Лёд. Один в поле

Во-вторых, чтобы исключить неконтролируемый обмен между планетами биологическим материалом, все транспортируемые туда и обратно грузы подвергаются тщательной санитарной обработке. Никакой химии и жесткой радиации. Для нейтрализации потенциальных вредоносных биологических объектов обладателями псионического дара были разработаны специальные приемы. Обычный человек даже не почувствует стороннего воздействия на организм.
  
Более чем за полвека с момента обнаружения человечеством Земли первой пригодной для жизни планеты было открыто и начато освоение более сотни других миров. Теперь находка очередной пригодной для обитания людей планеты не вызывает столь бурной реакции, как в первые годы освоения галактики.
Открытие иных планет и возможность переселения на них значительно понизили градус политической напряженности на самой Земле. Проблемы перенаселения и дефицита ресурсов отошли на второй план. Развитые страны бросились активно осваивать новые миры, направляя туда излишки активного населения. Недостатка в желающих перебраться в другое место жительства также пока не наблюдается. Перспектива получить в собственность по своему выбору добрый кусок суши и заниматься на нем каким-нибудь доходным промыслом – это ли не мечта всякого настоящего мужика, которому надоело протирать штаны в роли офисного планктона! Поначалу народ срывался с насиженных мест целыми сообществами. Через несколько десятков лет отток населения Земли стабилизировался. Сейчас по данным земных статистических служб население Земли составляет где-то около трех миллиардов человек. То есть вне пределов колыбели человечества проживает более десяти миллиардов землян, покинувших планету. А сколько за это время народа народилось? Ответа на этот вопрос никто не знает.
Таким образом, за сравнительно недолгий с исторической точки зрения срок сбылось предсказание великого Циолковского. Человечеству Земли стало тесно в колыбели, человечество Земли покинуло её и вышло на межзвездные просторы. В галактике Млечный Путь двести миллиардов звезд. А это означает сотни миллионов потенциально пригодных для заселения планет. В необъятной Вселенной сотни миллиардов галактик, подобных нашей. Получается, есть куда расти. Вот только не дай бог нам столкнуться с какой-нибудь крайне враждебной и агрессивной цивилизацией со всеми вытекающими последствиями.
К чему я тут излагаю известную всем информацию из учебника истории общеобразовательной средней школы? А потому, что между мной и руководством объекта, именуемого «База», только что состоялся обстоятельный разговор, во время которого мне было озвучено предложение, отказаться от которого я был не в силах. Именно после этого разговора, казалось бы, единожды пройденный и давно забытый школьный материал по неведомой мне причине вдруг всплыл из глубин памяти.
Итак, автомобиль, доставивший меня и моих конвоиров, остановился на обширной поляне между высоченными деревьями неизвестной мне породы. Двери распахнулись. Однако прежде чем выпустить меня на свежий воздух иного (насколько я понимаю) мира, с меня были сняты наручники и нейробраслет.
Старший группы указал рукой на скамейку возле неприметного двухэтажного здания, расположенного за группой деревьев.
– Посидишь на лавке перед входом. Понадобишься – вызовут.
– А как же… – я многозначительно посмотрел на свои запястья.
– Ты что, бежать собрался, паря? Гы-гы-гы! – заржал второй боец. – Так некуда. На Землю тебе ходу нет, а для того, чтобы покинуть остров, «Бронетёмкин поносец» нужен. Гы-гы-гы!..
Юморист, мля! Впрочем, я на него не в обиде, и вообще, на людей с ограниченными интеллектуальными возможностями не обижаюсь. Время от времени просто даю им по зубам, в качестве профилактики, ну чтобы не борзели уж очень. Помогает. На этот раз конфликт обострять не стал – молча направился к указанной скамейке. Мои конвоиры вернулись в салон автомобиля. Машина лихо взвизгнула колесами по пластобетону дорожного покрытия и вскоре скрылась за мощными стволами деревьев.
Мои ожидания продлились недолго. Из распахнувшихся дверей здания выскочил взъерошенный парнишка лет двадцати в стандартной полевой форме Российской армии без знаков различия. Поправил слегка сбившиеся фуражку и ремень.
– Ледогоров? – поинтересовался он, глядя куда-то мимо меня.
Я недоуменно осмотрелся, нет ли еще какого Ледогорова сзади или где-то сбоку.
– Это ты мне, что ли? – стараясь сохранить серьезное выражение на лице, спросил я.
– Тебе, тебе! А кому же еще?! – нетерпеливо начал переминаться с ноги на ногу боец.
– Ну если мне, таки я и есть Ледогоров Владимир Николаевич.
– Бегом за мной! Начальство ждать не любит.
– Э, паря, погоди нукать – не запряг! – я возмутился откровенно хамским поведением незнакомца. – И вообще, мне на твое начальство наср… в общем, оно мне по барабану.
– Ладно, не кипятись, – нарвавшись на грубость, боец поубавил гонору, – тащ полковник ждет, пойдем, распишешься в журнале посещений.
Так-то оно лучше. Если к нам вежливо, так и мы со всей душой. Проследовал за парнем. Поставил закорючку в толстенном талмуде в графе напротив своей фамилии. Что-то новенькое, точнее давно забытое старенькое, не припомню, когда меня в последний раз регистрировали подобным образом.
Видя недоумение на моем лице, воин пояснил:
– Единой Сети пока нет, хотя бы локалки, приходится заниматься подобной ерундой. Грят, скоро запустят общепланетарку. А где это «скоро», считай полгода «завтраками» кормят. Гля, журнал регистрации почти закончился.
Ага, болтун – находка для шпиона. Получается загадочный объект «База» существует всего-то полгода. Интересно, что это за планета? Впрочем, выпытывать не стану. Вдруг проболтается и выдаст страшную тайну. Могут и прикопать, чтобы великий секрет не всплыл случайно, где не нужно.
«Ну все, Лед, кончай ёрничать и заниматься откровенным стебом! – приказал мысленно сам себе. – Не в том ты положении».
– Второй этаж, шестой кабинет, лестница прямо по коридору и направо. Дорогу сам отыщешь, – захлопнув журнал, отточенной скороговоркой протрещал боец, после чего потерял ко мне всякий интерес, похоже, приступил к прерванному моим появлением просмотру скаченного на нейросеть фильма.
Дорога до пластиковой двери, стилизованной под филенку, серого цвета с табличкой «Кабинет № 6. Полковник Саркисов Эдуард Каренович», много времени не заняла. Постучался. Не дождавшись ответа – возможно, звукоизоляция была качественная, – распахнул створку.
– Разрешите?.. Меня направили к вам, – довольно нерешительно промямлил я.
– Заходите, заходите, Владимир Николаевич! – за столом, обитым синим сукном, сидел довольно колоритный персонаж – типичный армянин, полный, скорее плотный мужчина, коротко остриженный, круглолицый, с весьма выдающимся рубильником на обманчиво добродушной физиономии. Взгляд черных глаз внимательный, с характерной кавказской хитринкой. Одет хоть и в полевую военную форму, но так же, как и дежурный у входа в здание, без знаков различия. – Заходите, уважаемый, не стесняйтесь.
«Уважаемый» – что-то новенькое. После ареста ко мне еще никто так не обращался. Только «задержанный», «подследственный», «подсудимый», наконец «осу́жденный», не осуждённый, а именно осу́жденный с ударением на «у». А тут вдруг нате вам – «уважаемый». В области позвоночника неожиданно засвербело от предчувствия новых неприятностей. Хотя какие еще неприятности могут грозить человеку, чья жизнь определена судом на долгие-долгие годы?
Полковник вышел из-за стола, точнее выкатился, ибо оказался аналогом колобка из русской народной сказки. Росту невысокого – где-то мне по грудь. Однако, что называется, сам поперек себя – эдакий мультимедийный гном. Протянул руку для рукопожатия. «Клешня» полковника оказалась мощной, рукопожатие – серьезным. Знавал я когда-то одного кузнеца-любителя, было у него хобби доводить людей до слез своими поручканиями. Саркисов особо не злобствовал, но силушку продемонстрировал достойную.