и поспешить на помощь. Однако Андор поднялся самостоятельно и снова двинулся вперёд, на этот раз медленнее.
– Это вы на костёр столько хвои притащили? – подоспевший первым Генас подхватил петлю и впрягся в мою ношу.
– Скоро увидишь, – улыбнулась я, перекладывая тяжёлую корзину в другую руку.
– Ну и напрасно, – мальчик не унимался. – Лапник горит ярко, но быстро. Толку от него никакого.
Я промолчала, тем более что Андор наконец тоже дошёл.
– Госпожа директриса, можно я вам помогу? – спросил ребёнок и, шмыгнув носом, вытер его рукавом заплатанного пальтишки.
– Можно, – я присела перед Андором, стряхнула снег с одежды, поправила съехавший платок, которым вместо шапки была повязана голова малыша. И снова затянула концы у него за спиной.
Генас за это время ушёл вперёд, но остановился, заметив, что мы отстали. Парнишка просто не мог находиться в одиночестве, поскольку не умел подолгу молчать и нуждался в собеседниках. Даже, скорее, слушателях. Ответы на свои вопросы Генас часто пропускал мимо ушей.
– Вы идёте или как? – обернулся он. – А то я тогда побегу к нашим. Моя очередь пилить.
– Беги, – разрешила я.
Генас, схватившись обеими руками за петлю, резво потянул ёлки. А мы с Андором с двух сторон взялись за ручку тяжёлой корзины и понесли к дому.
– Спасибо, что решил помочь, – сказала я, когда молчание затянулась.
– Пожалуйста, – ответил Андор.
Мой юный помощник оказался немногословным.
У приюта нашего возвращения ждали с нетерпением. Генас с гордостью демонстрировал доставленные ёлки, а остальные строили предположения – зачем они мне понадобились?
Основной версией оставался яркий костёр. Однако встречались и любопытные, например, для мытья полов. Я решила расспросить Поляну об этом методе. Может, так можно изгнать запах кислой капусты, который, кажется, уже впитался в пол и стены.
На все вопросы я загадочно улыбалась и молчала. Мальчишкам это скоро наскучило, и они вернулись к заготовке дров. Рядом со мной остался только Андор.
– А ты не пойдёшь к остальным? – я кивнула на Вителея, который в своей просторечной манере ругал Мишуста. Кажется, кому-то прилетело поленом в ногу.
– Да мне не дают пилить, говорят, ещё маленький, – Андор махнул рукой и вздохнул, тоскливо глядя на Димара, Генаса и Мишуста, занимающихся по-настоящему мужским делом.
– Может, тогда поможешь мне ещё раз? – спросила я. – Здесь как раз нужна мужская рука.
– Здесь? – непонимающе глядел на меня Андор, которого очень хотелось назвать Андрюшкой и поправить опять съехавший платок.
– Да, прямо здесь, – я обрисовала рукой небольшую площадку у стены. – Нужно разровнять снег на этом участке. Одной мне не справиться, мальчики заняты дровами. А девочки, наверное, ещё готовят. К тому же я не знаю, где хранятся лопаты для чистки снега. Так что твоя помощь мне очень бы пригодилась.
– Я знаю, где лежат лопаты. Сейчас принесу! – гордый своей нужностью, Андрюшка помчался к сараям.
А я прислонилась к стене. Отдохну пару минуточек. Не ожидала, что прогулка в лес окажется такой утомительной.
Следующие полчаса мы с Андором ровняли площадку, которую я планировала украсить. Чуть дальше от дома мы разведём костёр. Правее поставим столы. Поляна обещала вытащить из классных пару парт. Надеюсь, они выдержат вес посуды и угощения.
Вскоре мы с Андором окинули площадку придирчивыми взглядами и решили, что она готова. Малыш с нетерпением смотрел на меня, ожидая новых указаний. Казалось, он совсем не устал. И всё происходящее воспринимал как увлекательную игру.
Впрочем, судя по энтузиазму, с которым Генас и Мишуст пробовали свои силы в колке дров, они тоже не скучали.
– А теперь, Андор, мы займёмся скульптурным катанием.
– Чем? – не понял малыш.
– Будем лепить снеговика.
Это слово заставило мальчика призадуматься, отчего на лице появилось сосредоточенное выражение. И вдруг оно сменилось на испуганное.
– А если инквизиторы узнают? – спросил он нечто совсем странное.
Опять эти инквизиторы. О них говорили и бабушка с девочкой возле городской управы.
– О чём узнают инквизиторы? – теперь уже не поняла я.
– Что вы хотите смагичить Снежного деда.
– Я не собираюсь магичить, ни деда, ни бабу, ни вообще что-либо, – терпеливо пояснила мальчику.
Судя по всему, здесь сильны языческие верования, вот они и говорят постоянно об этой магии. Которой, разумеется, не бывает в реальной жизни.
– Тогда что вы будете делать?
– Мы будем делать, Андор, мы, – поправила я и спросила: – Ты умеешь катать шары из снега.
Малыш покачал головой.
– Тогда смотри и учись, следующий будешь делать ты.
Наше занятие привлекло внимание остальных мальчишек. Однако поначалу они наблюдали издалека, перекидываясь комментариями.
Да и первый шар у Андора вышел комом. В смысле был больше похож на кривой параллелепипед, облепленный комьями земли и прелой травой. Малыш расстроился.
– Ничего, мы его поправим, – попыталась успокоить. Но смешки, донесшиеся со стороны, заставили его окончательно пасть духом.
Тогда я обратилась к мальчишкам:
– Ребята, не хотите устроить небольшое соревнование?
Предложение вызвало осторожный интерес. Генас, как самый смелый, поинтересовался издали:
– Какое?
– У кого получится самый круглый шар. Спорим, что мы с Андором легко вас обыграем?
– Госпожа директриса, вы что? – зашептал малыш. В голосе слышались панические ноты. – У меня же не получается.
– Всё получится, – так же тихо ответила я. – Не дрейфь!
Парочка ещё пошушукалась, а затем подошла к нам. Вителей с Димаром продолжили пилить ствол, искоса поглядывая в нашу сторону. Я увидела, как Димар усмехнулся. По-взрослому так, свысока. Мол, стар я уже для таких забав, но издали понаблюдаю.
Я не настаивала. Димар сразу дал понять, что легко с ним не будет.
– Готовы? – обратилась я к подошедшим мальчишкам. Дождалась утвердительного ответа и скомандовала: – На старт, внимание, начали!
Андрюшка отошёл в сторонку. Видимо, боялся, что его шар и на этот раз высмеют. Однако его маневр на поверку оказался предусмотрительностью, поскольку Генас и Мишуст встали рядом. Через несколько шагов их комки пересеклись. Мальчишки пытались их разделить, но добились противоположного – шары соединились.
  
Зато у Андора вторая попытка вышла удачнее. Конечно, идеальный круглый ком у него тоже не получился. Однако, глядя на безуспешные попытки старших мальчиков всё же развести свои шары в разные стороны, Андрюшка воспрянул духом и улыбнулся.