Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа (СИ)
— Официальная версия — полная ерунда. Мой брат, Мирон, никогда бы не бросился спасать кого-то из плебеев. Ему и дела не было, до низкого сословия. Поэтому, оказаться там он мог только, если его заманили.
Я заметил, как Кир потихоньку меняет положение тела. Что он хочет сделать? Броситься на Лидию?
Лидия тем временем продолжила:
— В этом деле ничего не сходится. Ваши однокурснички убиты Мощью, причем убивал их человек не ниже уровня Легионера. Списали на то, что их убил Мирон. Но ведь и его водитель, Иннокентий, убит так же. Зачем бы Мирон стал это делать? А брата застрелили из пистолета шофера. Но сам Кеша был вернейшим человеком. Напрашивается вывод, там был кто-то еще. Как минимум, на шаг выше ауксилария. А может быть и не один.
Кир выпрямился, поджал ноги. Если бросок будет быстрым, он сможет проскочить мимо направленного на него острия, сплетенного из Мощи.
— Я решила разобраться. И узнала о следователе Кадлаеве. Его версия отличалась от официальной. Я навестила его в психиатрической клинике, и он мне все рассказал. Но ты прав, Шелестов, доверять психу нельзя, и я решила все проверить сама. Раз уж все равно, оказалась в вашем колледже.
Она взглянула на Кира:
— Новиков, даже не пытайся. Я точно знаю, тебя там не было. Обидно будет умереть первому и не за свою вину.
Убедившись, что Кир отбросил свою рискованную идею, Лидия продолжила:
— Немного похлопотала за вас троих. Понаблюдала за вами. И вот мне представился случай понять, кто же из вас не тот, за кого себя выдает.
— Поэтому, ты и притащила нас сюда, и поэтому же, старалась не убивать Идолищ. Чтобы мы себя проявили.
— Да, ты себя прекрасно проявил, Шелестов, теперь понятно кто убил Германа. Интересный феномен. Плебей с такими возможностями!
— Я ведь тебе жизнь спас, — напомнил я.
Лидия на секунду опустила глаза. Не похожа она на убийцу. Просто вбила в голову, что должна отмстить. Или кто-то ей вбил.
— Осталось выяснить, кто убил Мирона. Ваш выбор, умрете все, или кто-то один.
Настя сидела бледная, с трясущимися губами. В глазах стояли слезы. Не сомневаюсь, что сейчас она переживала ту ужасную ночь вновь. Кир угрюмо смотрел на Лидию. Ладно, дружище Кир, ты попытался помочь нам. Теперь моя очередь. Но надо аккуратней. Чтобы эта «неистеричка» не прихлопнула меня, едва я открою рот.
— Надеюсь, твой шлемофон включен, идет запись или все, что я скажу, транслируется в эфир. Потому, что правда, вам, ваша милость, ни хрена не понравится, — начал я.
Прям аккуратно, ага, как и задумывал.
— Там, в Сутеневку я убил тех троих, Карпяна, Лучанского и Кнехта. За то, что они чуть не убили Кира и похитили Настю. А когда я вошел в дом или бункер, или что там вообще это такое, то я увидел, как ваш верный Кеша, со стоячим хером и ножом в руке, измывается над Настей. Вы ведь в одной раздевалке переодеваетесь после тренировок, ты должна была видеть шрамы на ее груди. Видела? Но не спрашивала, откуда они? Да? Ведь, зачем благородной даме знать такие подробности о черни?
Ноздри Лидии расширились. Наполненные яростью глаза не отрывались от меня. Она уже догадалась, кто убил ее братца. Ладно, пока есть возможность, надо выложить ей все по полной.
— А ваш горячолюбимый брат, сидел в сторонке, на табуреточке и яростно надрачивал.
Думал, сейчас слепящий сноп Мощи снесет мне голову. Но ничего не произошло. Лицо Лидии побелело, глаза округлились.
— Лжешь, скотина! — выдохнула она.
А шрамы-то на груди Настьки ты видела, сука аристократичная.
— А чего ты промолчала-то про то, что вашего Иннокентия нашли голым, а столик с ножами, твой брат всегда носил его с собой? Давай, убей меня, у вас ведь такая традиция семейная, втихушку убивать плебеев.
Наступил тот момент, когда решалось все. Сейчас Лидия выбирала: убить меня или поверить мне. И кто знает, что там замкнет у нее в голове.
— Отстань от Мишки, сука! — внезапно выкрикнула Настя. — Он говорит правду! Твой усатый братец, урод, мудак и извращенец! Если бы я могла, я бы сама убила его, таким тварям нельзя жить!
Она прокричала это на одном дыхании, с такой яростью, что у меня мурашки по спине побежали. А затем, словно лишившись сил, она завалилась на бок, закрыла лицо руками и зарыдала.
Лидия застыла, словно статуя. Мощь, все еще гудела у нее в ладони. Острия из слепящей энергии все еще тянулись к нам.
— Неправда, — словно сама себе, говорила Лидия. — Неправда. Это неправда. Такого не может быть.
Я поднялся.
— Хватит, тут не вечер воспоминаний. У тебя два варианта, либо прекращай этот цирк, вызывай помощь, и мы уходим отсюда, все вместе. Либо, убей нас всех, вашей же семейки это, как два пальца об асфальт.
Сияние в ладони Лидии погасло. Она отошла к самому краю площадки, села там поджав колени. И не обращая на нас внимание, уставилась вдаль невидящим взглядом.
И вот тут-то, серые твари бросились к вышке. Стойте, ребята, уже не надо!
Трое принялись карабкаться прямо по опоре вышки. Еще две вскарабкались на мост и, подскочив к вышке, полезли наверх. Остальные бесновались внизу.
Я оглянулся. Лидия ничего не видела вокруг. Настя, сжавшись в клубок, лежала на полу.
Остались только я с Киром. У него, скорее всего, снова открылась рана на боку, а у меня сил еле хватало, чтобы говорить. Кажется, угрозы Лидии сбудутся, мы точно погибнем здесь все, вместе с ней.
Я вынул СП-7. Поглядел на Кира:
— Извини, если после пары взмахов я снова отрублюсь. Ты останешься один.
— Надеюсь, Настя и ее милость скоро вернуться в строй.
Первый из монстров, карабкающийся по лестнице, уже был рядом. Я решил не давать ему шансов. Зачерпнул Мощи, направил в клинок. С оружием в руках было легче, все-таки оно хорошо экономило силы. Немного удлинил клинок и смахнул Идолище, разрубив ему голову.
Второй ускорился, стараясь преодолеть расстояние, разделяющее нас, но я ткнул его, пронзив от макушки до середины тела, и он тоже упал вниз. А вот у Кира дела шли не так хорошо. Твари, словно сговорившись, добрались по опорам до нас одновременно. Кир срезал одного, но остальные уже перелезали, через низкое ограждение.
Кроме того, по лестнице полезло новое чудовище. Я метнулся к ближайшему из тех, что влезли на площадку. Не сближаясь, вытянул клинок, и сверкающая полоса пронзила Идолище. Ту мои ноги подогнулись, и я упал на колени. Силы вновь покинули меня.
Я видел, как Кир отбивается от двух, наседающих на него тварей. Со стороны лестницы появилась слепая голова, с извивающимися отростками. Тварь вскочила на площадку.
Преодолевая слабость, я поднялся. Черт, нет даже сил, поднять руку с клинком. Даже шагнуть не могу. Но надо. Избавиться, хотя бы, от одного противника.
Чудовище шагнуло ко мне, протягивая руки и змеевидные отростки с оскаленными челюстями. Кир матерясь, все еще отбивался от тех двух. А по лестнице и опорам лезли новые твари.
Яркий луч сверкнул, и монстр передо мной развалился надвое. Новая вспышка и Идолища посыпались с опоры. Лидия крушила чудовищ с яростью валькирии, тратя энергии куда больше, чем этого требовалось. Оскалившись, она выжигала тварей, оставляя лишь темные следы на земле. Била им вслед, когда они бежали к лесу, и еще долго поливала Мощью опушку, когда серокожие скрылись из виду.
Ее уровень Центуриона поражал! Какая же сила сосредоточена в ней! Она бесподобна, в своей неповторимой красоте ходячей артиллерийской установки. Наверное, потому что я сам некогда был боевой машиной, но это нелепое сравнение мне понравилось.
Когда Лидия выплеснула всю ярость и злость, она устало облокотилась на низкое ограждение. Вид сзади, при этом, выходил весьма привлекательным!
Настя тоже пришла в себя, очнувшись от морока гнетущих воспоминаний.
— Давайте договоримся, — наконец произнесла Лидия, треснувшим, надломанным голосом. — Я бы никого не убила бы, наверное. Не смогла бы. Я просто хотела узнать, кто застрелили Мирона. Теперь, я хочу, чтобы о вашей версии не знала ни одна живая душа.