Лоло (СИ)

Парни провели еще некоторое время в прохладном полутемном помещении, рассматривая старинный арсенал. На стенах поблескивали бронзовыми рукоятями мечи, на полках в аккуратных связках лежали дротики и короткие толстые стрелы без оперения. В углу стоял большой ящик, полный странного вида плоских металлических изделий небольшого размера причудливо изогнутой формы. Как позже объяснил Гавран, это были метательные снаряды — молнии. В другом коробе хранились маленькие цельнометаллические топорики без топорища. Были тут и ножи для метания, и кинжалы, и железные дубинки, и даже боевые цепы.
— Круто! — то и дело восклицал Ден, доставая очередной образец старинного оружия. — Как будто пришел в музей, а тебе вдруг разрешили все трогать руками!
— Ну да, — усмехнулся Богдан, — Но как подумаешь для чего это все предназначено… Лучше бы уж в музей сходили.
— Оружие несет смерть, — согласился Денис. — Но здесь оно, хотя бы, не против людей…
В этот же день Гавран снабдил всю шестерку кое-какой одеждой, ведь то, что было надето на северянах, мало подходило для намеченной цели. К тому же вещи претерпели немало испытаний в лесу, и вид имели плачевный.
Акридец, порывшись в огромных сундуках, стоявших на втором этаже, выудил оттуда несколько комплектов одежды разных размеров: темно-зеленые штаны, серые просторные рубахи с длинными рукавами и два удобных красивых платья. Нашлась и подходящая обувь — сапоги на шнуровке из мягкой коричневой кожи, укороченные для мужчин и высокие для девушек. Кое-что из этих вещей принадлежало ему самому, большая же их часть осталась от пропавших родственников. На случай прохладный погоды и для защиты от дождей для каждого нашлись длинные коричневые плащи из плотной ткани с капюшонами на завязках. Вся одежда была чистой и издавала тонкий аромат сушеных трав, щедро рассыпанных по сундукам.
Облачившись в диковинные наряды, друзья со смехом оглядывали друг друга. Все четверо парней теперь напоминали средневековых крестьян, собравшихся на полевые работы. Легкие туники с плетеными поясами и простые штаны— это все, что мог предложить им Гавран — ни брони, ни доспехов у него не было.
Девушкам новые вещи пришлись по вкусу. Анжелика выглядела великолепно в песочного цвета платье до пят. Тонкую талию охватывал коричневый кожаный пояс, высокий вырез на груди украшала затейливая вышивка, длинные рукава платья расширялись от локтей к низу, благодаря чему создавался образ романтический и в то же время достаточно скромный. Два практичных навесных кармана у пояса ничуть не портили картину. На спине платье регулировалось мягкой шнуровкой, так что с размером проблем не возникло. Пока она любовалась собой в маленькое карманное зеркальце, — другого в доме у Гаврана не было, более того, на острове в то время еще не знали зеркал, — все внимание окружающих обратилось на ее подругу.
Сашка поразила всех, надев свой наряд — темно-красное платье с длинными белыми рукавами, удивительно подходившее к ее рыжим кудрям. Легкая красная ткань выгодно подчеркивала высокую грудь девушки и струилась по бедрам, ниспадая красивыми складками почти до земли. Талию обвивал тоненький черный поясок, а по низу подола и на кружевных манжетах были вышиты крошечные алые розы. Друзья настолько привыкли к Сашкиным джинсам и майкам, что в таком нежном женственном облике она показалась им совершенно другим человеком.
— Донна Роза! — расхохотался Марк, увидев девушку в новом образе. — Не в обиду, Саш, — добавил он, обходя ее кругом и восхищенно присвистывая. — Красотка!
Сашка, не привыкшая к такого рода комплиментам, бросила на него недоверчивый взгляд и пожала плечами.
— Ну и как мы в этом будем воевать? — задала она резонный вопрос. — По-моему, платье — не самый лучший вариант для похода. Этот вот подол, — девушка взмахнула красной юбкой, — только мешать будет. Да он уже меня бесит!
— Ты ошибаешься, дитя, — улыбнулся Гавран, с удовольствием оглядывая девушку, — наши женщины прекрасно управлялись с длинными юбками, и на лошадях скакали и охотились наравне с мужчинами. А когда пришли тревожные времена, они взяли в руки оружие и пошли в лес, и ни одна, — он назидательно поднял вверх указательный палец, — ни одна не надела мужского белья. Не бывало такого на Акриде. И, как по мне, эти платья лучше защитят ваши ноги, чем те короткие штаны, в которых вы прибыли.
 
— А я? Мне идет? — Анжелика распустила волосы, откинула их на спину и закружилась по комнате, танцуя с воображаемым партнером.
— Ты стала еще прекрасней, принцесса, — отозвался Марк, широко улыбаясь.
Акридец тем временем извлек из сундука стопку вложенных одна в другую изрядно потрепанных соломенных шляп.
— Покроете головы, когда пойдем тренироваться на поле. Сейчас осень, но в ясный день солнце палит нещадно.
***
На следующее утро, едва только над спящим островом забрезжил рассвет, Гавран разбудил своих гостей и, накормив их завтраком, повел в дальний конец своих владений, туда, где закачивались стройные ряды плодовых деревьев.
Зеленая лужайка у самого края леса с давних времен служила хозяевам дома и их ближайшим соседям тренировочной площадкой. На деревянных треногах были установлены большие и маленькие красно-синие мишени, с облупившейся от времени краской, на достаточном расстоянии от них находились невысокие оградительные заборчики и стойки для оружия. Немного в стороне стояли покосившиеся манекены, грубо сложенные из двух толстых палок, крест-накрест прикрепленных друг к другу. Их импровизированные головы украшали ржавые ведра, а торсы защищало некое подобие стальных латных доспехов.
У края площадки колыхался на ветру флаг, прикрепленный к высокому столбу. На желтом фоне был изображен зеленый росток, тянущий листья к большому оранжевому кругу, символизирующему солнце. Краски выцвели на солнце, но все же сохранили удивительную четкость незамысловатого рисунка.
— Это ваше знамя? — спросил Костик, разглядывая яркую ткань.
Старик кивнул.
— Да, сынок, это — флаг Акрида. Молодая поросль тянется к свету. Это символ нашего острова, ведь слово «акрид», означает росток. Мы — мирный народ и тренировки нужны нам только для защиты родной земли. Потому-то это знамя и помещается здесь. Чтобы помнили истинное предназначение оружия и не использовали силу во вред друг другу.
Гавран посмотрел на мечи и самострелы, принесенные из сарая и сложенные на землю, и вздохнул.
— Ну, что, друзья, пришла пора вам становиться воинами, — сказал он с улыбкой и ловко зарядил стрелу в свой арбалет, — разбирайте оружие, время не ждет.
В течении недели акридец учил молодых северян стрелять из арбалета, метать ножи и дротики и, конечно, фехтовать на мечах. Старик, при всей своей доброте и мягкости, оказался довольно строгим учителем, и, грозно сдвинув седые брови, то и дело ругал своих подопечных за лень и невнимательность, не давая послаблений даже девушкам.
Марк, самый спортивный из всей команды, тренировался с удовольствием. Все получалось у него легко и красиво — метательные снаряды попадали в цель, а не улетали в лес, как у некоторых, стрелы заряжались быстро и ловко, и меч вовсе не казался ему тяжелым. Парень самозабвенно рубил мечом по манекену и уверенно бросал в цель дротики, не замечая ни жары, ни усталости и не забывая подбадривать приунывших товарищей.
Костя с трудом справлялся с непривычными нагрузками. Изнемогая и обливаясь потом, он старался уловить момент и присесть, а то и прилечь где-нибудь в сторонке. Но как только ему это удавалось, появлялся Гавран и грозными окриками поднимал его с места.
Педантичная Сашка старалась изо всех сил. Лучше всего ей удавалось работать с мечом. Можно было только посочувствовать старому манекену, который так и сотрясался от ее сильных яростных ударов, когда девушка, в очередной раз промазав по мишени, вымещала на нем раздражение.
В эти минуты она была прекрасна как никогда — щеки пламенели, серые глаза светились неистовым огнем, рыжие завитки, выбившись из тугой косы падали на разгоряченный лоб. Косте, который не выпускал девушку из виду, она казалась настоящей средневековой воительницей, сильной и невероятно красивой. К слову сказать, Сашка и вправду похорошела — за время пребывания на острове она заметно похудела, цвет лица выровнялся, и ненавистные прыщи чудесным образом стали сходить на нет. Там, где не помогла армия лосьонов, прекрасно справились мягкое акридское солнце и свежий воздух.