Красный (СИ)

К тому моменту, как я покинул раздевалку, в зале уже было несколько посетителей. Никого необычного, простые обыватели, пришедшие в магазин кто за новым телефоном, взамен разбитого, кто за тостером, кто за телевизором. Всё это лишь означает, что мне пора приступать к своей работе и впаривать клиентам дорогие товары. Разумеется, ни о каком обмане речи не идёт. Просто надо так расписывать характеристики товара, чтобы убедить, что ищет человек именно этот товар.
— Здравствуйте.
Ко мне подошла молодая женщина с вьющимися каштановыми волосами до плеч. На вид ей было лет двадцать пять. Строгие черты лица, фигура, а также походка, всё это вместе создавало образ опытной обольстительницы. Одета она была в деловой костюм, подчёркивающий все достоинства её фигуры. Однако, судя по всему, движений он никак не стеснял, поскольку был изготовлен из эластичной ткани.
— Здрасте. Вам что-нибудь подсказать?
Ответил я заученной и успевшей уже приесться фразой.
— Да. Скажите, это вы Иван Семёнов?
— Да, это я…
Почему она спрашивает, у меня же на пейджике имя напечатано?
«Она говорила не на английском.»
Подсказал Красный, из-за чего на спине выступил холодный пот. Вот же чёрт! И у собеседницы ни малейшего намёка на акцент. Вот почему я не сразу понял, что что-то не так. А как понял, то мысли заносились в голове с утроенной скоростью.
«Вань, сожрём? Нас же всё равно спалили.»
Стараясь, не показывать своего волнения, я оглянулся по сторонам. Все «случайные» покупатели оказались группой захвата и уже окружили нас двоих. Выпустить Красного? Если это те, о ком я думаю, то даже убей мы этих, ЩИТ плотно сядет нам на хвост и устроит такие проблемы, что путь мне останется только один — за решётку. Что делать, чёрт возьми?!
«Я же говорю — жрать их надо и всего делов.»
— Пройдите с нами, и никто не пострадает. Поверьте, никто из нас не хочет применять насилие.
Это уже было сказано на английском.
— Я что-то нарушил?
Спросил я, пытаясь казаться спокойным, в чём мне активно помогал симбионт, контролируя потоотделение, давление, пульс и прочие симптомы, способные выдать мою нервозность.
На мой вопрос собеседница прищурилась:
— Да, что-то определённо нарушил. Но мы всего лишь оперативники, которым поручили привести тебя к начальству. Если не будешь сопротивляться, то и беседа пройдёт в спокойной и, дружественной обстановке. Или ты предпочитаешь быть закованным в цепи под прицелом десятка автоматов?
«Ваня, скажи только слово, и я их всех сожру.»
Красный уже прямо изнывал от нетерпения, вот только стоит мне дать эту отмашку, как в простом магазинчике электроники начнётся кровавая баня, а вот если меня повяжут и проведут к начальству… А это мысль!
— Хорошо…
«О, сейчас повеселюсь.»
Почувствовав шевеление симбионта под кожей, я поспешил закончить фразу:
— Я пойду с вами.
«Что?!»
Судя по лицам липовых покупателей, они тоже удивлены тому, что я так легко согласился идти с ними. По одному только виду было понятно, что они в любую минуту готовы применить скрытое под одеждой оружие.
— Только переодеться дайте и вещи забрать.
— Сбежать думаешь?
В лоб спросила женщина.
— Нет. Хотите, можете приставить сопровождение.
Безразлично пожал я плечами и, развернувшись, направился в раздевалку. Как ни странно, но сопровождение ко мне не приставили. Что ж, мне от этого ни горячо, ни холодно.
«Почему ты меня не выпустил?»
— Потому что рано нам светиться. В крайнем случае, выпущу на месте.
Сняв футболку, я принялся, не спеша, натягивать кофту.
— Если мы уберём этих — за нами сто процентов начнётся охота, а так, в крайнем случае, мы просто избавимся даже от теоретической возможности преследования. Но, по возможности надо решать всё мирно.
«Может, просто сбежим?»
— Не выйдет — здание окружено.
Покачал я головой.
«С чего ты взял?»
— Я бы так и сделал.
Надев куртку, я сложил свою форму в сумку и, закинув её на плечо, пошёл навстречу своей судьбе, ожидающей меня в зале.
 
— Если всё получится, то мы не только ничего не потеряем, но ещё и приобретём, а если всё пойдёт по тому самому месту — тогда дело за тобой.
«Замётано.»
Красный уже мысленно потирает свои когтистые ручки, предвкушая, как мы будем выкашивать нападающих. Да, в этом случае я его сдерживать не буду, но сейчас ещё рано. Очень рано.
Женщина и её сопровождающие ждали меня возле кассы, где они о чём-то беседовали с Чуваком и подошедшим директором.
— Только не говорите, что меня увольняют.
Пробормотал я, не сбавляя шага.
— Ведь, только всё налаживаться начало.
Заметив меня, они замолчали и повернулись в мою сторону.
— Надо же, я думала, ты попытаешься сбежать.
— А смысл? Меня устраивает эта работа, а побеги я — сразу попаду под статью «сопротивление задержанию», и меня точно уволят. И посадят до кучи.
— А ты смышлёный. Вполне возможно, тебе даже предложат новую работу с более высокой зарплатой.
— Не хочу показаться грубым, но, что-то мне подсказывает, что это решать не вам. Да и потом, сомневаюсь, что там, куда вы хотите меня завербовать, берут без предварительной подготовки и опыта работы.
— О, поверь, мы и не таких кадров принимали.
Фыркнула собеседница, вспоминая явно не самых лучших кандидатов на должностях.
В ЩИТ, а, судя по нашивкам, это именно они, я устраиваться не хочу. У них постоянно творится какая-то дичь, которую потом кастрюлями надо расхлёбывать. А возьмут меня либо в штаб, где я ни черта не соображаю, либо в «Мстители», куда я, по понятным причинам, не стремлюсь от слова совсем. Да и потом, я представляю, какой шухер поднимется, стоит хоть кому-нибудь узнать, что преступники, которых, по идее, надо сунуть в тюрьму, до этой самой тюрьмы доехать не могут, потому что их, как чипсы, жрёт один из супергероев. Хотя, какой из меня, к чёрту, герой? Просто супер, без всяких дополнений.
Выйдя из здания, мы сели в одну из чёрных машин с тонированными стёклами. Подозреваю, что машины, на самом деле бронированные.
- Итак, раз уж вы знаете, как меня зовут, то, может, и сами представитесь?
Спросил я у севшей слева от меня женщины.
— Наталья Романова.
Ответила она на чистом русском языке.
— Так, что же ты натворил, парнишка, раз привлёк наше внимание? Не бойся, остальные агенты по-русски ни бум-бум, поэтому можешь отвечать честно.
— Ага, обязательно. Дело в том, что я понятия не имею, что учудил.
Я тоже перешёл на великий и могучий, но выкладывать все карты не спешил. Не зачем ей знать ни про Красного, ни про то, что я знаю, кто такая Паучиха, ни, тем более, про то, что мы с симбионтом по ночам людей жрём.
«Было-то всего один раз.»
Обиженно буркнул Красный. Его реплику я был вынужден проигнорировать.
— Не хочешь — как хочешь. Моё начальство в любом случае узнает всё. Так или иначе.
Она явно играет равнодушие. Конечно, играет профессионально — ни взглядом, ни действием она своих мыслей не выдаёт, вот только, будь ей это неинтересно — вопроса бы она и не задавала вовсе. Что ж, поиграем, по вашим правилам. Не думаю, что смогу что-нибудь узнать у шпионки такого уровня, но вот выбесить как следует уж постараюсь:
— Попахивает угрозой. А как же презумпция невиновности, согласно которой, я невиновен ровно до тех пор, пока не доказано обратное?
В ответ она пожала плечами, как бы показывая, что не хочет объяснять мне очевидных вещей, но приходится.
— Мы бы не приезжали за тобой, если бы ты был чист.
— Ещё скажите, что ваша контора занимается мелкими преступлениями.
Фыркнул я, поворачиваясь к окну.
— Про ЩИТ не слышал только глухой, так что, насколько мне известно, вы занимаетесь делами покрупнее, вроде вторжения на нашу планету богов. Так чем же я в теории мог заинтересовать вас?